Блок на магию - Александра Рай
Амелия какое-то время постояла, рассматривая заместителя ректора, а затем перевела взгляд на аудиторию.
— Что ж, — подытожила она. — Желаю продуктивного учебного года, студенты.
И покинула аудиторию, соблазнительно помахивая бедрами.
Все студенты, включая меня, проводили ее взглядом. Кто-то безразличным, а кто-то весьма заинтересованным.
— Кхм, — привлек к себе внимание Корвин. — Начнем, пожалуй.
Я внимательно слушала Корвина, старательно записывая все, что он говорил. Студенты тоже писали, задавали вопросы, хотя, мне казалось, что все рассказываемое профессором и так понятно и давно известно. В моем, уже бывшем, мире эти темы считались вымышленными и их изучение высмеивалось, а в этом мире, оказалось, что всё имеет значение.
Магическая энергия, ее происхождение, взаимодействие, способы использования — все это изучалось особенно тщательно, раскладывалось на составляющие. Самой важной деталью для меня казалось мысленное взаимодействие с окружающим миром, потому что я сама чаще всего так и общалась с тем, что было вокруг меня. Умение отделять ментальное тело от всего остального, общаясь с миром при помощи мыслей, чувств и эмоций.
Способности, как выяснилось, также были очень индивидуальны, и зависели прежде всего от объема магического источника и умением его использовать, активировать и направлять туда, куда необходимо.
В качестве домашней работы было задано изучить необходимый параграф в учебнике и выписать виды магический способностей.
После Теории Магии шла Боевая Магия, на которой Корвин разбил нас на группы по три-четыре человека, и учил «извлекать» свою магию из своего внутреннего источника, а также учил определять объем источника другого мага. Домашней работой стало то же, чем мы занимались на занятии.
На обед я приплелась усталая, осознавая, что впереди еще два таких же тяжелых занятия. Впереди были Мировые языки и История Магии. Конечно, на Историю Магии я очень хотела сходить. Теоретически, этот предмет был самым интересным. Я думала, что я узнаю больше, чем мне смогут рассказать книги.
Стоило мне устроиться за столом, составляя тарелки с подноса, как рядом приземлился студент, до этого момента мне незнакомый.
— Привет, — поздоровался он. — Меня зовут Кэл, мы с тобой на одном курсе. Ты не против пообедать вместе?
— Кэл, значит, — я окинула его взглядом и глубоко вздохнула. — Ну что ж, приятного аппетита.
Я погрузился в размышления о магии и о том, что сегодня изучали. По моим ощущениям я училась в институте очень давно, поэтому эти забытые ощущения усталости от знаний и пухнущей головы меня несколько обескураживали.
— Как тебя зовут? — подал голос Кэл. Все то время, пока я уминала обед, он рассматривал меня, откинувшись на стуле. Перед ним на подносе стояла тарелка с супом и чашка чая. Как-то маловато для взрослого парня.
— Вера, — ответила я, заправляя прядь волос за ухо. Наличие волос было очень необычным, и я все не могла привыкнуть к тому, что они периодически мне падают на лицо. — Ты учишься со мной на курсе общей магии, а какая твоя магия?
Кэл на мгновение задумался, видимо, взвешивая те слова, которые собирался сказать, словно на аптекарских весах.
— Моя магия — иллюзии, ткань обмана, сплетение миражей. Могу заставить тебя увидеть дракона в обычной вороне, дворец в хижине, или наоборот, превратить в прах драгоценные камни.
— Интересная магия, — удивилась я.
— Действительно, — согласился Кэл. — Всего несколько человек обладают подобной.
— Насколько же мало человек? — уточнила я.
— Скажем так, — Кэл, очевидно, не хотел раскрывать все карты сразу. — Я самый известный, — он усмехнулся. — Могу теперь и я спросить?
— Вопрос за вопрос, глаз за глаз? — усмехнулась я в ответ.
Кэл кивнул.
— Ты — путешественница, — слова прозвучали не как вопрос, а как утверждение, поэтому я тоже кивнула, соглашаясь. — Кто привел тебя в наш мир?
— То есть, вариант того, что я попала на Везельхайн сама — недопустим? — уточнила я, отхлебнув чаю из кружки.
— Бывали случаи, не отрицаю, но их можно по пальцам пересчитать, — ответил собеседник. — Обычно за каждым путешественником отправляется кто-то один.
— Корвин Рави, — ответила я на его вопрос. — Это имеет какое-то значение?
Кэл отрицательно махнул головой, и принялся за свой суп. За столом повисло молчание, которое нарушалось звяканьем столовых приборов. Когда мы закончили обед, составили посуду на поднос, парень снова подал голос:
— Интересно то, что ты, как я понимаю, до сих пор не знаешь своего предназначения. Рекомендую тебе ознакомиться со всей литературой, которая у тебя уже есть, чтобы двигаться с открытыми глазами на встречу своему будущему.
Я подхватила свой поднос, Кэл — свой. Парень пошел впереди меня, а я вдруг неловко подвернула ногу и едва не упала, но успела среагировать, поэтому упала всего лишь ложка с подноса. Пока я разбиралась со своим внезапно непослушным телом, Кэл словно растворился, оставив меня в недоумении осматривать зал.
Мировые языки и История Магии промелькнули, словно один миг. Когда я вываливалась из аудитории после последнего занятия, я думала, будто бы прошел всего лишь час или полтора, но за большими арочными окнами в коридоре уже вовсю темнели сумерки. Я удивленно прилипла к ближайшему окну. На площади перед Академией зажигались фонари в классическом стиле, которые я видела накануне еще при свете дня, а вечером, получается, даже не обратила на них внимания.
За стенами Академии вдалеке разгорались огни вечернего Везельбурга. Десять минут езды кэбом, и я могу оказаться там, среди вечерней жизни. Мерцающий хаос далеких фонарей манил, словно запретный плод, мне показалось, я даже ощутила вкус воздуха. Везельбург казался воплощением свободы, вечности и долгой жизни.
Я решительно побежала к себе в комнату, чтобы оставить там учебники с тетрадями. Потрачу пару часов, прогуляюсь по городу, как раз успею к ужину. Строгие стены Академии вдруг показались тюрьмой, и я скорее принялась снимать форму и переодеваться в джинсы, футболку и ветровку.
Мои шаги отражались эхом от стен коридора. Предвкушение прогулки пьянило, и я, опьяненная ею, неслась к выходу мимо студентов и преподавателей, которые расходились по своим комнатам. Несколько человек, уже в обычной одежде, также, как и я, спускались по лестнице вниз.
Вечерний воздух уже дышал прохладой и свежестью. Вырвавшись на улицу, я вдохнула полной грудью воздух, пропитанный ароматом приключений. Будто бы глоток свободы после долгого заточения, словно я впервые увидела небо и почувствовала ветер на лице.
Кэб мчал меня мимо домиков, которые также освещались фонарями. Я выпрыгнула на мостовую, ощущая себя не меньше, чем героиня романа, сбежавшая от судьбы, чтобы самой творить свою историю.
Город жил своей жизнью, кипел,