Хозяйка гостиницы, или Драконам вход воспрещен! - Алана Алдар

Крыло реагирования. Ребята, которых посылают то туда, то сюда, затыкая любые дыры.

Если меня прикрепят туда, Рок и раз в полгода меня не увидит.

— Все в ваших руках, — заметив мою реакцию, напомнил принц с сарказмом. — На этом все. Наместник Штайн, вам стоит срочно вернуться на остров, он уже несколько дней без подпитки. Королевские маги зафиксировали снижение с привычной высоты.

Отец кивнул, поднялся и вышел, не взглянув на меня.

— Адепт. Вы можете отправиться на Стрелец, чтобы передать жене мой подарок. Через два дня вас ждут в Академии, ваши каникулы бесславно окончены. Можете идти.

Рок

Стройка шла полным ходом, хотя «полным ходом» это, конечно, преувеличение. Обещанные Себастианом столичные строители прибыли, привезли с собой какие-то невиданные чертежи и принялись командовать направо и налево!

Первые два дня местные мужики смотрели на них волками, но потом как-то притёрлись.

Оказалось, что столичные знают толк в каменной кладке, а наши в работе с деревом, и вместе они творили что-то невероятное!

Фундамент уже был готов. Массивный, каменный, совсем не похожий на тот хлипкий, что держал мой старый санаторий. Себастиан настоял на камне, и я, скрепя сердце, согласилась. Конечно же, он был прав — деревянные постройки слишком уязвимы для драконьего огня. Хотя, звёзды свидетели, я надеялась, что больше никакие драконы жечь наш дом не станут.

Наш дом…

Станет ли остроенное заново поместье по-настоящему нашим? Глядя на пепелище, стройку, я думала что мой муж сейчас на другом острове и кто его знает, чем обернется разговор с принцем… Вряд ли нас ждет — полная чаша, скорее полная неизвестность.

— Госпожа Рок! — Ванька подбежал ко мне, раскрасневшийся и запыхавшийся. — Там Маша зовёт, говорит обед готов, а вы опять забыли поесть!

— Иду, иду, — я еще раз посмотрела на стройку и поплелась следом за кухарчонком.

Обедали мы теперь в большой палатке, которую разбили рядом со стройплощадкой, у кромки леса. Маша с Лизой, я и внезапно проявившая недюжую инициативу Берта, готовили на всю ораву, человек тридцать, не меньше. Борщ, каша, пироги — всё простое, сытное, работяжье. Столичные строители поначалу морщились, не привыкшие к нашей кухне, но после пары дней тяжёлой работы на морозе уплетали Машину стряпню за обе щеки.

— Рок, милая, — площадку вдруг посетила Эвелина. Лорд Викрейн, коротко кивнув, поставил корзину с горячей сдобой, пока его жена придирчиво меня осматривала. — Ты совсем себя загоняешь. Посмотри, на кого похожа стала!

— На работящую хозяйку, — буркнула я, — спасибо, что гостинцы из терема согласились доставить.

— На привидение ты похожа, — Эвелина покачала головой. — Круги под глазами, щёки впали… Муж приедет — не узнает.

При упоминании Себастиана что-то больно кольнуло в груди. Он улетел четыре дня назад и с тех пор прислал только одно короткое сообщение через магический канал связи: «Задерживаюсь. Объясню при встрече. Береги себя».

Берегу. Как умею…

— Кстати, — Эвелина понизила голос, — Никиту сегодня из лекарской выписали. Он уже дома. Ты планируешь его навестить?

— Да, после обеда схожу.

— Мы за завтраком обсудили, ну, с нашими всеми. Не правильно это, гостеприимством хозяна злоупотреблять. Праздники закончились, пора и честь знать. С вечера будем разьезжаться… — он вздохнула, поморщилась в привычной ей манере оглядывая гостиницу. — Но, имею надежду забронировать привычный мне номер на весенние празднества. Судя по тому, как все идет, должы успеть? — Она вопросительно выгнула бровь.

— Спасибо! — я сжала ее затянутые в перчатки пальцы. Только Эвелина вот таким своеобразным образом могла выразить поддержку. — Постараемся декорировать в лучшем виде. И непременно много одеял и подушек.

— И камин! — поддакнула она.

— Обязательно!

Терем мэра встретил меня непривычной тишиной. Обычно здесь было людно: то гости мои суетились, то Тихон с мужиками забегал что-то обсудить. Но сегодня все либо уже разьехались, либо разошлись по делам, и дом казался пустым и слишком большим.

Никита сидел в кресле у камина, укутанный в тёплый плед. Рука, та самая, вырванная из сустава драконьими зубами, покоилась на перевязи. Целитель вправил её, наложил какие-то магические повязки, но предупредил, что полное восстановление займёт месяцы… Если вообще такое чудо случится.

— А, Рок, — Никита попытался улыбнуться, но вышло криво. — Как дела на стройке? Замёрзла? Может, чаю?

— Сиди уже, герой, — я поставила корзинку с передачкой на стол. — Маша прислала. Бульон, пирожки, ещё какие-то травяные настойки. Я немного выдохну и сама уже здесь приготовлю, свеженькое.

— Передай ей спасибо…

Я села в кресло напротив, разглядывая его. Выглядел Никита… плохо. Бледный, осунувшийся, под глазами залегли тени. И это наш медведь, ещё недавно ворочавший брёвна одной рукой и смеющийся над любыми невзгодами.

— Как ты? — глупый вопрос, но что ещё спросишь.

— Бывало и лучше, — он пожал здоровым плечом. — Из столицы обещали лекаря прислать. Какого-то особенного, при романсковском доме крутящегося, он как будто на сложных травмах специализируется.

— Это же хорошо?

Никита хмыкнул:

— Вряд ли мне лощёные городские помогут. Тут нужно время. И… кое-что другое.

Он замолчал, глядя в огонь. Пламя отбрасывало на его лицо рыжие отблески, и на секунду мне показалось, что я вижу не человека, а зверя. Того самого огромного медведя, который бросился защищать мой дом от дракона.

— Никит, — я подалась вперёд, зачем-то еще и на шепот перейдя. — Ты ведь…

— Знаю, что ты, да и не только ты видела, — перебил он. — И знаю, что ты достаточно умна, чтобы понять, а люди наши благоразумны, чтоб смолчать. Уж сколько всего они видели и знают, а тайны хранить умеют…

— Не надо было тебе оборачиваться. Опасно это…

— Остров у нас такой, сама уж все понимаешь. Да и Романовы… — он не договорил. — Мне нужен оборот, вместо лекарей придворных. Зверь восстанавливается быстрее, чем человек. Намного быстрее. Если я пробуду в медвежьей шкуре хотя бы неделю, рука заживёт полностью. Но…

— Звучит очень долго. Разве не опасно это, во второй, звериной ипостаси столько ходить?

— Если бы у меня была жена, про истинную вообще молчу, привязка и метка назад бы, к ней тянула, а так, да… Но, риск оправданный. Или зверем, или калекой… А калекой мне никак нельзя, Рок.

Мы снова замолчали. Огонь потрескивал в камине, за окном начинал идти снег — мягкий и пушистый, совсем не похожий на ту метель, что бушевала вчера.

— Знаешь, — Никита откинулся в кресле, — я много думал, не зря тебя на Стрелец притянуло. Домой, считай, вернулась. Корни они такие, тянут, даже когда сам не понимаешь куда.

— Какие корни? — я