Страж крови и тени - Линдсей Спаркс

Через нашу связь я чувствовала вековую подозрительность, доставшуюся дорогой ценой, исходящую от Ксавьера, — те самые инстинкты, которые сохранили жизнь моей матери через бесчисленные предательства. Его голос нес ту особую мягкость, которая неизменно предшествовала насилию.

— Удобное время, принц. Ты появляешься как раз тогда, когда наша защита нарушена.

Несмотря на свое шаткое положение, глаза Рэйдзи горели срочной целью, его взгляд скользнул мимо Ксавьера и нашел меня.

— Кто-то наносит скоординированные удары по вашим чарам, — сказал он, его голос был напряженным, но ровным, несмотря на давление на горло. — По старым чарам. Чарам Селены.

Второй толчок прокатился по убежищу, сильнее первого.

— Моя стражница — Рен… — выдавил он, его лицо краснело от хватки Ксавьера. — Она пропала. Я не могу найти ее нигде.

Подтекст повис в воздухе, как клинок на грани падения. Я вспомнила ее пристальное изучение моего пучка трав ранее, хищную оценку в ее глазах.

Снаружи в коридоре я слышала крики и бегущие шаги, вампиры спешили по коридорам. Кто-то требовал оружие. Другой голос выкрикивал приказы о защите восточного периметра.

Бастиан оттолкнулся от книжного шкафа, золотой свет под его татуировками стал ярче, когда зверь внутри него зашевелился.

— Откуда нам знать, что ты не часть этого?

— Вы не знаете, — признал Рэйдзи, его резкая честность была неожиданной. Его взгляд снова сместился ко мне, твердый, даже когда он боролся за дыхание. — Но я клянусь звездами, я пришел искать союза против тьмы, а не привести ее к вашему порогу.

— Отпусти его, — сказала я Ксавьеру, мой голос был напряжен.

Ксавьер неохотно отпустил Рэйдзи, его тело все еще находилось между нами, сжатое и готовое нанести удар при малейшем поводе.

Кабинет содрогнулся вокруг нас, когда еще одна волна силы обрушилась на защиту убежища. Где-то вдалеке разбилось стекло, и кто-то закричал.

Лицо Мики промелькнуло в моей голове — мой сын, где бы он сейчас ни был в Лунном Убежище, не подозревающий об огромной опасности, смыкающейся вокруг нас. Мое сердце сжалось от абсолютного ужаса.

— Мы его найдем, — сказал Эш, когда они с Тейном выскользнули через дверной проем, лавируя мимо перепуганных вампиров, воздвигающих баррикады у окон и раздающих кристаллические гранаты, светящиеся потусторонней силой.

Форма Уэса мерцала на периферии моего сознания, его эфирная энергия боролась с помехами, нарушающими призрачный план. Его черты искажались от усилия, рот двигался срочно.

— Софи… — Его голос звучал искаженно, как радиостанция, пойманная между частотами. — Они пытаются… — Помехи заглушили его предупреждение, его форма рассеялась, как дым на сильном ветру, оставив после себя только холодный, пустой воздух там, где он стоял.

Мое сердце дрогнуло от его исчезновения. За несколько недель с тех пор, как я обнаружила его призрак, я привыкла к его присутствию, к этому утешительному постоянству среди хаоса, которым стала моя жизнь. Потерять его снова, даже временно, оставило пустоту в моей груди, которая была мучительно знакомой — та самая пустота, которую я носила годами после его смерти.

Земля задрожала под нашими ногами, когда еще одна волна силы обрушилась на чары. Книги посыпались с полок, страницы затрепетали, как испуганные птицы. Древняя люстра зловеще качнулась над головой, цепи загремели. Патруль вампиров промчался мимо открытой двери, их лица были мрачны и готовы к бою.

— Идем, — сказала Исадор, шагая к дверному проему. — В Селенариум. Сейчас же.

Рука Ксавьера легла мне на поясницу. Его пальцы прижались к позвоночнику, не направляя, а поддерживая.

Мы двигались по коридорам торопливо, Ксавьер и Бастиан с флангов, а Исадор вела нас к секретной лестнице. Рэйдзи следовал близко позади, его глаза постоянно осматривали окружение. Вампиры пробегали мимо нас, неся оружие или припасы, некоторые выкрикивали доклады об обстановке в разных частях убежища.

Скрытый проход в полу открылся под прикосновением Исадор, мрамор растворился, открывая винтовую каменную лестницу, ведущую вниз, в темноту. Серебряные сигилы вспыхнули жизнью вдоль изогнутой стены, их пульсирующий свет отбрасывал странные тени на наши лица, превращая знакомые черты во что-то потустороннее.

— Только те, кого принимает богиня, могут войти в зал внизу, — сказала Исадор Рэйдзи, ее голос нес нотку торжественного предостережения. — Королевы и их связанные консорты.

Снова поднялась волна паники.

— А как же Мика? — Мысль о том, что мой сын останется без защиты, пока убежище рушится вокруг него, заставила кровь застыть в жилах.

— Твоему сыну разрешат пройти, — заверила меня Исадор, ее медные глаза смягчились. — В нем течет твоя кровь. Богиня всегда узнает своих.

Лицо Рэйдзи ничего не выдало при этих словах, но что-то в его глазах изменилось, едва заметная переоценка того, что он знал — или думал, что знал — обо мне и моем сыне.

— Я иду с вами, — сказал Рэйдзи, слегка подняв подбородок. — По крайней мере, вниз по лестнице. Если я не смогу пересечь порог, так тому и быть.

— Ты не сможешь пересечь, — огрызнулась Исадор.

Дрожь прокатилась по убежищу, сильнее, чем раньше. Звук ломающегося камня эхом отозвался где-то над нами.

— Это неважно, — сказала я, мой голос был напряжен от срочности. — Идем!

Мы поспешили вниз по лестнице, каждый шаг уводил нас глубже в сердце убежища. Серебряные сигилы становились ярче, когда я проходила мимо. Воздух становился тяжелее с каждым шагом, заряженный древней силой и обещанием божественных секретов.

Я шагнула через арку у подножия лестницы без колебаний, и Исадор, Бастиан и Ксавьер вошли следом. Я обернулась на судорожный вдох Рэйдзи. Он замер на пороге, одна рука поднята против невидимого барьера. Серебряный свет рябил у арки, где его ладонь прижималась к ней, как потревоженная вода, отражающая лунный свет.

Я уловила проблеск разочарования — или, возможно, смирения — в его глазах.

— Я буду стоять на страже здесь, — поклялся он.

Рука Ксавьера мягко надавила мне на спину, его прикосновение вернуло меня к непосредственной опасности.

Я неохотно отвернулась от Рэйдзи и оглядела зал целиком. Кристаллическая сфера на вершине купола светилась багровым, как пойманная кровавая луна. Красные сигилы, отмечающие лунные фазы большим кругом на каменном полу, пульсировали в такт моему сердцебиению.

Тревожные голоса и эхо шагов привлекли мое внимание обратно к арке. Эш прошел через нее, за ним Мика, потом Тейн. Глаза Мики расширились при виде меня, облегчение и замешательство сменяли друг друга на его лице.

Я быстро подошла к нему, крепко обняв.

— Ты в порядке? — спросила я, отстраняясь и осматривая его на предмет травм.

Он кивнул, его глаза расширились, когда он оглядел наше окружение.

— Что