Георгий Марчик - Тварец культуры
— Степень свободы зависит от размера клетки. Руки вверх! Единогласно! От смешного до великого один съезд.
— Скандал! — завопил директор, вскакивая на ноги. — Как они смеют?! У нас под носом настоящее антисоветское гнездо. Немедленно пишу докладную записку в горком. Не дай бог кто-то упредит и доложит раньше. Главное успеть, самим дать оценку… Запиши мне все эти идиотизмы. Да поживей. Наконец-то мы разоблачим эту банду!
Через два часа с докладной в коричневой кожаной папке директор мчался в горком. Как потом оказалось, самые злые фразы принадлежали Сергею Валентиновичу. Рая не докладывала о них раньше.
Членов кружка по одному вызывали в горком на допросы, то бишь на беседы. Очередное заседание кружка было очень похоже на панихиду, когда один выступает, а остальные утирают слезы,
За столом лицом к «аферистам» сидели члены трибунала, то есть комиссии по расследованию, в числе которых был и директор клуба. Рая, как ни в чем не бывало, устроилась в зале. Рядом с ней был давешний молодой мужчина спортивного вида в сером костюме. Это по его просьбе она задавала вопросы о Брежневе. Докладывал Лысый.
— В то время как советский народ тесно сплоченный вокруг родной Коммунистической партии с невиданной энергией и энтузиазмом строит светлое будущее, борется с происками империалистической идеологии, рядом с нами совершается гнусная идеологическая диверсия… — И далее в том же духе. Гневный голос директора заполнял все пространство маленького зала. Потом выступили другие члены комиссии.
Дали слово и кружковцам. Они пытались спорить, протестовать, но, их не стали слушать. Все было решено заранее. Один Сергей Валентинович не проронил ни слова. Он сидел бледный, стиснув зубы. Он все понял. Растерянный, огорченный писатель с изумлением посмотрел на Раю. Она отвернулась.
Да, еще оргвыводы. Освободили от руководства лабораторией и исключили из партии по месту работы профессора, исключили из партии Белых. Переизбрали старосту. За некоторыми членами кружка установили негласную слежку. Рая стала референтом, директор повысил ей оклад на 50 рублей. На вопрос писателя: «Как ты могла это сделать?!» — она дерзко ответила: «В гробу я видела всех вас. В белых тапочках…».