Сильнее меня (СИ) - Летова Мария

Держа кружку в ладони, я смотрю на Багхантера, который заходит в комнату с коробкой пиццы в руках. Он бросает на меня взгляд, быстро ставит пиццу на журнальный столик.

Мандраж возвращается, постепенно сковывая тело от того, как Багхантер одаривает взглядом мою фигуру. Не в первый раз. И это заставляет думать, что он, кажется, жалеет о своих словах! Если это можно назвать обещанием — оставить меня в одежде.

Багхантер, кажется, вообще перестал смотреть мне в лицо. Он избегает этого, даже когда я, встряхнувшись, спрашиваю:

— От кого это?

Бросив взгляд на кружку в моей руке, он отвечает:

— От моей девушки. Бывшей.

Сегодня включить голову мне уже не суждено. Единственное, что я понимаю, так это необходимость задать вопрос:

— И давно вы расстались?

— Полгода назад.

Я слежу за ним быстрым взглядом, когда он обходит диван. Быстрым, потому что Багхантер двигается быстро, но не с целью забрать у меня эту кружку, а просто потому, что медленным его сегодня не назвать.

Тем не менее он ее забирает, остановившись в сантиметре. Это движение совпадает с моим вопросом:

— Долго вы встречались?

— Да. Почти четыре года. — Он выдвигает ящик стола, с виду первый попавшийся, и отправляет кружку туда.

Четыре года?!

Я смотрю на него снизу вверх, когда он выпрямляется.

— Почему вы… расстались?

Он слегка ерошит свои волосы, отвечает ради ответа, а не потому что хотел бы мне что-то объяснить. Это справедливо! Мы видимся… третий раз в жизни…

— Мы стали часто ссориться, — говорит Багхантер. — Она ушла.

В моей вселенной это означает, что она его бросила, но забрасывать Багхантера вопросами о бывших отношениях сейчас, когда у меня голова кругом…

Я просто тихо интересуюсь:

— Вы общаетесь?

Мой вопрос вызывает у него смешок. Я вижу настоящую вспышку веселья в его глазах. Никакой тени, ничего больше. Даже уголки его губ ползут вверх, будто я сказала что-то действительно смешное.

— Нет, — отвечает Багхантер. — Она не хочет со мной общаться.

Я мысленно прикусываю язык, чтобы больше ничего не спрашивать. Кто бы ни была эта «она», сейчас Багхантер смотрит… на мои губы, а пальцы просовывает мне под пояс джинсов и тянет, заставляя качнуться навстречу его губам…

Наши желания совпадают.

Соприкосновение ширинки его джинсов и моего голого живота. Шершавые ощущения и давящие. Сводящие с ума низ моего живота. Заставляющие встать на цыпочки, чтобы твердый мужской пах проехался по моему телу.

Охотник моментально перемещает руки и сжимает мои ягодицы.

Снова совпадение!

Напор рук и языка, который раскрывает мои губы. Они сдаются уже без промедления, встречают твердый поцелуй мягким пленом. Это он мой пленник, ведь снова нападает, будто его примагнитило! Не выпускает, давит, заставляя чуть откинуть голову. Я обнимаю его за шею, чтобы этими «колесами» меня не раздавило.

Багхантер тянет мои бедра вверх, но очередное столкновение с его пахом не острее встречи с его языком, с его губами. Наш поцелуй такой глубокий, что от ощущений в глазах у меня белые круги. Я прерываю его, чтобы глотнуть воздуха, а Багхантер спрашивает, не ослабляя хватки своих ладоней:

— Мне отвалить?

Сипло, приглушенно. С шипением прямо у моих губ.

Я не сумасшедшая, чтобы сказать «да». Тем более когда заглядываю в его лицо и вижу взгляд с расширенными зрачками. Напряжение его тела полностью соответствует этой картине. Я чувствую каждую мышцу…

Мое неровное дыхание выделяется в тишине.

Опасений, что я могу передумать, у меня ноль. Все как раз наоборот, от этого я неуклюжая и резкая — снова заглянув в лицо Охотника, цепляю его футболку внизу сзади и тяну вверх.

Это мой ответ.

Он помогает мне, резко забросив за спину руку.

Я хотела этого… твою мать!

Я касаюсь пальцами кожи, пока Багхантер отбрасывает футболку в сторону. Касаюсь груди, покрытой жесткими черными волосками. Изучаю узор мышц на его прессе.

