Тёмные фантазии (СИ) - Окишева Вера Павловна "Ведьмочка"

Я сумела сделать подсечку и скрутить Лапушку минуты через три, с победным смешком сковывая руки Лапушки наручниками за спиной. Склонилась так низко, что мои волосы осыпались водопадом, заслоняя лицо. Удивительно, как приятно он пах, хоть и нонарец с виду.

— Ну как, нравится чувствовать себя беспомощным? — прошептала ему, задевая губами его ухо, а затем укусила за мочку.

Лапушка судорожно вздохнул, а затем глухо рассмеялся, разгоняя мурашки по моей коже.

— Под тобой да, нравится. Тебе же тоже понравилось быть подо мной. Ты же поэтому позвала меня. Захотела. Или, может, ты созрела, а, Даша?

Я вздрогнула. Этот смелый и сильный голос будоражил меня и пугал немного. Ведь полукровка не боялся ни меня, ни того, что я сделала с ним. И могу сделать. Он словно наслаждался нашим общением. А это совсем не то, на что я рассчитывала. Что с этим мужчиной не так?

— Нет, не понравилось и не понравится, а знаешь почему?

— Хочу услышать, — отозвался дерзко Лапушка, слегка выворачивая голову так, чтобы хоть чуть-чуть увидеть меня.

Я склонилась ниже и мстительно шепнула:

— В тебе нет манны. Смирись.

Оттолкнувшись, встала и поправила подол платья. Развернулась к выходу, желая покинуть зал, оставив Лапушку лежать здесь в наказание, и замерла. В проходе стояла Лиза, заслонив его собой. Она, выпучив глаза, вопросительно приподняв брови, молча указывала руками на мужчину у моих ног, явно ожидая объяснения.

Я просто пожала плечами, переступила через полукровку, игриво проведя по подолу рукой. Подойдя к сестренке, увела ее в общий зал, где продолжались разговоры взрослых.

— Твою артиллерию, ты что творишь, Дашка? Совсем с ума сошла?

— Не шипи и делай вид, что ничего не видела.

— Я не видела? Да как я не видела? Дашка, он же всем все расскажет. Обвинит тебя в нападении. Ты хоть понимаешь что устроила? Это же скандал.

Я ущипнула сестру, чтобы не кричала и не привлекала внимания.

— Он никому ничего не расскажет.

— Ты уверена? — конечно же, не поверила мне сестра, явно подумав, что я свихнулась.

И, возможно, она была права. Но во мне просто зашкаливал адреналин, и я ощущала такой подъем настроения, что хотелось смеяться.

— Пусть только попробует кому-то что-то рассказать.

Затем решила принести извинения Конууну, который при моем приближении спрятался за отца, но я пообещала, что не буду претендовать на роль жены маленького кошмарика. Неужели посол решил, что я серьезно намеревалась с ним породниться? Наивненький он какой-то для посла, просто прелесть.

Инцидент был исчерпан, нонарцы собрались отбывать на станцию, и вот когда настал час расплаты и моего триумфа, Лапушка как ни в чем не бывало вышел из малого зала, глумливо мне подмигивая и потирая запястья, на которых золотых оков уже не было! Да как так-то? Он что, знает какой-то прием, как разблокировать наручники?

— Я оценил твои пристрастия, — шепнул мне Лапушка, проходя мимо.

И сделал он это так, что и Лиза услышала, толкнула меня, выпучив глаза, требуя объяснения, а я… Я скрежетала зубами от досады. Скользкий тип этот Лапушка. Выкрутился, извернулся и вышел победителем. Но ничего, я что-нибудь еще придумаю.

— Даша, — тихо рявкнула на меня сестрица, хватая за руку и разворачивая к себе лицом. — Что это было?

— A на что похоже? — уточнила я, оттягивая момент признания.

А признаться придется, причем не только перед Лизой, но и Марией. Потому что если не расскажу сама, придумают сами себе объяснение, и оно будет далеко от правды.

Вот только настоящую правду мне открывать тоже не хотелось.

— Итак, рассказывай! — хмуро приказала сестра, нависая надо мной.

Я в пижаме и теплых носочках с ногами сидела в глубоком кресле у нее в комнате. Спать этой ночью, кажется, не предвидится. Мои родители, даже не задумываясь, отпустили меня ночевать к Махтанам сразу после приема.

