Фиктивная мама и ничего личного - Анна Бигси

Готовлюсь, как к переговорам. Четко, хладнокровно. Рационально. Сумма. Условия. Гарантии. Все по пунктам. Все — по-взрослому. И ничего личного. Эмоции всегда только мешают.

Звонок Игната отвлекает от напряженных мыслей. Принимаю и откидываюсь на спинку кресла.

— Ну как ты? — спрашивает друг. — Новости по делу есть?

Он и Алексей в курсе моих проблем и искренне пытаются помочь.

— Пока все в процессе, — коротко отвечаю я и нервно барабаню пальцами по рулю. — Завтра с Артемом подаем первый пакет встречных документов. Работаем.

— Нужна помощь? Люди? Может надавим на судью?

Я усмехаюсь. Все бы им на кого надавить. Как в девяностых, честное слово. Сейчас так не делается, последствия могут больно прилететь по голове.

— Пока справляюсь. Но если запахнет настоящей грязью — обращусь. Спасибо.

Он ничего не говорит в ответ, только выдыхает.

— Слушай, мы с Лехой хотим на выходных собраться у меня дома, устроить что-то типа небольшой семейной вечеринки. Гриль, дети, спокойный день и вечер. Приезжай, если сможешь.

Я на секунду закрываю глаза. Представляю этот вечер: разговоры, детский смех, мирная атмосфера. Так и подмывает согласиться. Но это слишком далеко от моей реальности. Слишком светло.

— Постараюсь, — отвечаю я, искренне желая приехать. — Не обещаю. Но если получится — обязательно заеду.

— Ты все делаешь правильно, Дим. Только не забывай, что у тебя есть не только дочь, но и ты сам.

Я молчу. Потому что про «самого себя» я давно забыл. И, кажется, оно мне уже ни к чему. Когда-то я уже вляпался в историю с Вероникой и больше повторяться не собираюсь. До сих пор не понимаю, как она меня убедила разрешить ей удочерить Лину официально. Я словно был в каком-то тумане и думал лишь о том, чтобы у дочери была мама. Я ошибся. И эта ошибка выходит мне сейчас боком.

Смотрю на часы и напряженно сжимаю переносицу пальцами. Сейчас я все делаю правильно. Я уверен…

Когда Альбина выходит из кафе, я уже жду. Издалека вижу ее фигуру — сутулая, уставшая, шаги медленные. Как будто несет на себе весь этот чертов мир. Она в тонкой крутке, кутает руки в рукава. Ветер теребит ее волосы, и мне почему-то хочется подойти и поправить выбившуюся прядь.

Я выхожу из машины.

— Альбина, — окликаю ее, стараясь не спугнуть.

Она вздрагивает. Замедляет шаг. Узнает меня и замирает.

— Я вас подвезу, — не спрашиваю. Констатирую факт. Не как приказ, не как давление. Просто факт. Мне важно, чтобы она поехала. Чтобы дала возможность сказать.

Она останавливается. Смотрит на меня настороженно и качает головой.

— Не надо. Я пешком, — отвечает быстро. Защита. Привычная.

— Альбина, — делаю шаг ближе, медленно, как к раненому зверю. Не хочу спугнуть. — Не бойтесь. Я вас не съем. Мне правда есть, что предложить.

Она дергается, будто от внутреннего холода, и я замечаю, как у нее дрожат пальцы. Чуть прищуривает глаза, словно всматривается в меня, пытаясь понять, зачем я здесь. И почему не ушел.

— Вы… подслушали? — шепчет. Голос тонкий, как натянутая струна.

Я киваю. Без лишних слов. Мне не нужно объяснять. Я видел. Этого хватило.

— Я увидел. Этого было достаточно.

— Мне не нужны ваши подачки, — упрямо отвечает она. — Свои проблемы я решаю сама.

Гордость. Но в ее положении это скорее гордыня.

— Я не собираюсь мешать вам, скорее наоборот. Хочу помочь, — спокойно парирую. — Я предлагаю сделку. Но не здесь. Не на холоде. Дайте мне десять минут. Больше — не отниму.

Я открываю перед ней дверь джипа. Не тороплю. Просто жду.

И в этот момент — она смотрит на меня так, будто боится, но не бежит. Как будто внутри нее что-то качнулось.

Я делаю шаг назад. Жду.

Потому что решение — за ней.

Я колеблюсь, стоя у открытой двери машины. Хочется просто пройти мимо, ибо сил на общение не осталось. Но не могу. Да и усталость наваливается внезапно, как бетонная плита.

Сдавшись силе обстоятельств, опускаюсь на переднее сидение. Дмитрий обходит машину и усаживается за руль.

— Ленинская, тридцать шесть, — тихо называю адрес, опуская взгляд в колени.

Он кивает и плавно трогает машину с места. Внутри тепло, печка шумит едва слышно. В колонках играет что-то спокойное, инструментальное. Мы едем молча. Улицы проплывают мимо, фонари оставляют золотистые вспышки на стекле. Меня клонит в сон. Очень сильно. Сознание то и дело утекает, но я держусь изо всех сил. Еще не хватало уснуть в чужой машине. Сцепив зубы, обнимаю себя руками и устремляю взгляд в лобовое стекло.

И вдруг, сквозь плотную пелену дремы, я виду, что Дмитрий сворачивает не туда. Меня аж подкидывает на месте.

— Куда вы меня везете?

Сон испаряется мгновенно. Я резко выпрямляюсь, сердце прыгает в горло и колотится там, как заводное.

— Здесь недалеко хороший ресторанчик, и… — спокойно поясняет Дмитрий, мельком мазнув по мне взглядом.

— Что? Нет-нет-нет! — перебиваю его, как ошпаренная. — Вы в своем уме? Я не пойду ни в какой ресторан, — от одной мысли, что придется зайти в таком прикиде в ресторан становится не по себе. Но и признаваться в этом тоже не хочется. — Тем более с вами.

— А что со мной не так? — слегка ухмыляется он.

И я злюсь на себя за то, что мне нечего ответить. С ним-то как раз все так, а вот со мной большие проблемы.

— Я не приглашаю вас на свидание, — голос у него ровный, но настойчивый. — Нам нужно обсудить мое предложение. Не в машине же, на бегу, это делать?

— Да, но и не в ресторане, — фыркаю я, раздражаясь. — Я немного не в настроении, чтобы ходить по злачным местам. Да и время уже позднее.

— Хорошо, — Дмитрий с готовностью соглашается, и едет на разворот. — Что вы предлагаете?

Что я могу предложить? В идеале — ничего. Но он ведь не отстанет.

— Поднимемся ко мне, — говорю обреченно. — Я угощу вас чаем. Вы расскажете свое предложение — и разойдемся. Без лишнего пафоса.

— Договорились, — кивает Дмитрий и смотрит на часы. — Так даже лучше.

Он довозит меня до дома. Паркуется в нескольких метрах от подъезда и глушит двигатель. Я выхожу первой и привычно поднимаю голову, чтобы посмотреть на окна квартиры. Но меня там давно никто не ждет. Мама с сестрой живут в больнице, а я всегда работаю.

Зябко веду плечами и устремляюсь к подъезду.

— Далековато до работы, — замечает Дмитрий, догоняя около двери и пропуская меня в подъезд.

— Как есть, — пожимаю плечами. Поднимаюсь