Белка на метле - Анна Леденцовская

Пообщавшись с ней, Лимала решила внести в сольный танец девушки элемент неожиданности. Танцевать Тинка должна была с куском полотна наподобие покрывала, и кандага, посовещавшись с сыном, принесла ей какую-то необычную ткань. В чем тут соль, Ольга не знала, но догадывалась по сверкнувшим глазам девушки, что всех ждал еще тот сюрприз.

Просидели выпускницы недолго. Павлентий, балабоня без умолку, оголодал, да и кавалеров вроде обсудили. По словам бельчонка, все были не старыми и даже симпатичными, а еще очень состоятельными и уважаемыми в обществе господами.

Напомнив, что утром предстоит уборка с репетицией, Белкина с фамильяром покинули комнату выпускниц, чтобы заглянуть на кухню к старому повару, тем более что Ольга надеялась застать там Лималу и узнать у нее про зеркало.

Кандаги в кухне не оказалось, а зеленокожий Угд озадаченно почесал затылок.

— Это глядя на тебя наша Матильда вдруг решила веса набрать? Или жор от полета такой напал? Вроде ж не наблюдалось за ректором такого, — пожаловался он Белкиной. — Услала меня с поручением, а сама, вон смотри, половину сыров выгребла. И ветчину. Хлеб опять же свежий был, и ни крошки не оставила. Она ж его не ест. А орехи?

Орк с подозрением посмотрел на бельчонка.

— Павлентий, это точно не твоих лап дело?

— Пф-ф! — Фамильяр оскорбленно надулся. — Я бы попросил тогда. Чего мне таскать-то? Ольгу бы попросил, конечно, а она бы у тебя взяла. Может, Матильде для зелий надо...

Глазки бельчонка виновато забегали. Что-то объяснить друзьям он не мог.

— Видимо, или правда даже на нашу мадам нападает иногда жор, или она кого-то ждет посреди ночи, — предположила дворничиха. — А может, у нее кавалер есть? И она его не афиширует, ну мало ли, ведьма все-таки. Может, им нельзя замуж? Тебе ведь, Павля, про ее ухажера нам не рассказать, не выйдет? Даже кивнуть не получится? Вот наверняка тайный воздыхатель!

Версия была неплоха, и за поздним ужином они с Угдом отлично перемыли ректору косточки, но о настоящей причине налета мадам на кухонную кладовую так и не догадались.

О том, что ведьма может добровольно встать посреди ночи, чтобы встретить тринадцать холостяков и тайком провести их в академию на террасу второго этажа, никто и помыслить не мог.

Как, впрочем, и сама мадам Пшиляковская даже не подозревала, что вместо горланящих песни потных распаренных девчонок в тулупчиках взгляду ошалевших от такого зрелища женихов предстанет ровный строй по два человека, дружной колонной вышедший к сугробам под мерный рокот орочьих походных барабанчиков.

— Ну что, крошки мои, грянем? — рыкнула зеленая мамаша повара. — Туннельную чистку дорожек ать!

Над парами, стоящими в пушистом сугробчике по краям дорожки, взметнулись, перекрещиваясь, лопаты и метлы, а корпулентная дворничиха павой скользнула под ними, сгребая снег.

— Эйрр ор-р-р окадоран и-ит и-и-и... — тихонько затянул девичий хор, а как только Белкина подцепила под локоток Лорику, рявкнул: — Арри май!

Женихи чуть не попадали с предоставленных кресел.

— Насколько я помню, на орочьем «арри май» — это вроде как «закопаем» и применяется обычно в угрожающей манере, — первым заговорил Эмиль Винсент, задумчиво рассматривая, как две темноволосые барышни, энергично и буквально в ритме танца вычистив снег в туннельчике, застыли на выходе из него, перекрестив лопату и метлу.

— Совершенно верно, — кивнул, любуясь румянцем на щеках Лорики Малетти, О'Манчер. — Забавно слышать из уст воспитанных барышень боевой орочий марш. Правда, походный, но довольно кровожадно, господа.

Тарбот обернулся на побледневшую Матильду.

— Я их этому не учила, — тут же открестилась та. — Это новая преподавательница танцев, она, кстати... — Тут мадам Пшиляковская даже изволила усмехнуться, зная, какую здоровенную хрюшку сейчас подкладывает мамаше повара. — Она кандага из старых. Мне ее рекомендовали, и вот небольшая поблажка для, скажем так, упражнений на свежем воздухе. На балу, конечно, это неприемлемо.

Упоминание кандаги тут же отвлекло заместителя тайного советника от самой ведьмы, а другие мужчины тем временем бурно обсуждали творившиеся внизу действия.

В дискуссии Войтомир Клыкастый не участвовал. Его взгляд неотрывно следил только за одной уже знакомой ему фигурой.

«Она. Не упустить. Разузнать», — обозначилось в голове четкое решение.

— Дура ты, Мотька, — без обиняков в тот же вечер заявила злющей, как змея, ведьме Миль-Тиль, от которой та требовала придумать новый план жуткой мести сопливым девчонкам, умудрившимся и тут все испортить. — Ты бы лучше того мальчишку охотника опасалась. Чего это он к тебе за невестой приехал, презрев вековую вражду, вместо того чтобы самому найти? Эти ж О'Манчеры такие, если что надо, и на другом конце света сыщут. А девки пусть себе резвятся. Отдашь женихам, денежки получишь и выдохнешь.

— Отстань!

Мадам Пшиляковская бегала по своей спальне из угла в угол, как крыса в клетке.

— Охотника я на кандагу натравила. Кажется, он заинтересовался. А тут я все просто так оставить не могу. Ты только представь, что они устроили. Что они пели и как плясали. Танцем эти дикие штуки ни одна приличная дама не назовет, и хуже всего знаешь что? — Она тряханула зеркало с призрачной стеклянной собеседницей так, что бабуся в артефакте пошла рябью и зашипела, как кошка, которой хвост прищемили.

— Ну что еще там стряслось? — фыркнула Миль-Тиль. — И не смей так трясти, разобьешь.

— Этим мужланам все понравилось. К тому же они выбрали себе не тех девушек. Совсем не тех! Еще и князь этот Клыкастый-блохастый, репьев ему под хвост. Он решил, что корова дворничиха — моя родственница, и все из-за рыжей заразы Павлентия, который везде с ней таскается. Где, кстати, эта паршивая недощипанная белка? Павленти...

Но зеркало не дало Матильде позвать фамильяра.

— Прекрати истерить, правнучка, и сядь. Беды в том нет, да девки эти твои дурочки не виноваты, по сути. Не они же все придумали. Вот и не пытайся всем месть чинить. Сама посуди. В кого ты такая у нас пошла, дурында прямолинейная? Ведьма — это же состояние души, изящные, тонко продуманные гадости, последствия которых аукаются годами, а то и столетиями. А ты, как дровосек-неумеха,