Лилит Сэйнткроу - Грешники Святого города

Стимулятор вроде чилла.

Она сказала:

— Повсюду ходят слухи: демоны прорываются сквозь завесу в наш мир. Бесов видят все чаще, их число неуклонно возрастает, а на встречах коллегий наблюдаются… тревожные знаки. — Взгляд маги снова метнулся ко мне. — Боги, так это правда, — прошептала она. — Так и есть. Ты… ты избрана.

У меня брови полезли на лоб.

«Бесы, проникающие сквозь завесу. А еще она упомянула коллегии. Я-то думала, что все разговоры о тайном собрании маги, собирающемся для совершения ритуалов в противовес членам обычных сообществ, — это пустые слухи. Ничего себе!»

Мой пульс внезапно выровнялся. Хоть что-то я узнаю.

— Избрана для чего?

Я постаралась, чтобы мой голос прозвучал абсолютно спокойно, сдержанно. Так и получилось, но от его медовой хрипотцы потемнел воздух. Свет исходил только от лампад под алтарем Ганеши, глаза которого весело поблескивали в мерцающем сумраке.

— Чтобы стать… человеческой невестой. Плотской женой.

Ее зрачки расширились, и я опять ощутила резкий соленый привкус ее страха.

«Ни одна охота не вызывала у меня таких ощущений. Ни один псион, ни один нормал. Что со мной не так?»

— Думаю, точнее говорить «хедайра», — сухо поправила я, будто понимала, о чем она толкует.

Мой изумруд полыхнул зеленым, и маги вздрогнула.

— Почему бы тебе не рассказать мне все, что ты знаешь? О бесах, об этих «тревожных знаках»? И Лукас будет доволен.

Маги переводила взгляд с Лукаса на меня, ее щеки цвета жженого сахара побелели. Затем, проявив куда больше смелости, чем я на ее месте, она с легким щелчком вернула на место взведенный курок своей пушки.

— Мне известно не так много. Расскажу все, что знаю, и это покроет весь мой долг, Виллалобос. — Она с вызовом подняла острый подбородок. — Если кто-то из маги или демонов узнает, что я с вами говорила, моя жизнь не будет стоить мешка с мусором из Тэнка.

— Будь по-твоему, — прохрипел Лукас. — Я даже позволю тебе поговорить с ней наедине. — От его широкой удовлетворенной улыбки меня пробирало холодом. — Кухня у тебя там же, где была?

Руки Карлайл дрожали, но она бросила на него сердитый взгляд. Эта женщина мне уже нравилась.

— Только не вылакай все вино, пропойца! Двигай. И больше ни к чему не притрагивайся. И ты тоже, некромант.

Последнее слово она выговорила с очевидной неприязнью. С чего бы? Презирать друг друга у псионов не принято.

Да, удивительная особа, необычная даже для маги.

Лукас вышел из комнаты, демонстративно шаркая поношенными сапогами. Леандр перед тем, как уйти, коснулся моего плеча, и этот неловкий жест, как ни странно, не вызвал у меня раздражения.

Едва они ушли, Карлайл заметно успокоилась. Сунула пушку в кобуру на бедре и отошла на несколько шагов от алтаря.

— Когда это произошло? Изменение? Ты не маги. Как же ты смогла убедить демона сделать это? Что это был за демон? Ты можешь вызывать его, когда захочешь, или?..

«Какого черта?»

— Я пришла сюда за ответами, а не на допрос, — холодно произнесла я. Запах кифии напомнил мне о Гейб, и сердце заныло так, что к глазам подступили слезы. — Можешь продолжать задавать вопросы, и твой долг перед Лукасом возрастет.

Женщина снова вздрогнула, волосы мягкой волной упали ей на лоб. Но она тут же взяла себя в руки.

— Можно мне это увидеть?

«Что увидеть, черт возьми?»

— О чем ты?

Неужели она смущается? Похоже на то.

— Ну… демонскую метку. Если она не на… интимном месте.

Хм. Подняв правую руку, я оттянула ворот блузки, расстегнула пуговицу и показала подвижные текучие шрамы, образовывавшие знак Джафримеля в углублении на моем левом плече.

— Иногда болит.

Я отпустила ворот.

«Стало быть, о метках кое-что известно. Во всяком случае, маги знают, что они существуют. Но я получила знак от Люцифера, когда он сделал Джафа моим фамилиаром. С другой стороны, все остальные мои шрамы исчезли после того, как Джафримель изменил меня. Кажется, через метку между нами осуществляется некая связь. Хотелось бы знать, эта связь двусторонняя? Он говорил, что с помощью знака может выследить и найти меня, а если я прикоснусь к метке, то могу смотреть его глазами. Похоже, связь двусторонняя».

— Что ты можешь рассказать мне о таких понятиях, как «хедайра» и «а'нанкимель»?

Карлайл опять вздрогнула, будто я ее ущипнула.

— У меня есть только одна книга, где об этом упоминается, — ответила она. — Я так и сказала Виллалобосу, когда он спросил. Это «Обычаи кругов ада» Шонли в переводе Морригуэн. То, что относится к теме, изложено на страницах со сто пятьдесят шестой по сто шестидесятую, — произнесла она, словно цитировала тезисы на защите диплома в Академии.

Ее серые глаза смотрели как будто в глубь себя. Маги умеют тренировать очень хорошую память: возможно, сейчас Карлайл видела перед собой эти страницы.

— Я запомнила, потому что эти сведения решительно не похожи на все остальное, что мне доводилось читать на данную тему.

Я кивнула и сложила руки так, что меч в левой руке оказался прижатым к боку.

«Сейчас или никогда, подруга. У меня мало времени».

Торопить ее не стоило, ибо в спешке можно упустить важные фрагменты информации. Абру я до завтрашнего вечера все равно не увижу — стало быть, вся проклятая ночь в моем распоряжении. Но нетерпение вздымалось во мне, как подступавшая к горлу желчь. Я сглотнула. Мои волосы рассыпались по плечам, пряди спутались, но меня это не волновало. После недавней аварии я не утруждалась зачесывать их назад.

— Шонли пишет, что он ознакомился со старинными текстами, где утверждается, будто демоны давным-давно вступали в отношения с человеческими женщинами. Это было известно еще в дошумерские времена, когда демонов принимали за богов и поклонялись им. Конечно, демонов почитали и позже, даже в эпоху Просвещения, но то были отдельные случаи, а не массовое явление. Особо отмечается, что храмовые жрицы, а порой и другие женщины становились избранными. Шонли называет их «плотскими женами» или использует старинное греческое слово, обозначавшее куртизанку. По звучанию оно близко к тому, что на языке демонов означает «спутница» или «возлюбленная». Очевидно, очень немногие из демонов высшего ранга связывали себя со смертными женщинами, передавая им частицу своей мощи и получая что-то взамен. Что именно, никто точно не знает.

Маги подалась назад, прислонившись к алтарю. Возможно, близость бога придавала ей храбрости. Ее рука лежала на рукоятке девятимиллиметрового «глока», изящно прикрытого манжетой. Другого оружия на виду не было. Видимо, клинками она не пользовалась.