Мои друзья — монстры - Албани Уокер

— Ты про Си-Си, — поправляю я.

Он медленно моргает, на мгновение закрывая глаза.

— Я наблюдал за вами. Вы играли вместе часами, и ты улыбалась.

Грим пристально смотрит на меня.

— Я не видела её много лет, — задумчиво произношу я. Я почти о ней забыла. Она говорила, что пришла из моря, но я была слишком маленькой и ничего не поняла, поэтому просто стала звать её Си-Си.

— Прости, что не защитил тебя…

— Защитил? От Си-Си? — перебиваю я Грима и хватаю его за руку. Впервые с тех пор, как он рассказал, что они должны были быть моими хранителями, я действительно чувствую к нему благодарность.

— Никогда за это не извиняйся. Без неё и Дяди я бы свихнулась.

Грим сжимает губы в тонкую линию.

— Ты вообще не должна была нуждаться в том, чтобы я тебя кормил. Эта часть твоей природы должна была спать, пока ты не стала бы намного старше.

Теперь ему уже куда хуже удаётся сохранять своё привычное спокойствие. Я убираю руку с его предплечья и пытаюсь осмыслить услышанное. Я должна была быть обычным ребёнком. От мысли о том, как всё могло сложиться и насколько другой могла быть моя жизнь, в груди болезненно сжимается. Но тогда у меня не было бы Дяди, Редмон и Эйсон. Я не могу представить жизнь без них. Да и частью своей родной семьи я всё равно никогда себя не чувствовала. Втайне я всегда думала, что меня удочерили.

— Ты должен был рассказать нам, что она чуть не умерла, — настаивает Гуннар, не подозревая, о чём я думаю.

Грим резко встаёт.

— Зачем? Ты мог что-нибудь изменить? — Его голос гремит сразу несколькими голосами, и от прежнего спокойствия не остаётся и следа.

Гуннар с шипением выдыхает.

— Нет. Но ты всё равно должен был нам сказать. Она не только твоя!

— Заткнись, — зло бормочу я.

Но они продолжают препираться.

— Это было серьёзно. Ты должен был нам рассказать, — соглашается с Гуннаром Каликс.

— Видишь? Даже животное понимает.

Гуннар машет рукой в сторону Каликса.

— Заткнитесь, заткнитесь, заткнитесь!

Я снова хлопаю ладонями по острову и вскакиваю.

— Да что с вами, блядь, не так?

Я по очереди смотрю на каждого. Только Грим выдерживает мой взгляд. Гуннар внезапно находит пол чертовски интересным, а Каликс делает вид, что внимательно изучает несколько коробок и пакетов, оставшихся на столешнице.

— Вы можете хоть на пять грёбаных минут перестать думать только о себе? — спрашиваю я довольно спокойно. — Или это слишком сложно? Может, тогда я наконец получу хоть какие-то, блядь, ответы?

Впрочем, спокойствия хватает ненадолго. К концу тирады я уже откровенно язвлю, а последние слова снова выкрикиваю.

ГЛАВА 15

— Грим, пожалуйста.

Я делаю кистью приглашающий жест, предлагая ему продолжать. Руки дрожат, а внутри всё словно желе. Я всё ещё пытаюсь осмыслить, что своим существованием обязана Гриму. Без него я бы не пережила младенчество.

— Я не смог защитить тебя, — без колебаний снова признаёт Грим.

— Нет, ты меня защитил. И сейчас я хочу услышать совсем другое. Потом будешь себя винить. Я хочу знать: если ты меня спас, почему так и не показался? Почему ни разу не задержался достаточно надолго, чтобы хоть что-нибудь объяснить? — требую я.

Грим делает неглубокий вдох.

— Я боялся, что из-за этого ты станешь ещё уязвимее перед другими сверхъестественными угрозами. Я следил за существами, которые тебя навещали. Знал, что они никогда не позволят причинить тебе вред: их тянуло к тебе, они тебя защищали.

Грим слегка разводит ладони, губы сжимаются в тонкую линию.

— Я не знал, к чему приведут мои визиты. Понятия не имел, выдержат ли твой разум и тело всё это. Люди не должны видеть наш мир так, как видишь его ты.

— Я не человек, — почти выплёвываю я, оскорблённая самим сравнением. Люди слабые и поверхностные.

— Нет. Но при рождении ты должна была быть такой же хрупкой и наивной, как обычный человек, — объясняет Грим.

— Дети более восприимчивы к сверхъестественному миру вокруг них, поэтому я думал: если дать тебе вырасти, ты забудешь кошмары, которые приходили к тебе, до тех пор, пока не наступит время пробудиться. Я пытался тебя защитить.

Я откидываюсь назад, опираясь на стул. Не то чтобы сажусь — просто мне нужно за что-то держаться, чтобы устоять на ногах.

— Я их не забыла. Ни одного, — говорю Гриму. Немного помолчав, добавляю: — Ладно, как хочешь. Я почти понимаю, почему ты так поступил, хотя всё равно считаю твоё решение дурацким. Но почему вы так долго ждали?

Теперь я смотрю и на остальных.

— Мне тридцать. Я достаточно взрослая, чтобы знать правду о себе и пробудиться, или как вы там это называете.

Каликс подходит ближе и останавливается напротив меня по другую сторону острова.

— Мы правда думали, что ты сама найдёшь одного из нас. Мы все решили, что быть парой сразу с тремя мужчинами — для тебя слишком.

Я фыркаю совсем не по-дамски.

— За себя говорите. — упираю руки в бока.

Каликс продолжает, словно я не перебила его и не поспорила с ним в одной фразе:

— Тебе когда-нибудь казалось, что тебе чего-то не хватает? Или кого-то?

Я морщу лицо и оглядываюсь.

— Это шутка? Что это вообще за вопрос? Конечно, мне всю жизнь чего-то не хватало.

— А тебе никогда не хотелось найти то, чего не хватает? Тебя тянет к кому-нибудь из нас?

Гуннар слегка приподнимает подбородок, ожидая ответа.

Я скрещиваю руки на груди.

— Так вот чего вы ждали? Что я просто выберу одного из вас? А дальше что — стану вашей собственностью? Не дождёшься, Котёнок, — заявляю я, смерив Гуннара взглядом сверху вниз, а потом кошусь на остальных.

— А насчёт того, тянет ли меня к кому-то из вас… Я бы ни одного не выгнала из постели даже за крошки на простынях. Но это обычное влечение. Вы все вполне ебабельные, просто никто из вас мне особо не нравится.

Я замолкаю.

— Ну, может, ты. Совсем чуть-чуть. — Подмигиваю Гриму и свожу большой и указательный пальцы почти вплотную.

Гуннар тут же недовольно ворчит:

— Он тебе нравится только потому, что кормил тебя. Я тоже был рядом. Это я приносил тебе все камни.

Я медленно поворачиваюсь к этому великовозрастному ребёнку, которому до полноценной истерики осталось совсем немного.

— Это ты оставлял камни?

— Не просто камни. Это драгоценные самоцветы, — сердито отвечает Гуннар и скрещивает руки на выпяченной груди.

— А как же наше решение держаться подальше? — злится Каликс, прищурившись на двоих мужчин.