Адептка вне закона: Иллюзия Света для Темного Лорда - Анастасия Алексеевна Смирнова

​Блэквуд чуть заметно нахмурился, заметив, как я тру замерзшие плечи. Он сделал короткий, плавный жест рукой, и меня мгновенно, с головы до ног окутало невидимое, но очень плотное и приятное тепло. Словно я сделала глоток обжигающего пряного вина и шагнула к раскаленному камину.

Согревающее плетение. Высшего порядка, не требующее ни палочки, ни заклинания вслух.

​— Спасибо, — тихо сказала я, совершенно сбитая с толку этой внезапной, почти интимной заботой.

— Не обольщайтесь, Вейн. Если вы простудитесь и начнете громко чихать, сидя в засаде, нас раскроют, — сухо, без эмоций отозвался Кассиан, отворачиваясь к воротам. — Ваша призрачная ищейка готова к работе?

​Я коротко кивнула пустоте рядом с собой.

— Барнаби, выходи на свет.

​Призрак нехотя, с видом глубочайшего одолжения выплыл из влажной каменной кладки стены. В отличие от меня, он совершенно не оценил мрачную компанию Темного Лорда и держался на почтительном расстоянии, подозрительно косясь на высокую фигуру магистра.

​— План такой, — я перешла на едва слышный деловой шепот. — Барнаби найдет Кросса в мужском крыле общежития и прицепится к его ауре. Не к зараженной тени, где сидит пиявка, а именно к эмоциональному фону! Липкий страх Валериана сейчас пульсирует так ярко, что для любого покойника это как ревущий маяк в тумане. Как только Кросс покинет свою комнату, Барнаби начнет оставлять для меня некромантские метки — крошечные, фосфоресцирующие капли эктоплазмы. Для живых магов они абсолютно невидимы.

​Блэквуд задумчиво потер подбородок пальцами в черной перчатке, глядя сквозь прозрачную фигуру призрака.

— Эктоплазма бесследно исчезнет до рассвета. Кукловод не заметит магической слежки. Идеально. Отправляйте его.

​Я ободряюще кивнула деду, и тот, поправив свой нематериальный котелок, серебристой стрелой умчался сквозь стены прямиком в сторону башни факультета иллюзий.

​Мы остались вдвоем. Тишина между нами мгновенно стала густой, звенящей, почти осязаемой. Чтобы лишний раз не смотреть на идеальный, высеченный словно из мрамора профиль Кассиана, я упрямо уставилась на носки своих сапог.

​— Вы боитесь меня, Элайза? — внезапно, без всякого перехода разрезал ночную тишину его низкий голос.

​Я вскинула голову. Он стоял, расслабленно прислонившись широким плечом к холодному камню древней арки, и смотрел на меня с тем самым пробирающим до мурашек, изучающим прищуром, от которого всё внутри сжималось в тугой, горячий узел.

​— Я не законченная самоубийца, чтобы не бояться Верховного карателя Империи, — предельно честно ответила я. — Вы одной левой можете стереть меня в пыль, а Совету Магов сказать, что это был просто неудачный алхимический эксперимент со взрывчаткой.

— Могу, — легко, даже с долей веселья согласился он. Уголок его губ дрогнул. — Но это было бы непозволительно, смертельно скучно. К тому же, кто тогда будет так эффектно падать на меня с потолка?

​Я возмущенно задохнулась, набирая в грудь воздуха для язвительного ответа, но сказать ничего не успела.

​Пространство вокруг меня внезапно завибрировало тонкой, холодной струной. В некромантском зрении, которое я привычно поддерживала на самом краю сознания, ярко вспыхнула бледно-зеленая, мерцающая нить.

​— Началось, — выдохнула я, резко подбираясь. Игры закончились. — Барнаби подал сигнал. Кросс вышел из здания.

​Кассиан мгновенно отделился от стены. Вся его расслабленность испарилась без следа. Его лицо вновь стало непроницаемой, смертоносной маской профессионального охотника. Он подошел ко мне вплотную, крепко взял за плечи и развернул спиной к себе.

​— Идем, — шепнул он мне прямо на ухо, и от горячего касания его дыхания по шее пробежал целый легион мурашек. — И держитесь строго в пределах моей тени, Вейн. Один неверный шаг в сторону — и охранные горгульи поднимут тревогу на весь кампус.

​Мы двинулись вперед, бесшумно скользя сквозь ночь, как два бестелесных фантома.

Метки Барнаби светились для меня безошибочными путеводными звездами — бледными, сочащимися потусторонним светом кляксами на мокрой брусчатке. Они уверенно вели нас прочь от ярко освещенных жилых корпусов. Судя по расстоянию между пятнами эктоплазмы, Кросс двигался очень быстро, короткими перебежками, панически избегая патрулей.

​Светящийся след привел нас к самой старой, заброшенной части Академии — туда, где на холме возвышались обветшалые купола алхимических оранжерей. Стеклянные крыши теплиц давно поросли густым диким плющом, разбитые окна зияли черными провалами, а внутри царили вечные, влажные сумерки и запах гниющей растительности.

​— Оранжереи, — одними губами произнес Кассиан, резко останавливаясь за толстым, узловатым стволом векового дуба в десятке шагов от входа в центральный стеклянный павильон.

​Он потянул меня на себя, плотно прижав спиной к дереву, накрывая своим телом, чтобы полностью, без остатка спрятать меня в густой тени своего широкого плаща.

​Я едва дышала, боясь пошевелиться. Мы стояли так непозволительно близко, что я спиной чувствовала мерный, пугающе спокойный стук его сердца. Одной рукой в перчатке он опирался о жесткую кору дерева прямо над моим плечом, а другой — властно, по-хозяйски придерживал меня за талию, словно боясь, что я от избытка адреналина сорвусь с места.

​В тусклом свете луны, с трудом пробивающемся сквозь рваные облака, мы наконец увидели фигуру Валериана. Он нервно топтался у покосившегося входа в оранжерею, судорожно прижимая к груди пухлый кожаный портфель.

​Внезапно тени внутри теплицы пришли в неестественное движение.

Из густых, переплетенных зарослей ядовитого плюща медленно, текуче выступил высокий силуэт, с ног до головы закутанный в бесформенный серый балахон. Лицо незнакомца надежно скрывал глубокий капюшон, но от этой фигуры во все стороны расходилась такая плотная волна гнилостной, удушающей темной магии, что мой металлический блокиратор на шее раскалился, больно обжигая кожу.

​Кукловод.

​Теневая пиявка, клубящаяся на спине Валериана, возбужденно и мерзко запульсировала, реагируя на долгожданное присутствие своего истинного хозяина. Надменный аристократ затравленно, жалко сжался, щелкнул замками портфеля и дрожащими руками протянул фигуре в балахоне украденный фолиант.

​— Он отдает ему книгу, — прошептала я, инстинктивно вцепившись пальцами в предплечье Кассиана.

​Блэквуд напрягся, как натянутая до предела тетива арбалета. Его собственная, подавляющая магия, до этого тщательно сдерживаемая, начала закипать вокруг нас невидимым водоворотом, готовясь сорваться с его длинных пальцев смертоносным хлыстом.

​— Посмотрим, кто именно скрывается под этим капюшоном... — ледяным шепотом произнес Темный Лорд.

​Он сделал короткий, неуловимый жест свободной рукой.

Тяжелые стеклянные двери оранжереи с оглушительным, режущим слух звоном разлетелись на тысячи сияющих осколков, намертво отрезая Кукловоду путь к отступлению.

​Охота перешла в открытую фазу.