Отбор невест, или Три орешка для темного - Наталья Самсонова

— О том, святотатство ли это,— мрачно ответила она.

— Тц, я же не встану туфлями ему прямо на голову,— возмутилась я. — Вазон для того и нужен, чтобы сохранить царственную…

— Только не говори «плешь»,— выпалила Эрмина.

— Я и не собиралась,— соврала. — Вазон, надетый на голову статуе, сохранит царственное достоинство неприкосновенным. Хотя мои туфли очень дорого стоят, во времена Агамерия Второго так кожу не выделывали.

— Ее с нас выделают, если мы попадемся,— прошипела Эрмина. — Лезь давай, я не готова войти в Башню Выбора безоружной!

— Мне нравится твой настрой,— захихикала я.

А дальше, чередой сложных заклятий, мы сдвинули огромный бюст и нахлобучили на него вазон. Все остальное было проще простого! Кто не лазил на дерево за грушами, тот, конечно, упадет. Но я-то была лучшим плодовым червем нашего сада. Ни одно дерево не осталось не тронутым, так что…

— Ой.

— Что там?! — запаниковала Эрмина.

— Записка,— я подманила к себе одну из монстро-ос,— Читаю. «Они вам не пригодятся, клянусь. Эссарий Пятый». Это прапрадед нашего нынешнего короля.

Я посмотрела вниз и встретилась со скептическим взглядом подруги:

— Мы что, поверим ему, что ли?!

— Ни в коем случае,— фыркнула я. — Это же он первым начал ограничивать кровную магию. Таким драконам доверять нельзя!

Дернув на себя один из топоров, я тихо ругнулась:

— А вот и доказательство.

— Что?

— Топоры, говорю, примагичены к щиту. Намертво!

Марк Аврелий, дожидавшийся меня внизу, подлетел к топорам. Сел на ручку, пошевелил своими медными усиками-антенками, а затем зажужжал. Монстро-осы уверенно стрекотали в ответ, а затем, посверкивая пушистыми попами, весь маго-механический рой облепил наше оружие.

— Они едят чары,— выдохнула я. — Да с каким удовольствием! Правда, кажется, ничто другое топоры не держит…

Ба-бам!

Я успела отскочить, а бюст Агамерия Второго — нет. Но его спас расколовшийся вазон, так что царственное лицо осталось не тронутым.

— Надо бежать,— пролепетала белая как смерть Эрмина.

— Минуту,— сосредоточенно ответила я.

Упаковав оба топора в подпространство — что было очень непросто — я схватила подругу за руку и мы припустили в парк. Теперь будем гадать и надеяться, что мы выглядим достаточно сумасшедшими для прорицаний и недостаточно для обрушения части стены!

Так оно в итоге и вышло. Едва мы успели расположиться рядом с широким пнем, как на огонек наших свечей выскочили гвардейцы.

— Драэ-ри Избранницы,— процедил старший из них,— что вы делаете в парке в это время суток?!

— Гадаем на исход отбора,— пропела я и подняла свечу повыше. — Хотите присоединиться?

Подняла и тут же опустила — пламя осветило Эрмину, у которой волосы оказались припорошены пылью.

— Извольте немедленно пройти в свою комнату,— тяжело вздохнул старший.

И я тут же его узнала. Это же он пронес меня сквозь грязь! Но не успела я ему об этом напомнить, как он поспешно проговорил:

— Мы с вами ни разу не виделись.

Точно, он же просил никому не говорить, что именно он вернул меня во дворец. Неужели от меня и правда столько проблем?! Я ведь никого не проклинала, никому ничего не подливала, стараюсь соблюдать правила. Последнее, правда, плохо выходит. Но я всегда искренне раскаиваюсь!

— Бзз?

— Что это?! — в руках гвардейца расцвел смертоносный цветок убийственного проклятья.

— Мой компаньон,— легко соврала я. — Папенька приставил его следить за моим поведением.

— Передайте папеньке, что он потратил деньги зря,— цокнул гвардеец. — В комнату, живо.

— А…

— Слуги приберут,— припечатал мужчина.

Мы с Эрминой переглянулись и синхронно выдохнули:

— Как прикажете, драр.

— Вот только почистимся от грязи,— я поспешно обдала подругу чарами, чтобы избавить ее волосы от пыли и щепочек.

Нас провели окольными путями, за что мы были очень благодарны. Ведь теперь нам известен короткий ход наружу. И, что самое главное, для этого не нужно быть частью королевской семьи!

— Почему так шумно? — удивилась я. — Слуги обычно тихи и незаметны.

Мой старый знакомый тяжело вздохнул, затем проворчал:

— Дворец обокрали.

— Как так?! — синхронно вскрикнули мы, стараясь изобразить недоумение.

— Вой сирен в сокровищнице не стихает,— цокнул гвардеец.

— В сокровищнице? — с недоумением спросила я.

— Бзз? — вторил мне Марк Аврелий.

— На парадной стене висели два топора, кои ранее принадлежали Агамерию Второму Прекраснодушному,— пояснил гвардеец. — Но на самом деле это оружие принадлежало Сигерию, повелителю Пустоши. И когда Король Костей был повержен, его оружие вывесили в королевском дворце, чтобы каждый гость видел, как сильна династия Этельранских.

— Почему у них не было таблички?! — прошипела я.

Гвардеец немного растерялся:

— Какая уж теперь разница.

— Моя подруга хочет сказать, что мы, девочки, толком и не рассмотрели реликвию,— прошептала Эрмина умирающим голосом. — А теперь и не увидим.

На последней фразе она так натурально всхлипнула, что гвардеец вытащил платок и протянул ей:

— Все будет хорошо.

— Точно,— поддакнул один из подчиненных капитана. — Мы уж не пальцем деланые, найдем воришек. Шкуру с них спустим.

Всхлипывания Эми стали громче, и парень отхватил подзатыльник от ближайшего товарища.

— Но вы этого не увидите,— припечатал капитан. — Как пропажа вернется, я за вами лично приду и ту историю расскажу. Предок мой участвовал в той битве.

— Спасибо,— прошептала я. — Мы будем ждать вас.

В комнате Эрмина плотно притворила дверь, затем села на постель и принялась раскачиваться из стороны в сторону.

— Нам конец, нам конец,— повторяла она снова и снова. — Нам конец, Лиэхарис.