Серебряные нити Шардена. Пепел и тис - Мари Ларина
Из-под стойки, осторожно, чтобы не привлекать истеричных глаз мадам Клер, я достала маленький пузырёк — настой плачущей мяты и тени лунного мха. Против тревоги. Жидкость чистая, прозрачная, как утренняя роса, и такая же редкая в этом городе. Пусть будет в подарок. Мне так спокойнее будет. Перелила настой в прозрачный флакон без этикеток, затем — подозвала мадам и вложила ей в ладонь бумажный пакетик, в котором был и настой, и мазь.
— Вот, мазь — наносите утром и вечером, пока нарыв не уйдёт. И ещё от меня Вам… — я кивнула на пакетик, — Настой. В подарок. Пить по ложке, дважды в день. Для надёжности. Тоже от нарыва, так сказать, изнутри будет его лечить.
Клер закивала так энергично, что цветы на её нелепой шляпке всполошённо затрепетали, как испуганные мотыльки. Щёки её пылали, а глаза, влажные от тревожных слёз, сверкали благодарностью, в которой, как всегда, смешивалась лёгкая истерика.
— Ах, Вы… Вы — хоть и теневичка, но Вы, Айлин, просто спасение, благословение небес, сияющий луч среди этого… этого кошмара! — залепетала она, прижимая к груди аккуратно перевязанный пакетик, как дитя.
Я склонила голову, улыбнувшись уголком губ — сдержанно, чуть иронично, чтобы не давать её панике разгуляться дальше. Предрассудки к теневикам меня ничуть не обижали… спустя годы.
— Если бы я была благословением небес, мадам Клер, у Вас бы давно уже ничего не чесалось и не нарывало, — ответила я. — Но, к сожалению, или к счастью, я — всего лишь теневая ведьма, что разбирается в травах.
Она кивнула, доставая из сумки плотный мешочек с монетами и щедро положила два фраса на стойку.
— За Вашу доброту к старой, сумасбродной дурочке и платить не жалко. Пусть Ваше дело процветает, теневая ведьма. — деньги звонко упали на стойку, будто подтверждая её слова.
— Берегите себя, мадам Клер. — пожелала я вслед уже уходящей дамочке.
Лавка дышала пряностями и теплом. Окна запотели, храня внутри тягучее, тревожное тепло — как будто стены знали, что за порогом мир холоднее и злее, чем кажется. Так и было — ближе к десяти часам утренний дождик вернулся, неторопливо барабаня по подоконнику снаружи.
Я сидела за стойкой, лениво перебирая сушёные цветки синегривки — пальцы пахли мёдом и дымом, кожа чуть саднила от недавнего ожога, полученного в неравной схватке с горячим котлом. За окном дождь продолжал мерно барабанить по подоконнику, рассыпая капли по стеклу, словно мелкие жемчужины.
С утра ко мне таскались все, кому не лень — тревожные, уставшие, бессонные, простывшие. Платили за зелья от бессонницы, за травы для успокоения сердца, за любые частички магии, которые хоть как-то обещали защитить их от неприятностей.
После мадам Клер пришла пожилая портниха — я знала её, тихая, из тех, кто живёт за занавесками, но тщетно следит за чужими окнами. Взяла настой для суставов, а потом — уставилась на меня с любопытством, будто я собиралась тут же превратиться во что-то страшное. Я, смеха ради, заставила серебро под кожей вспыхнуть, и та ойкнула, быстро кинув один фрас на стойку — щедро для неё — и чуть ли не убежала, оставив после себя запах кошек и старого пудрового парфюма. Нос сморщился, и я зажгла ароматическую свечу с корицей.
Следом заявился долговязый сапожник, нервный, с покрасневшими глазами. Попросил средство от похмелья, а заодно намёками пытался выведать, правда ли я могу заговорить дом от сглаза. Лгала бы я, если сказала, что это не льстит. Я продала ему мятную настойку и отправила восвояси, оставив без ответа.
Заговорить целый дом… а это интересно, но, наверное, требует очень большого магического ресурса. Быть может, это было подвластно Магистру, но уж точно не мне — мне бы на такое просто не хватило опыта в теневой магии. Хм, а на жителей дома заговор распространяется? Или только на место? Возможно, это был бы очень дорогой заговор, но бесполезный, ведь сглазить можно человека, но никак не место. Хотя, сглазить место… наверное, тогда бы ломалась мебель, полы, портился декор, или появлялась бы плесень…
Так, в размышлениях об этой странной просьбе — прошли несколько проданных настоев синегривки от простуды, лунной шелухи от бессонницы, лунной пыльцы для спокойствия… всё шло своим чередом. Взгляд упал на часы — время потихоньку ползло вперёд, и надо было бы отправить тенегласс Хаэлю с вопросом о том, как попасть в Академию, не вызывая подозрений.
Я опустилась под стойку, чтобы поднять несколько упавших стеблей мяты, поднялась обратно и едва не закричала от неожиданности — передо мной, будто выросшая из-под пола, стояла фигура в чёрном. Как он… она… оно… вошло⁈ Я ведь даже не слышала!
Паника схлынула, когда я пригляделась и поняла, что незваный гость мне по пояс, а из-под плаща торчит хвост. Мирид.
Ну, с миридом, если что, я точно справлюсь.
Из-под полы плаща лениво, будто насмешливо, покачивался длинный пушистый хвост — серебристо-пепельный, с чернильными кольцами у кончика. Уши каким-то образом чуть торчали из-под капюшона — заострённые, тёмные, чуть подрагивающие. Мордочка плохо различалась, но, вроде бы точёная, остроносая, с чёрным носом и янтарными глазами. Эти глаза смотрели на меня без эмоций. Я сложила два и два. В чёрном. В капюшоне.
Тенелапы! Он из отряда миридов Тенелап!
— Чем обязана? — нахмурилась я, смотря на гостя сверху вниз.
— Айлин? — голос гостя оказался неожиданно низким. Я кивнула, наблюдая за каждым его движением. Он вытянул из складок плаща свёрток — пергамент, перевязанный тонкой чёрной нитью, сургучная печать. Ага.
Эврен.
Даже если бы он не оставил печать — Магистр Теней умеет обёртывать послания таким холодком, что пальцы немеют, стоит дотронуться.
— Это всё. — коротко сказал мирид, опуская свёрток на стойку и тотчас буквально испарился. Лишь ловец ветра у двери покачнулся, оставляя меня в немом удивлении. Вот это да! Тенелапы! Значит, что-то важное, раз не тенегласс и не обычная почтовая служба.
— И всё? Ни пожелания удачи, ни инструкций? Ни «до свидания»? — я приподняла бровь, бурча себе под нос и ломая сургучную печать. Содержимое меня удивило. На пергаменте — чёткие, ровные строчки чернил, сухих настолько, будто их выцарапали лезвием.
'Пропуск временного допуска
Выдан: Айлин Элире Мирст
На основании: распоряжения Магистра Теней, Эврена Веландриона Хаэля, действующего Пятого Лика Совета