Эльф. Выбор без права возврата - Mya Fox

— Просто воин. Привык выживать.

Они разделили вяленое мясо и хлеб, запивая водой из фляги. Для Лианы эта еда казалась вкуснее любых пиров в отцовском доме. Может, от голода. А может, потому что рядом был он.

— Холодно, — поежилась она, когда ветер задул под навес.

Кэйлем посмотрел на нее. Она дрожала, пытаясь согреться у огня, но пламя не спасало от пронизывающей сырости. Ее губы посинели, пальцы, протянутые к огню, были белыми.

— Иди сюда, — сказал он вдруг.

— Что?

— Иди. — Он откинулся спиной к скале и развел руки в стороны. — Тепло эльфа. Оно сильнее, чем у людей. Я согрею.

Лиана замерла.

— Ты предлагаешь... обняться?

— Я предлагаю тебе не умереть от холода до утра, — в его голосе не было насмешки, только спокойная забота. — Решай.

Она колебалась лишь секунду. Потом подползла ближе и осторожно прижалась к нему спиной, втискиваясь в кольцо его рук. Он был горячим — настолько, что сквозь мокрую одежду чувствовалось жаркое тепло его тела.

— Замерзла совсем, маленькая, — его голос прозвучал у самого уха, и по спине побежали мурашки.

Он укутал их обоих одеялом, прижимая ее крепче. Лиана чувствовала его дыхание на своих волосах, его грудь у своей спины, его руки, сомкнутые на ее талии. Сердце колотилось как бешеное.

— Спасибо, — прошептала она.

— Спи, — ответил он. — Утром будет новый день.

Но она не спала. И он не спал.

В тишине ночи, когда только костер потрескивал да где-то вдалеке ухал филин, Лиана вдруг повернулась в его руках. Медленно, осторожно, оказавшись лицом к лицу с ним.

Он смотрел на нее. В темно-синих глазах отражался огонь.

— Кэйлем, — прошептала она и нерешительно коснулась пальцами его щеки.

Он замер. Ее пальцы были холодными, но прикосновение обожгло.

— Теплый, — выдохнула она, проводя кончиками пальцев по его скуле, по линии челюсти, останавливаясь на губах.

У него перехватило дыхание.

В голове вихрем проносились мысли.

Она моя хозяйка. Она человек. Она не для таких, как я. Она...

Но когда она смотрела на него вот так — с робостью и нежностью в зеленых глазах — все доводы разума рассыпались в прах.

Он наклонился и осторожно, почти невесомо, поцеловал ее в висок. В рыжие пряди, пахнущие дождем и дымом. Просто поцеловал, прижимаясь губами к ее коже.

Лиана зажмурилась. Сердце готово было выпрыгнуть из груди.

— Спи, — прошептал он снова, но в голосе появилась хрипотца.

Она уснула у него на руках, согревшаяся, укрытая одеялом и его заботой.

А он не спал.

Он сидел, глядя на огонь, и мысли его были горькими и сладкими одновременно.

Что ты делаешь, воин? Она человек. Она та, кто купила тебя. Та, кто дала тебе свободу, а ты отказался. Но она другая.

Он смотрел на ее лицо во сне — спокойное, умиротворенное, с чуть приоткрытыми губами. Рыжие ресницы отбрасывали тени на щеки. Она была прекрасна. Не той холодной красотой его сородичей, а другой — живой, теплой, настоящей.

Я не хочу быть ей другом.

Мысль пришла внезапно, но он не стал ее отгонять.