Изгнанная в стужу. Попаданка начнёт с нуля - Анна Кривенко

Вдруг залаяли собаки во дворе. Залаяли так, словно чужака увидели. Трофим Петрович как раз восседал в своём огромном кресле в кабинете, когда к нему ворвался новый управляющий.

— Господин, — лицо у мужчины было каким-то испуганным, — к вам законник пожаловал.

Трофим Петрович нахмурился.

— Я никого не звал. Чего ему надобно?

Слуга громко сглотнул.

— Господин, он приехал не один. С ним… супруга ваша, Катерина Павловна. Аудиенции просят.

— Что?! — вздрогнул толстяк и ударил кулаком по столу так, что чернильница подскочила и благополучно нырнула на пол, растекшись по дорогому ковру уродливой кляксой.

Управляющий смотрел на это всё в ужасе и даже отступил назад.

— Неверная пожаловала? — Трофим с большим трудом поднялся с кресла и насупился так, что у управляющего коленки друг о дружку застучали.

— Так мне позвать их? Впустить их, господин? Или собак на них натравить?

Толстяк некоторое время думал, тяжело дыша, а потом сказал:

— Пусть проходят. Я хотя бы на физиономию этого законника посмотрю, да фамилию узнаю: пригодится, когда по нему вскорости поминки справлять будем!

Слуга убежал, аж пятки засверкали, а Трофим Петрович крепко сжал челюсти. Ну что ж, он этих двоих на завтрак вместо пирога съест и кости их измельчит зубами. Не будь он Трофим Петрович Терешков, самый влиятельный помещик во всей округе!

Глава 6. Что со мной???

Геннадий Филимонович держался очень уверенно. Он не смутился грозного выражения лица толстяка, не стал лебезить, и я невольно зауважала его.

— Разрешите присесть, — произнёс он и, не дожидаясь разрешения, уселся в кресло.

Я присела на софу сбоку, а в это время Трофим Петрович буравил нас по очереди яростным взглядом разъярённого вепря. Сходство с животным усиливалось курчавой бородой и раздувающимися ноздрями.

Казалось, он вот-вот раздуется и лопнет — настолько красным, яростным и убийственным он выглядел в тот миг. Законник же сохранял полнейшее спокойствие.

— Меня зовут Геннадий Филимонович Рябчиков. Я представляю интересы вот этой барышни, как я понимаю, вашей законной супруги Екатерины Павловны Терешковой, в девичестве Ржевской. Она сообщила, что вы незаконно изгнали её из дома, подвергнув опасности жизнь, лишив возможности забрать свои вещи, в том числе принадлежащие ей лично украшения, доставшиеся от матери, одежду и многое другое, что является исключительно её имуществом. Также вы лишили её средств к существованию и тёплого дома, что является злостным преступлением против гуманности в нашем княжестве.

— Она изменила мне с конюхом! — буквально взревел толстяк.

— Где доказательства? Где решение суда, которое позволяет вам применять по отношению к вашей супруге какие-либо взыскания и наказания? — мгновенно парировал Геннадий Филимонович. — Более того, вы не имеете права лишить её чего-либо, кроме собственной фамилии. Поэтому в данном вопросе вы являетесь преступником, нарушившим закон, и я, как её представитель, сообщаю, что мы собираемся подать в суд на отчуждение части вашего имущества в пользу обиженной Екатерины Павловны.

— Что?!

Трофима Петровича аж затрясло.

— Да я сейчас удавлю вас обоих собственными руками! — заорал он, на удивление резво для своего веса выскочил из-за стола и буквально кинулся на Геннадия Филимоновича.

Я закричала от ужаса. Бедный законник едва успел отскочить в сторону, а грозный толстяк влетел в его кресло и на мгновение замер, застряв в нём, как в ловушке.

— Немедленно успокойтесь! — вскричал Геннадий Филимонович. — Иначе я напишу заявление, обвиняя вас в попытке убийства, что непременно приведёт вас в темницу! Будьте уверены, от настоящего срока вы не отвертитесь!!!

Трофим Петрович продолжал рычать, безуспешно пытаясь подняться. Он размахивал руками, но тяжёлый живот тянул его вниз, не позволяя встать. Я смотрела на него в ужасе, осознавая, что он в данном случае олицетворяет множество пороков.

Нет, дело было вовсе не в его весе. Я знала немало добродушных, хороших и замечательных толстяков. А этот человек был не только крайне злонравен, но и совершенно лишён контроля над собственной жизнью. Довести так своё тело и при этом поддаваться столь диким эмоциям — да какое сердце такое выдержит?

Наконец Трофим Петрович поднялся и медленно развернулся к нам. Он был красным, буквально багровым, как помидор, тяжело со свистом дышал и разглядывал нас помутневшим взглядом.

— Убирайтесь немедленно! — наконец процедил он. — И не вздумайте возвратиться, иначе поплатитесь жизнью. Я вам это обещаю!

— Что ж, — возмущённо вздёрнул подбородок законник, — тогда ждите приглашения в суд. Пойдёмте, барышня!

Геннадий Филимонович развернулся и поспешил к выходу. Я не стала стоять столбом и бросилась вслед за ним. Мы очень быстро покинули дом.

Прокатившись на двуколке обратно в столицу, мы высадились у дома Геннадия Филимоновича. Всю дорогу он молчал и выглядел хмурым и раздражённым, а уже у калитки повернулся ко мне и сказал:

— Барышня, снова предупреждал вас, что дело будет сложным. Как видите, ваш супруг не готов идти навстречу. Значит, мы будем обращаться в суд. Однако суд — дело непростое, он может длиться не одну неделю.

— Я должна добиться справедливости, — произнесла я твёрдо. — Должна!

— У вас есть деньги? — уточнил он.

Мне пришлось признать, что нет, ничего нет.

Законник тяжело выдохнул.

— Что ж, поступим так. Я могу заплатить за вас, но мы должны составить расписку, что в случае поражения в суде вам придётся отработать вложенные деньги собственным трудом. Найму вас секретарём или гувернанткой. Согласны?

Это было очень щедрое предложение, особенно учитывая обстоятельства, поэтому я согласилась.

— Хорошо. Я согласна. Но много ли у нас шансов выиграть этот суд?

— Немного, — честно сказал законник. — Но я, со своей стороны, постараюсь изо всех сил.

Он на мгновение замер, пристально глядя мне в глаза.

— У меня есть свои счёты с Трофимом Петровичем. Так что в моих интересах посадить его в лужу. Увидимся. Я пришлю вам письмо.

Сказав это, законник вошёл в дом.

А я выдохнула. Дело пошло. Но… я не могу сидеть сложа руки. Сейчас я фактически на шее у добрых людей, а законник собирается платить за меня из собственного кармана. Мне срочно нужно найти дело, чтобы заработать деньги!

* * *

Марья огромным деревянным крючком вязала круглые дорожки из тряпок. В нашем мире таким часто занимаются бабушки. Я наблюдала