Бывшие. Два солнышка для Морозова. Сибирское лето - Елена Архипова

Голове сразу стало легче. У неё были красивые густые волосы, которые тут же волной рассыпались по плечам. Она больше не будет причесываться кому-то в угоду. Только так, как нравится самой.

Не пропадёт! Справится!

Когда-то давно один мальчик по имени Игорь Морозов называл её Ли сой-Али сой, делая ударения на буквах “и”. Называл так за огненный цвет её волос.

Где он теперь? Помнит ли ещё свою Ли су? Наверняка давно и счастливо женат, имеет детей. Такие мужчины не могут быть одиноки.

Она не знала, что их с дочкой ждет впереди. Не знала, стоит ли ещё бабушкин дом, может, уже завалился, или его кто-то занял, или вообще его снесли, не найдя хозяйку.

Алиса слышала по телевизору, что тот регион в последнее время начал усиленно развиваться. А раз так, то есть надежда, что ей быстро удастся найти работу, может даже по специальности.

Кстати, о работе!

Алиса достала телефон и быстро набрала сообщение Олегу: “Увольняюсь, прошу оформить заявление задним числом. Извини, но подробностей не будет. Счастья тебе и твоей Иринке”.

Алиса очень боялась, что Родион придёт к Олегу и тот, не сумев противостоять, расскажет её мужу о том, куда она уехала.

Да, она не знала, как и что там, в их новой жизни, будет. Но одно знала точно: больше она не будет бояться.

Поезд мерно стучал колесами, увозя их в новую жизнь. Туда, где никто не посмеет назвать её дочку “рыжее отродье”.

— Мы справимся, Ринок, — прошептала Алиса. — Обязательно справимся.

Она встала, расстелила свою постель и легла. Неважно, что наверняка не уснёт, но организму надо дать отдых. Они справятся, у них теперь всё будет по-другому.

И на душе стало чуть легче. Впервые за много лет.

Незаметно для себя, под мерный стук колёс, Алиса провалилась в сон. И впервые за последние несколько лет ей приснился Игорь Морозов.

Он был старше, чем она помнила. Возмужавший, повзрослевший, в строгом костюме. В руке держал папку с бумагами, словно только что с совещания.

На губах у красивого мужчины играла легкая усмешка. Он смотрел на неё так, будто искал те самые черты, которые запомнил когда-то.

— Ли са-Али са, — услышала она голос, мягкий, чуть хрипловатый. (Там, в их далекой юности, он так ещё не говорил!) Он протянул ей руку и спросил, улыбнувшись своей крышесносной улыбкой: — Ты чего такая растрёпанная, Ли са? Иди сюда.

Во сне она не боялась. Не думала, что надо прятаться, потому что её с Игорем может увидеть Родя, не думала, что она грязная и уставшая, что никчемная и ни на что сама не способная, что самое лучшее, на что она годится — это удовлетворять мужа.

Во сне она просто была собой — озорной, смешливой девчонкой, которая бегала вместе с мальчишками по деревенским улицам, играя в казаки-разбойники.

Она протянула руку к мужчине.

— Игорь…

— Я здесь, — он сжал её пальцы. — Ты не одна.

На верхней полке завозилась Рина, скинув одеяло. Алиса проснулась, но ощущение крепкой теплой мужской ладони осталось. Она, в попытке сохранить это ощущение, прижала руку к груди и улыбнулась.

Сон растаял, оставив только имя. Игорь. И странное, давно забытое чувство, что кто-то на этом свете может её защитить от всех бед.

— Ли са-Али са, — прошептала она, улыбнувшись в темноту.

Да, это был всего лишь сон, но почему-то ей стало легче дышать. И страх отступил ещё на шаг.

Поезд мерно стучал колёсами где-то внизу. А в купе было тихо и тепло. И верилось, что завтра наступит новая жизнь.

Поезд замедлял ход, и Алиса с любопытством смотрела в окно. Вдруг, сердце, отчего-то, забилось сильней. Она не была здесь с похорон бабушки.

За окном вагона проплывал новый вокзал — светлый, стеклянный, с большими окнами и часами под козырьком крыши.

Такого здесь раньше не было. Раньше был маленький деревянный вокзальчик, насквозь пропахший дизелем от проезжающих поездов и насквозь же продуваемый сквозняком из расположенных друг напротив друга дверей, ведущих на перрон и на выход в деревню.

Бодрый женский голос из громкоговорителя сообщил о прибытии их поезда и времени стоянки.

— Мам, мы приехали? — Рина с любопытством смотрела в окно.

— Да, солнышко, приехали, — Алиса протянула дочке её рюкзачок, — давай-ка, хватай его и пошли на выход.

Пятнадцать минут стоянки. Когда-то, в её детстве, поезд стоял всего три минуты — они с мамой всегда стояли в тамбуре загодя и то едва успевали выскочить. Теперь всё изменилось.

Они вышли на перрон и Алиса огляделась, пытаясь сориентироваться, куда идти.

Впрочем, что тут ориентироваться-то? В здание вокзала, а там уж дальше.

Вокзал был как в городе: пол, выложенный крупными светлыми плитами, большое информационное табло с расписанием поездов, удобные лавочки, даже маленькое кафе имелось со столиками, накрытыми светлыми скатертями.

— Мам, — Рина подергала мать, за руку, — я кушать хочу.

— Да, пойдем, — Алиса шагнула в сторону кафе.

У неё тоже со вчерашнего вечера не было во рту ни крошки, а из кафе очень уж аппетитно пахло свежими булочками с корицей и кофе.

Продавец за стойкой, выбив на кассе булочки, кофе и какао для Рины, неожиданно спросила:

— Алиска, ты что ли? Я Нина Петровна, не помнишь меня?

Алиса всмотрелась в улыбчивое лицо женщины и невольно заулыбалась в ответ:

— Ой, здрасьте, теть Нин.

— А это твоя малая, что ли? — кивнула она на Рину, сидящую за столиком, и заулыбалась: — Ну вылитая ты в детстве! Вот Кузьминична-то твоя, земля ей пухом, порадовалась бы правнучке.

Алиса вздохнула, кивнув, а Нина Петровна продолжила:

— Алиска, а ты я смотрю, никак вернуться решила? — тут же догадалась бывшая соседка, смерив взглядом большой чемодан.

— Ну посмотрим, как пойдет, — Алиса неопределенно пожала плечом. — Все от работы будет зависеть.

— И ты в городе, нажилась, значит, — вынесла свой вердикт женщина и поддержала горячо: — Ну и правильно, что вернулась! Из вашей ватаги, кстати, не только ты вернулась. Анька Сёмина, Владька Осипов, Игорь вот опять же, Морозов, — перечисляла Нина друзей из детства Алисы.

— Да? Они тоже все здесь? — спросила, лишь бы не выдать, как забилось глупое сердечко при упоминании Игоря.

— Да, говорю же! — Нина начала рассказывать, кто и когда из бывших друзей Алисы вернулся. — Ничё! Они устроились и ты место найдешь. Мы тут сама видишь, вон как разрослись. И, кстати! Игорь-то твой у нас тут теперь губернатором! Слышала поди-ка?

— И ничего он