Мария смотрела на меня голографической проекцией над коммом Лизы, что лежал на журнальном столике. Молодая шиямата, как всегда, была при марафете, блистая своей белоснежной красотой альбиноса.

— Для начала попрошу вас об одной услуге.

— О какой? — отозвалась Мария.

Я с тяжелым вздохом произнесла:

— Вы не лезете в мои дела. Я сама разберусь с этим мужчиной.

— С мужчиной? Лиз, ты сказала, что у нас проблемы с нонарцем.

— Нонарец и есть тот самый мужчина, — отмахнулась от вопроса Лиза, затем грозно сдвинула точеные черные брови.

— Даша, не нервируй меня. Рассказывай, что, в конце концов, у тебя происходит?

Я закатила глаза. Вот именно этого я и опасалась, поэтому никому из подруг ничего не рассказывала. Ведь Лиза точно не останется стоять в стороне и Лапушке достанется. А я не хотела, не могла позволить девчонкам портить мне настроение.

— Даш, а что у тебя с глазами? — встряла Мария очень вовремя и я с легкостью зацепилась за возможность оттянуть время.

— Красиво, да? Я похожа на унжирку?

— Очень, — кивнула шиямата, — и я подозреваю, что это в тебе проснулась унжирская половинка? Я читала, что у вольных мыслителей есть активная фаза, когда они включают свои охотничьи инстинкты по привлечению жертвы.

— И сдается мне, что Дашка у нас вышла на охоту, а жертва — полукровка нонарец.

— Не знаю насчет жертвы, но повторюсь, Лиза. Не надо влезать, я сама разберусь с ним.

— Да с кем? Расскажите мне-то! — жалобно простонала полупрозрачная голограмма Марии.

— Все началось с твоей свадьбы, Маша. На ней, если вы помните, меня украл Конуун.

— Помним, дальше что?

— А то, что его старший брат меня в тот день увидел и…

— Влюбился? — восторженно выдохнула Маша.

Я поперхнулась заготовленными словами, выпучив глаза, моргнула пару раз.

— Нет конечно! — вырвалось у меня, когда смогла справиться с первыми эмоциями. — Он же полуунжирец. Какая любовь, Маша!

— Самая настоящая. Ты что же не собираешься ни в кого влюбляться только потому, что в твоих генах есть унжирские корни?

— Да влюбился он, — заверила Марию Лиза. Она все так же нависала надо мной, сложив руки на груди. — Мне вот интересно, чего это ты на него напала?

Мария восторженно ахнула, прикрывая пальцами рот.

— Что вот прямо взяла и напала? — шепотом переспросила.

— Нет, не просто, Маша. Она его еще сковала наручниками и бросила лежать в зале.

— Даша! — пораженно выкрикнула шиямата, а я закатила глаза на ее следующие слова. — Это же скандал! Это же посягательство на жизнь представителя иной расы!

— И унижение гражданина Союза Свободных Рас, Дашенька!

— Высказались? — сухо спросила я подруг, затем дотянулась до кровати, схватила подушечку и, обняв ее, продолжила свой рассказ.

— Это он меня похитил со станции. Так что мы квигы.

— Что? Это он украл? А мы его упустили? — вскричала сестра так громко, что впору ей рот подушкой зажимать.

— Тихо ты! — шикнула на нее, надеясь, что тетя с дядей заняты своими делами и не слышали воплей из комнаты.

— Даша, он преступник. Это нужно арестовать. Кто он говоришь? Сын посла?

— Девочки, я просила вас не лезть в это дело. И вы не полезете! Потому что если сунетесь, то тогда действительно разразится скандал, о котором вы меня предупреждали и отговаривали. Лапушка не будет на меня заявлять, потому что я на него не заявила.

— Ты решила сама ему мстить? — заинтересованность в глазах шияматы можно было ложкой черпать.

Девочки переглянулись, и я поняла, что женской солидарности мне не избежать и, что самое противное, ничего этим двум не доказать.

— Точно, она же знает, где он живет. Его имя, идектификационный номер. Станция «Астрея» небольшая. Ему от нас не скрыться! — Лиза уже была готова вершить Великое Правосудие.

И вот спрашивается: а кто ее об этом просил? Ответ один: никто!

— Да, я хотела отомстить, и я отомстила.

— И как ты это сделала? — поинтересовалась Маша, которой, видимо, там, на Шиянаре, совсем скучно жить, вон как жадно ловит каждое мое слово.