Багхантер меня целует. Жестковато сжимает ладонями лицо, потому заводит руки мне за спину и тянет вверх края моего топа…

На мне нет лифчика, это не было секретом!

Жарче быстрого взгляда — соприкосновение моих окаменевших сосков с волосками на его груди. Соприкосновение с горячей кожей, которая, хоть и гладкая, грубее моей. Соприкосновение с каменными мышцами… чертов-чертов контраст!

Я выгибаюсь в ответ на то, как пальцы Багхантера «царапают» мою спину, проводя по ней снизу вверх и оставляя горячие борозды ощущений.

Я не знаю, чего от него хочу, какой ласки. Путаюсь в ощущениях, реагируя на все сразу, а он… тоже не знает, как меня ласкать!

Мы просто касаемся друг друга. Соприкасаемся.

Охотник ловит мою талию. Сжимает ее предплечьем как тисками, прежде чем толкнуть меня своим телом назад. Своими шагами заставляет меня пятиться в коридор. К комнате, дверь которой толкает рукой.

— Алиса, включи свет… — хрипло произносит Багхантер.

Он вспыхивает, но не режет по глазам. В моих глазах темно. Я сжимаю пальцами загорелые плечи, пока Охотник стягивает с меня джинсы, присев на корточки.

Его пальцы скользят по внутренней стороне моего бедра и останавливаются между ног. Его прикосновение — это штрих! Мазок по ткани моих стрингов, но я ощущаю его почти как вторжение.

Багхантер смотрит на меня, подняв лицо.

Оставляет на бедре влажный след, чиркнув по нему пальцами. Метит его моей же влагой, которую собрал с моего насквозь мокрого белья…

Вставая, он одной рукой дергает пуговицу на собственных джинсах, а второй — ящик прикроватной тумбочки.

Мне не нужна помощь, чтобы упасть на кровать. Я подтягиваю к груди колени, лежа на спине, пока Охотник тянет вниз свои боксеры и зажимает в зубах пакетик с презервативом.

Я не ожидала ничего меньшего, но, глядя на зажатый в кулаке член, все равно приятно удивлена!

Его взгляд исподлобья, приподнятые брови, сконцентрированное на мне внимание, когда меня накрывает тяжелое горячее тело…

На пальцы, которые убирают в сторону мое белье, я реагирую тем, что закатываю глаза. Откинув голову, издаю стон, который звучит безумно интимно. Сексуально! Может, поэтому я чувствую взгляд на своем лице, даже не открывая глаз…

Моей шеи касаются раскрытые губы.

Я утыкаюсь носом в каменный бицепс рядом со своим лицом. Впиваюсь ногтями в лежащие между моих ног ягодицы, в спину Охотника, пока он скользит пальцами по самой пестрящей ощущениями точке моего тела в данную минуту.

Я царапаю его шею, выгибаюсь навстречу. Вскрикиваю, принимая резкий сильный толчок. Шире развожу колени, продолжая откликаться на сводящие с ума пальцы и заодно на удары, которыми Багхантер вколачивает меня в мягкий матрас своей постели.

Я эгоистичная дрянь, я не думаю о его удовольствии, только о своем! И я кусаю его шею, царапаю спину, сжавшись пружиной, которая выстреливает, заставляя мои бедра дрожать…

Багхантер впивается в них пальцами и стонет, вжимая свои бедра в мои последними рывками, которые он не экономит. Он издает свои стоны в матрас, снова и снова вдавливая меня следом.

Я мало что соображаю, лежа посреди кровати и глядя в потолок. Я все еще чувствую давление внутри, хотя в кровати одна. Чувствую так, что поджимаю на ногах пальцы, слушая, как в туалете спускают воду.

На моей груди испарина. Чтобы спрятаться от холода, я дергаю на себя край пледа, на котором лежу. От холода и от ощущений, особенно когда Багхантер возвращается в комнату, одетый в одни трусы.

Его движения выглядят так, будто он спешил вернуться.

Мы смотрим друг на друга.

Я по-прежнему не знаю, чего бы от него хотела: чтобы он смотрел на меня вот так, словно его глаза к моему лицу прилипли, или чтобы лег рядом.

Он выбирает первое.

Я не хочу затягивать эту паузу, поэтому сажусь, удерживая плед на груди в кулаке, говоря: