Добродетель злодейки. Том 1 - Bae Hee Jin
Ах, с моей стороны это был весьма опрометчивый ответ. Я нахмурилась от нахлынувшего сожаления.
Между тем смех Изаны не прекращался. Его Величество явно считал меня дурочкой. Какая еще рана! К сожалению, моя реплика была совершенно не к месту.
– Ваше Величество, прошу прощения за дерзость, но не могли бы вы перестать смеяться?
– Ты… Кх-кх. Как можно было ответить именно так?.. Кх-кх-кх. – Изана беспрестанно хихикал.
Мне ничего не оставалось, кроме как ждать, когда он успокоится.
Положение Изаны
«Изана, твоя способность – это проклятие. Из-за нее ты можешь сделать несчастным не только себя, но и всех вокруг».
Это были слова отца Изаны, когда он запер сына в башне Тампль.
Хотя прошло более десяти лет, воспоминание о том дне никак не стиралось. Тогда дул промозглый ветер, отец строго и холодно предупреждал сына.
Наставления отца сильно врезались в память Изаны и превратились в открытую, незаживающую рану. Чтение чужих мыслей не было способностью, которую желал Изана. Это случилось внезапно, мысли других почему-то стали заполнять его сознание. Он не знал, что послужило тому причиной. Но единственное, в чем Изана не сомневался, – он не родился с таким даром.
Чтение мыслей сделало Изану невыносимо одиноким. С тех пор как отец, боявшийся способности сына, запер его в башне, и до сего дня не было ни единого момента, когда Изана не чувствовал бы себя одиноко.
В детстве, пребывая в заточении в башне Тампль, Изана большую часть времени проводил в размышлениях о бренности всего сущего.
Изана считал себя ненужным этому миру: брошен родителем, да и к тому же обладает проклятой способностью улавливать даже тайные людские мысли. Знать скрытые мотивы других было поистине мучительно. Изана испытывал душевные муки и думал о смерти, но в итоге был вынужден смириться. Конечно, не то чтобы кто-то извне помешал ему предаваться отчаянию. Конечно, в башне не было никого, кто бы должным образом заботился о нем, вдобавок там была подходящая обстановка, способствующая тоске. Но Изана, живущий в башне Тампль, в итоге отверг любые способы свести с собой счеты, кроме того, из-за страха физических страданий он не мог с легкостью решиться на это.
Долгое время он жил словно мертвец. Лишь со временем вместо губительного стремления к небытию Изана стал чаще задумываться о том, какой же он жалкий. Ему осточертела собственная слабость – он презирал свою безвольность и продолжал избегать реальности. Если не можешь отправиться в мир иной и не можешь выйти из башни из-за отца, нужно чем-то заняться, раз уж ты сидишь под замком. Постепенно он начал менять образ мыслей, исследовал свой дар и даже изучал внешний мир.
Цель была одна: когда престарелый отец умрет, Изана покинет башню и все изменит. К счастью, в Тампле было много книг, поэтому Изана смог получить самые разнообразные знания. А еще он кое-что выяснил и о своей проклятой способности. Оказалось, она проявляется, только если встретиться взглядом с человеком.
Робкий зрительный контакт или мимолетный взгляд не активировали дар, поскольку чужие мысли читались отнюдь не мгновенно: по крайней мере, требовалось смотреть в глаза от трех до десяти секунд.
Пока Изана находился в башне, слуги доставляли ему еду и необходимые вещи, и он не сталкивался со случаями, когда мысли не читались.
Таковы были результаты его исследования.
И вот спустя краткое время после того, как Изана вышел из башни, он впервые встретил человека, чьи мысли не удалось прочесть.
– Ваше Величество, я благополучно доставил госпожу Джинджер в особняк.
Услышав голос помощника, Изана прервал размышления. Воспоминания о прошлом, которые он хотел навсегда оставить в недрах памяти, вновь растревожили короля. То, что он мог читать сокровенные мысли других, но не мог контролировать свои собственные, опечалило Изану.
– Хорошая работа, Рара, – проговорил Изана и постарался отбросить прочь неприятные воспоминания, всплывшие из омутов разума.
Ракишан – или же просто Рара – пристально смотрел на монарха.
– Вы получили желаемый ответ от госпожи Джинджер? – осторожно спросил он.
– Нет. Не получил, – ответил Изана с усмешкой.
Он так ничего и не услышал от Джинджер про Лераджию.
Изана позвал Джинджер, чтобы подробнее расспросить о слухах про свою персону, поскольку девушке было многое известно. Но в итоге он лишь поболтал с ней ни о чем. Однако бесцельная беседа доставила Изане истинное удовольствие, ведь это был первый в его жизни разговор без чтения мыслей.
Вспомнив растерянное лицо Джинджер, он почувствовал, что вновь готов рассмеяться. Глядя на Джинджер, он осознал, что мир велик и в нем существуют самые разные люди. В детстве Изана считал, что души окружающих грязны и запятнаны. Он слишком часто ощущал лицемерие других: они ярко улыбались, но внутри них бурлили острые как нож мысли.
Джинджер Торте поразила его. Она была чистой, что ли. В ее суматошных мыслях не было лжи. Джинджер стала первой девушкой, в которой, как Изана чувствовал, не было ни капли злокозненности. Хотя в этом и заключался ее недостаток: она казалась чистой до глупости.
Изана пару раз кашлянул, чтобы сдержать непрошеную улыбку.
– И вы уверены, что ее следовало отпустить?
– Да, конечно. Остальное уже неважно, – беззаботно ответил Изана.
Честно говоря, изначально он и не ожидал услышать от Джинджер детали сплетен. Она избегала смотреть Изане в глаза. Если бы Джинджер собиралась рассказать ему все, она бы так не поступила. Но это вовсе не означало, что он считал ложью ее слова.
«– Да. Слух о том, что причина заточения в башне Тампль – ваши глаза, способные прочесть мысли любого человека. Но я не настолько наивна, чтобы сразу поверить в такие домыслы. Поэтому решила все проверить сама и спросила Ваше Величество, читаете ли вы мои мысли.
– Где ты услышала это?
– Есть такая особа. Девушка, которая любит посплетничать и умеет уводить чужих мужчин».
Изана подумал о девушке, которую упоминала Джинджер. Алые глаза и волосы краснее граната. Лераджия Атланта – дочь маркиза и единственная персона, на которую не действовала его способность. Та, чьи мысли он не мог прочесть, знала его секрет.
Удивительно