Хозяйка брошенного замка. Новая жизнь после развода - Анастасия Пенкина

— Гаррет будет драться со своим братом. Я расскажу по дороге.

Оказалось, Корвин не в курсе поединка. Но знает об Ульрихе и его “весенних обострениях”. Он согласился пойти вместе со мной и матушкой на поединок, потому что это может быть небезопасно по его мнению.

В замок мы вернулись, когда солнце уже поднялось над лесом. Вошли на кухню с улицы. Марта возилась у плиты, готовила кашу, Бенедикт резал хлеб. Кларисса сидела за столом, выглядела она бледной, не выспавшейся, с красными глазами. Увидев меня, матушка вскочила.

— Розалинда! — она бросилась ко мне и схватила за плечи. — Где ты была? Я чуть с ума не сошла! Всю ночь не спала!

Я опешила. Матушка никогда не проявляла столько материнских чувств. Обычно она была сдержанной, даже холодной. Но я не обижалась, как и прежняя Розалинда. Понимала, что в местных аристократических семьях не принято проявлять сильных привязанностей к детям. Но сейчас Кларисса выглядела как настоящая мать, перепуганная до смерти.

Неудивительно, дочь ушла в лес и не вернулась.

— Все в порядке, матушка, — успокоила я, погладив ее по руке. — Я ходила по делам. Задержалась в деревне оборотней, Корвин нашел меня там...

— Задержалась?! — она всплеснула руками. — На всю ночь?!

— Было уже темно и пошел дождь, — вмешался Корвин, кашлянув в кулак. — Мы укрылись в лачуге. Я был с ней.

Кларисса перевела взгляд с меня на него, потом обратно. Что-то в ее глазах изменилось. Понимание? Или догадка о том, что случилось между нами с Корвином?

— Ладно, — сказала она тихо. — Главное, что ты жива.

Она обняла меня. Я растерялась, но на душе стало так тепло, и я ответила на объятие.

— Спасибо, матушка.

— Ты же моя дочь, — тихо произнесла она. — Единственная.

Я почувствовала, как у меня защипало в глазах. Но я сдержалась.

Мы сели за стол. Бенедикт подал чай, кашу, бутерброды с маслом и вареньем.

Вскоре с улицы послышался топот копыт. Гаррет вошел на кухню, отряхивая мундир.

— Леди Розалинда, — кивнул он. — Рад видеть вас в добром здравии.

— Спасибо, полковник, — ответила я.

Он сел, за стол, заняв пустое место, Марта тут же поставила перед ним кружку с чаем. Полковник отхлебнул немного и заговорил.

— Есть новости, Фелисити осталась в деревне. Ее приютили. Живет у старосты, помогает по хозяйству.

— Она что-то задумала? — я покосилась на Корвина, потом на Гаррета.

— Возможно, — ответил Гаррет. — Но пока сидит тихо.

— Стоит за ней понаблюдать, — сказал Корвин.

— Понаблюдаем, — согласился полковник.

Кларисса вздохнула.

— Не хочу о ней вспоминать. Лучше расскажите, как вы пережили ночь в лесу?

Я не сдержалась и улыбнулась. И даже немного покраснела.

— Все хорошо, матушка, — заверила я. — Ночь прошла… спокойно.

Она посмотрела на меня, потом на Корвина, и на ее лице появилась легкая улыбка.

— Я так рада, — просияла она.

И я нахмурилась. Надеюсь, Кларисса ни о чем не догадывается. А то еще надумает лишнего.

После завтрака мы с Корвином не сговариваясь отправились в восточное крыло и поднялись в его гостиную. Я прикрыла за нами дверь и села в кресло напротив него.

— Нужно понять, что еще может помочь тебе обернуться, — перешла я сразу к делу. А то вдруг Корвин решит, что я пришла поговорить о чувствах… о том, что случилось ночью. — Если вдруг священная поляна оборотней не поможет.

Я сразу подумала о тех травах, которые Мора упоминала в своих записях. Тот рецепт рассчитан на подростков. Но если взять высокую дозировку, очень концентрированный отвар? Помогут ли дракону такие травы?

Корвин хмуро уставился на угли в потухшем камине.

— Есть кое-что. Сильные эмоции могут помочь обороту. Гнев, страх, отчаяние. Но я не могу заставить себя их чувствовать.

— А… радость, какие-то счастливые эмоции? — спросила я, сама удивившись своим словам. Будто вызвать счастье проще, чем гнев.

Невольно вспомнился генерал Мерквуд в ярости, когда заявился в замок, думая, что я снова замешана в темном колдовстве. Тогда у меня точно получилось вызвать в нем сильные эмоции, и совсем не радостные.

Может, снова попробовать его разозлить?

Корвин задумчиво посмотрел на меня.

— Не знаю, — глухо произнес он. — Не проверял.

Я отвела взгляд. Стало неловко за собственные мысли. Играть чужими чувствами даже в лечебных целях как-то неправильно.

Повисла тишина и я поняла, что мне пора уходить.

— Ладно, — пробормотала я, поднимаясь. — Тогда будем надеяться на поляну. Поединок уже скоро.

— Розалинда.

Я бросила взгляд на Корвина, его голубой глаз смотрел на меня, и как он смотрел… Сердце вдруг предательски подпрыгнуло.

Он явно хотел что-то сказать, но то ли не решался, то ли не мог подобрать слов.

— Спасибо, — наконец тихо произнес он Корвин.

— За что? Я ничего не сделала, еще никак не помогла тебе, — почти возмутилась я.

— За все… — он тяжело вздохнул, сделав паузу, его плечи чуть напряглись. Кажется, откровенность давалась генералу Мерквуду непросто. — За то, что смотришь на меня…

— Как? — не выдержала я очередной паузы.

Он выдохнул и его взгляд потемнел.

— Ты смотришь на меня, — повторил он тверже. — И не отводишь взгляд. Каждый раз когда ты смотришь так, я забываю о своих шрамах.

— Меня не пугают шрамы, Корвин, больше нет…

— Я заметил.

В его голосе появились хриплые нотки и мое сердце застучало еще быстрее.

Я уже хотела подойти, наклониться и коснуться губами шрама на щеке, уголка упрямых губ, и поцеловать. Чтобы у него точно не осталось сомнений, что меня они не пугают больше. Но следующие слова Корвина приостановили мой пыл:

— Может, когда-нибудь ты расскажешь, что изменилось.

Изменилось слишком многое. Но могла ли я рассказать об этом Корвину?

А если такая откровенность грозит обвинениями в одержимости?

С того дня как я очнулась в этом мире, в темнице, прошло много времени. С тех пор многое изменилось, в том числе и мое отношение к Корвину. Но могу ли я доверять ему настолько?

— Я пойду, — пробормотала я себе под нос и скрылась в коридоре.

Время до поединка Гаррета с Ульрихом пролетело быстро. Я была занята домашними делами, Фелисити никак не напоминала о себе, и опомниться не успела, как матушка озадачила меня с выбором наряда.

— Даже не знаю, что в таких случаях надевать, — посетовала она крутясь у зеркала, прикладывая то одно платье, то другое.

— Это не светский прием, матушка, выберите что-то удобное.

На случай если придется бежать через лес. Но вслух я говорить об этом не стала, конечно.

На поляну мы отправились вечером, сразу после раннего ужина. Гаррет