Камилла Чилтон - Вкус твоих губ

Все перевернулось, и то, что совсем недавно представлялось Рону самым важным, жизненно необходимым — навсегда избавиться от Клэр, излечиться и забыть, — стало самым ненужным.

Клэр казалось, будто мир вот-вот взорвется, разлетится на части или лопнет как мыльный пузырь, и она страстно ждала этого спасительного взрыва, желала его и приближала каждым движением своего разгоряченного, изнемогающего тела. Она чувствовала руки Рона на своей спине, бедрах; они задавали ритм, ласкали, терзали. Клэр хотела чувствовать его внутри себя, наполниться им, дышать им, слиться с ним в одно целое. Теперь она знала, что всегда хотела именно этого, и не сомневалась, что всегда будет хотеть только этого.

Она стремилась к разрядке, к высвобождению переполнявшего ее напряжения и жадно втягивала воздух, концентрируясь на новых для нее ощущениях. Рон так близок… Еще ближе… еще…

И вдруг ощущение близости пропало. Она открыла глаза и обнаружила, что лежит на прохладном влажном песке и Рон нависает над ней, не касаясь, однако, ее тела. Его лицо еще пылало жаром неутоленной страсти, но твердо сжатые губы уже выдавали победу рассудка.

— Что? — шепотом спросила Клэр. — Я…

— Шшш. — Рон прижал палец к ее губам. — Мы немного опередили события. Не забывай, у меня есть план. — Он улыбнулся и поднялся. — Я намерен твердо его придерживаться.

— А я бы не возражала против небольшой импровизации. Если, конечно, это не противоречит всей твоей концепции. — Клэр удалось перейти на легкий тон и не выдать охвативших ее разочарования и смущения. У него план, а у нее совсем другое.

— Пойдем. — Рон протянул руку и помог ей подняться. — Надо смыть песок, здесь есть душ.

Она кивнула.

По дорожке они шли медленно и молча.

— Вот и душевая. — Рон указал на открытую кабинку с бетонным полом и подвешенным к крючку шлангом.

Клэр осмотрела неказистое сооружение и перевела взгляд на своего спутника.

— Кто первый?

— Женщины и дети. — Он провел рукой по ее спине. — Да, платье придется отдать в стирку.

— Все остальное тоже. — Клэр разделась, но купальник снимать не стала, ступила на бетонную площадку и включила воду. — Теплая.

— Тебе помочь? — провокационно поинтересовался Рон.

Клэр не ответила — струи воды смывали с нее песок, комочки земли, травинки и уносились в зарешеченное отверстие под ногами.

— Помочь? — повторил Рон, подходя ближе.

В его голосе послышались игривые нотки, и Клэр открыла глаза. В тот же миг еще одна струя, более сильная, ударила ей в грудь — вода била из шланга, который Рон, пользуясь моментом, незаметно снял с крючка.

— Эй! — воскликнула Клэр и поперхнулась.

— Я подумал, что могу помочь тебе смыть грязь в так называемых труднодоступных местах.

— Фу… ух… — Клэр помотала головой. — Я…

Он опустил шланг, струя ударила между ног Клэр.

— Рон!..

— Шшш, — негромко сказал он. — Просто закрой глаза, а я сам все сделаю.

Клэр с удовольствием подчинилась, сожалея лишь о том, что не покрыта с ног до головы слоем копоти.

— Не холодно?

— Нисколько.

Струя по касательной прошлась по ее ногам, и Клэр взвизгнула от щекотки.

— Расслабься, — посоветовал Рон. — И не открывай глаза.

Она кивнула.

— У тебя песок в волосах, — заметил Рон, и вода полилась сверху, стекая по плечам, рукам, груди. — Нравится?

— Да. Это…

— Знаю.

Вода текла по губам — должно быть, он поднес шланг совсем близко и уменьшил напор. А потом к воде добавилось что-то еще. Его губы.

Клэр не стала открывать глаза, но приоткрыла рот, впуская язык Рона, и тут же застонала, почувствовав его настойчивое желание проникнуть еще глубже. Клэр, снедаемая точно таким же желанием, подалась навстречу Рону, но он отступил, будто дал себе обещание не прикасаться к ней.

— Чего ты хочешь?

— Тебя, Рон. Пожалуйста.

Он поцеловал ее еще раз, теперь уже грубее, и Клэр вздрогнула, но не от поцелуя, а от легкого удара струи по низу живота. Теплая струя омывала ее там, где она хотела чувствовать прикосновения Рона. На секунду Клэр охватило смущение, но оно тут же прошло, унесенное другими чувствами.

— Раздвинь ноги, — велел Рон, и она послушно повиновалась, открывая себя его причудливым ласкам.

Но то, что ее ждало, стало для Клэр полной неожиданностью. Вода ударила между ног, и мир наконец взорвался. Клэр захлебнулась в молчаливом крике и, выгнувшись, откинулась назад. Наверное, она упала бы, если бы не поддерживавшая ее рука Рона.

Еще несколько секунд она хватала ртом воздух, чтобы прийти в себя.

— Похоже, получилось неплохо, — прошептал он, наклонившись к ее уху.

Клэр открыла глаза — он стоял перед ней и удовлетворенно улыбался.

— Это было… поразительно.

— Рад, что тебе понравилось.

Она провела ладонью по лицу и неуверенно спросила:

— Возвращаемся в дом?

— Да. — Рон протянул ей полотенце и сам принялся вытирать мокрые, всклокоченные волосы.

— В чью комнату? — осмелев, спросила Клэр, чувствуя, как сердце подпрыгнуло и остановилось.

Она хотела продолжения, хотела спать с Роном, но не собиралась просить его об одолжении. Ответ стал ясен ей еще до того, как Рон озвучил его.

— Не забывай, милая: игра еще не закончена. И веду ее я, — бесстрастно сказал он.

Клэр показалось, что голос прозвучал слишком твердо, как будто он старался убедить себя в правильности именно такого решения, и, хотя Клэр в общем-то ожидала отказа, суровость Рона больно задела ее растревоженные чувства.

К глазам подступили слезы, и ей пришлось несколько раз моргнуть, чтобы они не поползли по щекам. До этого дня она, пожалуй, не в полной мере осознавала, насколько сильно оскорбила в свое время Рона. Но теперь ей стало ясно и еще кое-что: он хочет ее, ему доставляет удовольствие быть с ней, проводить с ней время. Но что-то — гордость, злость, обида, самолюбие — все еще не позволяло ему признаться в этом.

Клэр взглянула на него и повторила:

— В чью комнату?

Ее голос прозвучал слишком небрежно, и Рон, наверное, уловил в нем слабый проблеск надежды.

В какой-то момент Клэр показалось, что он дрогнет. Она видела желание в его глазах и понимала, что ему так же, как и ей, хочется послать ко всем чертям разработанный им план, позвать ее в свою комнату и заняться наконец любовью. До утра. До изнеможения. При мысли о том, во что может превратиться приближающаяся ночь, по телу Клэр прокатилась волна сладостного предчувствия. Она стиснула кулаки, мысленно умоляя Рона уступить сжигавшей их обоих страсти.