Академия Квинтэссенция. Игры четырех стихий - Мария Никулина

Мира задумалась. Буквально через пару секунд она просила.

— Я знаю, кто тебе может помочь.

Она взлетела прямо со стула и направилась куда-то за моей спиной. Я лишь успела заценить её шаровары под юбкой — только магам воздуха нужны такие предосторожности.

Ещё через пару секунд Мира приволокла под руку черноволосую студентку с факультета земли. Не по воздуху, и на том спасибо.

— Ребята, это Дафна, и у неё весьма… скажем так, специфические интересы. Ей нравятся убийства и другие преступления. Ой, я имела в виду, нравится их разгадывать. Дафна, это Лора, Морти и…

— Ближе к делу, — сухо и безэмоционально сказала Дафна.

Мира коротко пересказала мою историю и указала на меня пальцем. Дафна приблизилась ко мне и засыпала вопросами:

— Была ли тошнота?

— Что? А, нет.

— Был ли отёк горла?

— Отёк?

— Трудно было дышать?

— А, да, я чуть не задохнулась.

— Это не яды, это аллергия.

— Но я миллион раз пила уже этот компот и ела вишню, не было у меня никакой аллергии!

Меня уже начинал раздражать этот допрос.

Дафна задумалась. Она замерла, неподвижной статуей нависая надо мной. Наконец, хорошенько все обдумав, она произнесла так тихо, что я едва услышала её слова за гулом столовой.

— Есть ещё один вариант, о котором никто даже не подумал. Скажи, из кружки пахло миндалем?

Неожиданно.

— Мне показалось, что да.

Дафна кивнула.

— Помимо самого миндаля, так пахнет цианид и корень мандрагоры. Цианид мы исключаем, так как иначе ты бы здесь не сидела. Значит, остаётся только аллергия на мандрагору.

Я не смогла скрыть удивления.

— Как она могла попасть мне в компот?

Дафна закатила глаза.

— Это же очевидно. Просто кто-то подлил приворотного зелья.

Закончив свое расследование, Дафна повернулась на каблуках и отправилась прочь из столовой. Я проводила взглядом её спину в изумрудном пиджаке.

— Ну, мне пора, — сказала Мира. — Всегда пожалуйста. Не стоит благодарностей.

Через секунду её и след простыл. Видимо, улетела догонять подругу-сыщика.

Морти выглядел обескураженным.

— Быть не может… — Пробормотал он.

— Это незаконно! — сказала Лора и посмотрела на меня. — Кто-то пытался подчинить твою волю, а в итоге чуть не убил тебя!

С ума сойти, меня что, реально кто-то пытался приворожить? Невозможно. Во мне нет ничего особенного, я обычная… Но слова Дафны звучали убедительно. Кто же был способен на такое?

От размышлений меня отвлекли крики. В столовую ввалилась компания магов огня. Они радовались. Нас заметила Агния и подошла к нашему столику.

— Я же говорила! А вы мне не верили!

— Что произошло? — Спросила Лора.

— Как, вы не знаете? Об этом гудит вся академия. Кто-то из ваших бросил монетку в Фонтан Богов. Играм быть!

Остальные огненные маги подхватили её фразу и повторяли как кричалку: «Играм быть! Играм быть!»

Мне хотелось сползти под стол. Морти вжался в спинку стула, избегая смотреть на кого бы то ни было.

И тут я поняла, что он никому не сказал обо мне. Настоящий друг.

У Лоры заблестели глаза, будто она сдерживает слезы. Не думала, что она так близко воспримет это к сердцу.

Что ж, у меня впереди ещё один день. Последний день, прежде чем все, кто мне дорог, отвернутся от меня. Потому что для магов воды то, что сделала я — предательство идеалов.

Жаль, что нельзя просто поменять стихию и перейти в другой факультет. Интересно, меня могут переселить в общежитие магов огня? А то вон они как радуются.

Прозвенели колокола. Пора на пару. Нас с Морти ждало сдвоенное занятие по алхимии у Авариса. Этот предмет был по выбору, и традиционно такие пары вели одновременно у двух факультетов противоположных стихий, а значит, вместе с нами будут огневики-третьекурсники. Я не очень любила с ними пересекаться — слишком уж они шумные и гневливые, а некоторые из них вдобавок самодовольные. Но на парах Авариса они вели себя тише воды — все-таки их декан был беспощаден даже к своим студентам.

Идти от столовой до аудитории было недалеко — буквально пересечь центральную залу. Морти шел за мной будто тень — вроде не отставал, но не проронил ни слова. По его лицу трудно было понять, что он чувствует, но я прекрасно знала, чем были заняты его мысли.

При входе в аудиторию Авариса висела табличка: «С зеркалофонами вход воспрещен». В принципе, он везде запрещён, но какая-то недалекая девица с факультета воздуха додумалась трещать со своим парнем по зеркалу на парах Авариса. Отчислить её не отчислили, но на успокоительных она до сих пор сидит.

Мы с Морти поднялись по лестнице амфитеатра к местам на самом последнем ряду, которые мы шутливо называли галеркой. Лучше всего было сидеть в верхнем левом углу — туда Аварис почему-то смотрел меньше всего. Только мы приземлились на свои любимые места и достали тетради, как перед нами нарисовалась Эмма.

— А что это вы сидите на нашем месте? — Спросила она.

Я чуть слюной не подавилась от возмущения. Пока я пыталась откашляться, Морти сказал:

— Мы сели первыми, значит, места наши.

— Я заняла их раньше. Не тебе со мной спорить, плебей.

Что она себе позволяет?

— Рядом полно мест, — примирительно сказала я. — Можешь сесть неподалёку.

— Ну уж нет. Нам нужны именно эти места — чтобы Аварис не мешал нам с Эйданом… Ну, вы поняли.

Я не сдержалась и закатила глаза.

— Полегче, мышка, — Эмма подняла на меня голос. — Ты просто не знаешь, какого это — иметь такого крутого парня… Или вообще иметь хоть какого-то парня. Тени и то больше внимания привлекают, чем ты. Признаться, я и не сразу заметила, что вы тут сидите.

— Давай без оскорблений, — процедил сквозь зубы Морти.

— На правду не обижаются, — Эмма подбоченилась. — Считаю до трех — вам хватит, чтобы собрать вещи.

— А то что? — С вызовом спросил Морти.

Эмма задрала чёрные брови от удивления.

— Ты думаешь, что можешь себе позволить быть таким наглым? Ты? — Она хихикнула. — Мне достаточно сказать кому надо пару слов, и твоя жизнь превратится в кошмар. Там не то что твою репутацию — тебя можно будет живьём хоронить. Все узнают, что ты из себя представляешь…

Я не выдержала:

— Не слишком ли мелочно угрожать ради двух мест?

— Я не угрожаю, я предупреждаю, — ответила Эмма и уставилась на Морти с видом победительницы.