Фея – катастрофа в Темном лесу. Книга 1 - Татьяна Юрьевна Серганова

— А кто ее мать? — не удержалась я.

— Шеррия была шаманкой.

— О-о-о-о-о, — протянула я.

Шаманами называли людей, которые обладали совсем небольшим даром, но умело его использовали, общаясь с духами лесов, полей, гор и рек. А еще они умели с помощью транса вступать в контакт с предками. То есть вроде ничего особенного шаманы сотворить не могли, но умудрялись делать всего по чуть-чуть. Для мелких кланов и степняков, где маги почти не рождались, каждый одаренный шаман был на вес золота.

— Шеррия исчезла как раз накануне посвящения. Она готовилась принять дар своей бабки и занять ее место, но брат Оргайла сумел задурить ей голову и увести. В их стае шаманок никогда не было.

— А ведь Аррия упоминала, что способна делать странные вещи, — вспомнила я и от возбуждения хлопнула ладонью по столу. — Заговоры всякие знает. И говорила, что за это ее обижают, потому что не принимают магию.

— Не обманывайся, светлая, — хмыкнул Грейнар. — Все они принимают. Твою Аррию легко было обмануть. Она же ребенок, правды не знает, дальше территории клана не выходила. Вот и верила всему, что ей рассказывали.

— Все равно не понимаю, — вздохнула я. — Если Аррия шаманка, если она нужна, то почему…

— Потому что, — немного раздраженно перебил темный. — Аррия всего лишь сосуд, инструмент для достижения цели. Им нужна не она, а ее дети. Дети, наделенные магией, сильные и непобедимые. Те, которых она родит. А Оргайл воспитает.

Я нервно хохотнула.

— Что за глупости? Дар шаманов так не передается. Да, что-то наследуется потомками, но основная сила переходит не так. Это все знают.

— Все образованные маги, — возразил Грейнар. — А Оргайла и его стаю я к таким не стал бы относить. Но кое-что они придумали. Например, морить девчонку голодом и избивать, чтобы у нее не оставалось сил на использование дара.

У меня от этой информации перед глазами будто красная пелена встала.

— Что? — свистящим шепотом переспросила я.

— Что слышала, — зло усмехнулся Грейнар. — Если бы у девчонки проснулся дар, то остановить ее было бы невозможно, как и удержать, и принудить к браку.

— Ах он… пес плешивый, кобель блохастый, старый хрыч! — прорычала я. — Интриган проклятый! Ты все это знал с самого начала?

Некромант лишь пожал плечами.

— И не вмешался?

— Закон.

— Да ну вас… с вашими законами! — выкрикнула я. — Так ведь нельзя! Почему ты его не наказал? Почему позволил ему уйти? После всего? Да я бы… его.

Я замолчала, пытаясь сформировать мысль и придумать самые страшные кары из возможных. Однако сущность феи требовала совсем другого. И ничего кроме вечного заточения на хлебе и воде не предлагала. И то… хлеб как-то жестоко, надо выбрать рацион получше. Чтобы сидел в тюрьме, ел, жил и думал над своим поведением.

— Что я слышу? — коротко рассмеялся Грейнар. — Светлая фея жаждет крови? Разве такое возможно? А где ваша хваленая любовь и всепрощение?

— Не будет ему прощения! — вновь воскликнула я. — Как ты мог его отпустить и не наказать как следует?

Он отложил вилку и откинулся на спинку стула. На его губах играла легкая улыбка. Не зря говорят, что сытый мужчина — довольный мужчина. Темный даже слегка подобрел.

— Не переживай, он свое получит.

— Это как?

— Очень просто. Стая не прощает слабости, а Оргайл ее показал. Мало того, что бросил мне вызов и отступил, так еще и отдал важную волчицу другой стае. Дни его власти сочтены.

— Его свергнут? — с надеждой поинтересовалась я.

— Можно и так сказать. — Темный встал и направился к кровати. — Поверь, Оргайл не уйдет от возмездия.

— То есть ты наказал его чужими руками, — восторженно ахнула я, поворачиваясь и следя за ним взглядом.

— Да.

Остановившись у кровати, Грейнар принялся расстегивать пуговицы на рубашке. Я некоторое время наблюдала за его действиями, а потом, будто очнувшись, спросила:

— А что ты делаешь?

— А ты как думаешь? — усмехнулся он, продолжая свое занятие.

— А зачем?

Некромант хмыкнул и выразительно на меня взглянул, слегка приподняв бровь:

— Серьезно?

Ну да, глупый вопрос. Но что поделать, раз уж я чемпион по глупым вопросам и странным ситуациям, то от еще одного хуже не станет.

— А я? — медленно поднимаясь со стула, спросила я.

— А что ты?

— Я тоже хочу спать. А кровать одна.

— Вот и спи, — усмехнулся Грейнар и ехидно добавил: — На диване.

— А ты на кровати? Так нечестно.

— Все честно. Это моя кровать. И это мой дом.

— Но я девушка. И твой гость.

Хотела добавить, что воспитанные лорды так себя не ведут, но… это же темный. Откуда у него воспитание и манеры?

— Ты не мой гость. Я тебя не звал, не ждал и не приглашал. — Он принялся стягивать с себя рубашку, демонстрируя мне обнаженный торс. — И твоя половая принадлежность ничего не меняет.

Я быстро отвернулась, чувствуя, как начинают гореть от смущения и возмущения щеки. Вытянула руки по швам и сжала кулаки, чувствуя себя героиней плохого любовного романа. Потому что в хорошем все герои были прекрасно воспитаны. Они предпочитали спать на полу у ног возлюбленной, делая все, чтобы она была счастлива.

«Так он не твой возлюбленный, а ты не его героиня», — противно хихикнув, напомнило сознание.

Пришлось мысленно шикнуть на саму себя и задать новый вопрос:

— Ты ч-что собираешься спать так? Без одежды?

— Я собираюсь спать так, как мне удобно, — отозвался Грейнар и зашуршал одеждой.

Моя фантазия разыгралась не на шутку, рисуя картины того, какой именно предмет одежды он снимает. И чем больше я представляла, тем сильнее горело лицо. Пришлось ущипнуть себя за запястье, чтобы слегка прийти в себя.

«Сэлли, ты с ума сошла? Он ведь тебе не нравится. Мало того, что темный, наглый, самоуверенный, так еще и тощий… и вообще!»

Что вообще я не понятия не имела, но сжала кулаки и застыла в ожидании, когда это безобразие закончится.

— Так