Лишняя невеста Волка - Марьяна Снежинская

Ну, какая разница! Чего все так уперлись в наследника? Главное — волк! Не полукровка, а сильное и здоровое потомство.

— Нет, — лицо Вероники на миг исказилось, став хищным, чужим. Тень промелькнула такая четкая, что я замер на секунду. — Наследник, Ник. Тебе придется постараться сделать все по правилам, а потом… ты займешь место Альфы.

— Что? — рассмеялся тихо, думая, может, я еще в отключке, а все видение лишь.

Ну такое не могло быть произнесено всерьез, тем более из уст волчицы!

— Место Альфы будет твоим… — усмехнулась истинная. — А если кто-то будет против, то ты расправишься с ними также, как и со знахаркой. А все ради нас… Ради нашей истинной любви, Ник! — прошептала она и с каждым словом ее голос становился для меня лучшей на свете музыкой.

И да, я готов был следовать за ее желаниями в эти мгновения. Беспрекословно, безвольно точно ослепленный! Сам не понимал, отчего не сопротивлялся, просто смотрел на Веронику и готов был положить весь мир к ее ногам.

— Посмотри на свои руки, Ник. Они уже в крови. От этого не отмыться, — шептала она, а ледяной ужас пауком пополз по моей коже, — но это будет нашим секретом. Никто не узнает, слушайся, Ник, и я сделаю тебя самым сильным на свете. Посмотри на наши метки, — она уронила взгляд на свою, — мы с тобой так похожи.

И впервые, буквально на толику секунду, я уловил нечто странное, словно меня звали. Будто через толщу льда пытались пробиться, тянули руки, а я просто смотрел… медленно наблюдая, как тону. Как мое тело шло ко дну, а на той стороне реки стояла Лоранс с порванной золотой ниткой, та, которую я оттолкнул, та, которая отчего-то хотела спасти, но не меня, нет, она хотела спасти моего волка. Он тихо погибал, не находя в себе сил, чтобы бороться. Он сдался, а я… я нет? Человек во мне становился сильнее, по крайней мере, я так думал. И своими руками зачем-то губил того, кто был со мной с рождения.

Но эти мысли быстро рассеивались точно туман, я не мог погрузиться в них, чтобы принять до конца и что-то сделать.

— Забудь ее, — услышал я словно сквозь сон, ощутив тяжесть век. — Она никто! И она никогда не встанет у нас на пути. Я не позволю отнять тебя у меня никому, — всего на мгновение перед глазами возник чужой образ. Не Вероника, кто-то другой, страшный и холодный, напоминающий жабу.

Но рассмотреть, вглядеться я не успел. Все поплыло, и я тоже, погружаясь все больше в небытие, еще не догадываясь, что оно станет моим спасением! Ведь с предателями в клане не церемонились и я оказался на самом краю, когда решалась судьба не только волка.

Звезды так ярко светили в ту ночь, напоминая маленькие фонарики в темном небе. Оно казалось таким черным, буквально как дыра в моей груди после разговора с Ирис. Надежда умерла, я пыталась ее реанимировать, но жизнь показала — не выйдет. Оставалось сдаться, доверится потоку и плыть. Неизвестно куда, просто рассчитывать, что выведет однажды судьба.

Оказалось, это страшно — одиночество. При живых, хотя кто теперь знал, родителях я ощутила себя сиротой. Никому не нужной, без дома, без крыши над головой, без крепкого плеча. Холодно, жутко!

Сил не было, свет, казалось, тоже никогда не смог бы ворваться в мою жизнь. Я загоняла себя в ловушку сама, но не могла прервать мысли о волке.

Мы больше не увидимся. И нас никогда и не было!

— Не грусти, — тихий голос Давида удерживал меня еще в этом пространстве. — Всем когда-то разбивали сердца, по крайней мере, ты сделала все, чтобы изменить ситуацию.

— Но не вышло! — пожала я плечами. — Грустно.

— Справимся, — протянул он мне руку. — Дай себе время. Переключись на другое.

— Учебу? Мне надо как-то выживать, Давид. Я не могу питаться свежим воздухом, да и жилье чужое надо бы освобождать.

— Стипендия, — продолжил он.

— Это крохи! Их не хватит, чтобы снять квартиру. А эта… чужая все-таки, вдруг приятель Ника вернется. Да и оставаясь здесь, я даю себе надежду, что вновь увижу его.

— Тогда да, лучше уехать.

— Уехать, — произнесла я, кивая, но перед этим нужно было еще кое-что сделать.

Взглянуть в глаза тем, кто меня предал. Людям, которым доверяла, но они там жестоко со мной поступили.

И в груди клокотал страх, ужас сковывал меня толстыми цепями, что даже представить было страшно, как я собиралась реализовать то, о чем успела подумать.

Встреча с семьей… Это не самое верное решение в моей жизни, в данной ситуации, где я могла пострадать. Увы, но не могла рассчитывать на их любовь, они вмиг стали чужими мне. Те, кого я считала самыми близкими.

— Переведусь на заочный, — твердо выдала, — а потом другой город, другая жизнь. Только для начала я должна вернуться в свой дом.

— Ты уверена? Не самое разумное решение, как по мне. Но…

— Вот именно! Но, Давид. Я хочу поговорить с ними, закрыть эту тему навсегда, но для этого мне надо понять, кто они!

— Ты о родителях? Они люди, — развел руками приятель.

— Так ли это! — усмехнулась я, вспоминая все, что происходило там.

Странные метаморфозы с мамой, реакция отца, вороны проклятые, которые вечно кружили рядом и мурашки…

Инстинкты и интуиция не могли меня так сильно подвести. Было там что-то нечисто, и я должна была узнать, рискнуть, тем более, что терять уже нечего, если только себя. А с разбитым сердцем, я уже не человек практически, кукла!

До утра еле дотерпела, если честно. Метания внутренние глушила мыслями о будущем, старалась рисовать радужные картины, чтобы окончательно не потерять себя.

А с наступление нового дня встала пораньше, заварила чашку кофе, но сделала лишь пару глотков, больше не лезло, да и торопилась. На всякий случай прихватила свой бедный скарб и уже на пороге вдруг обернулась. Были сомнения, а вернусь ли я сюда еще? Сама не знала!

Взглянула на цветок на окне, улыбнулась, будто он был не просто растением.

— Ирис! — отметила про себя. — Какое, однако, совпадение! — он почти раскрылся и, находясь тут, я ухаживала за ним, будто он мог чувствовать.

Прикрыв за собой дверь, я положила ключ под коврик. Наивно, может, но так правильнее, отчего-то решила.

Всю дорогу прислушивалась к ощущениям. То и дело подрагивали руки,