Штормбрейкер - Ниша Дж. Тули
— Спаси свою «награду» и доставь её к передним воротам для принятия присяги, — заканчивает Девон.
Мой разум мечется. Неужели эти инструкции действительно пришли от Щита? Или это мой отец подстроил всё как настоящее испытание моей лояльности? Как я вообще могу сделать этот выбор?
Желчь подступает к горлу. Десять минут. Это практически ничто. Когда я думала, что нашла лазейку, отказавшись от первого теста Фиамы, я лишь выигрывала время. Конечно, я знала, что легким всё это не будет.
— А что, если я не выберу ни того, ни другого? — спрашиваю я, пытаясь найти способ спасти нас всех от этой участи. — Я пройду тест для Теры. Или для Асале.
Брови Стиви ползут вверх. Очевидно, она не ожидала, что я такое скажу.
Я и сама не ожидала, но это было до того, как меня притащили в этот чертов лес.
Девон качает головой. — Мне жаль, но этот вариант тебе больше не доступен. Это твои единственные две опции.
Его выражение лица кажется почти сочувствующим. И тогда я понимаю: за всем этим стоит мой отец. Он всегда считал меня слабой. Слишком эмоциональной. Слишком мягкотелой. Когда я отказалась сражаться с тем человеком, я лишь подтвердила его мнение. Он хочет сломить меня, заставить сделать жесткий выбор. Он хочет превратить меня в свою копию.
Я качаю головой, слезы жгут глаза.
Небеса, я не могу. Я не могу сделать этот выбор.
У меня остался только один вариант. Тот, с которым я никогда не думала, что придется столкнуться.
— Я не буду присягать ни тому, ни другому, — говорю я. Эти слова звучат тихо, дыхание перехватывает. Я потеряю всё. Семью. Друзей. Но, по крайней мере, я не стану убийцей.
Девон и Стиви обмениваются неуверенными взглядами. Я что-то вижу в их выражениях. Теперь не только мой отец считает меня слабой. Я начинаю осознавать, что почти все здесь уже хотя бы немного похожи на него.
Девон вздыхает и снова поворачивается ко мне. — Мы не можем заставить тебя участвовать, но нам сказали, что если ты попробуешь уйти, они оба всё равно погибнут.
— Что! Почему? — вскрикиваю я.
Его выражение лица становится жестким, тот мимолетный момент неуверенности исчезает. — Потому что у тебя нет такой роскоши. Ты дочь наследника, и… — он качает головой и усмехается. — Ты знаешь, сколько людей пошли бы на убийство, чтобы оказаться на твоем месте? А ты относишься к этому как к какому-то бремени?
Я резко выдыхаю, словно меня ударили под дых. Конечно. Он такой же, как все остальные. Он видит в моем отказе предательство всего, за что он стоит.
— У тебя нет выбора, — заканчивает он. — А теперь прекращай тянуть время и готовься.
Он кивает Стиви, которая разводит руки в стороны, наблюдая за всей нашей перепалкой. Мой взгляд встречается с ее, и она слегка склоняет голову, в ее глазах что-то мелькает.
— Готова? — спрашивает она.
Совсем нет, но я все равно киваю, принимая устойчивую стойку.
Десять минут.
Я смотрю на обе тропинки, представляя двух людей где-то в тенях. Как далеко они?
Парк огромный. У меня может уйти десять минут только на то, чтобы добраться до них.
Я быстро запускаю таймер на своих часах, ожидая сигнала.
Стиви выкрикивает: — На старт, внимание…
Испуганный крик прорезает тишину слева от меня, и я не жду, пока она закончит, срываясь с места.
Глава 28
Звук донесся откуда-то совсем рядом, и я сохраняю — возможно, глупую — надежду, что мои «призы» спрятаны не слишком глубоко в лесу.
Я даже не помню, в какую сторону побежала.
Это не было осознанным выбором — спасти того или другого.
Я просто услышала крик и отреагировала.
— Где вы? — кричу я. Еще один вопль заставляет меня свернуть влево, продираться сквозь кусты, пока я не оказываюсь на маленькой поляне. Там я натыкаюсь на мужчину в деревянной клетке, подвешенной на веревке, протянутой между двумя массивными деревьями.
Я пытаюсь вспомнить, куда свернула. Налево. Значит, это и есть обвиняемый.
Дом Ария.
У меня сейчас нет времени обдумывать, что это значит. Мне нужно просто спасти его.
Клетка раскачивается над большой грудой камней.
Я испускаю долгий вздох. Может, всё не так уж плохо?
Но тут клетка внезапно поднимается на несколько дюймов, и мой взгляд следует вверх по веревке: она прикреплена к механическому вороту, который медленно тянет мужчину к искрящейся фиолетовой сети защитного барьера генерала Сол.
Желудок сжимается. Если клетка дойдет до верха, мужчина погибнет.
Он замечает меня и падает на колени, хватаясь за прутья и прижимаясь к ним лицом.
— Помогите мне! — кричит он.
Я осматриваю поляну и вижу топор, прислоненный к дереву.
Полагаю, он для меня.
Я, не теряя ни секунды, бегу к нему и хватаю его.
Груда камней под клеткой дает небольшую высоту, но они неровные, и самая высокая точка едва достаточно широка, чтобы я могла на ней стоять.
— Отойди! — кричу я и со всей силы замахиваюсь топором, пытаясь удержать равновесие.
Лезвие вонзается в дерево с резким треском, вибрация от которого болезненным ударом отдается в руке. Клетка качается, но продолжает подниматься чуть выше.
Я выдергиваю топор и вижу приличную трещину, но она недостаточно велика, чтобы разбить клетку.
— Еще раз! — кричу я, не дожидаясь ответа. До барьера из Искры осталось меньше метра, он так близок к тому, чтобы превратиться в пепел.
Я замахиваюсь с хриплым выдохом, но промахиваюсь. Из-за инерции я соскальзываю с камней, мои колени с грохотом ударяются о лесную почву, а топор выскальзывает из рук.
— Черт! — рычу я, снова хватаясь за рукоять и взбираясь обратно на вершину. — Держись!
На этот раз я готовлюсь: крепко сжимаю топор обеими руками и расставляю ноги как можно шире на неровной поверхности. Когда клетка при раскачивании