Викки Уэбстер - Скажи мне «да»

— Рейс несколько раз откладывался, — объяснил ему Кейн. — Детектив Редхок сказал мне, что вы уже распространили фото подозреваемой женщины.

Эрнандес кивнул:

— Мы поместили фото в газетах и показывали его по телевидению. Наши служащие связались с сотрудничающими с полицией людьми, и мы надеемся получить какую-нибудь информацию. А почему вы считаете, что подозреваемая направляется сюда? Она ведь совершила последнее похищение в Лос-Анджелесе?

Последнее похищение, подумала Лиз. Для них это всего лишь статистика, холодные факты, Кэти для них тоже статистика. Лиз впилась ногтями в ладони: если она сорвется, Кейн отошлет ее домой следующим авиарейсом, и ей некого будет винить, кроме себя самой. Лиз набралась мужества и сказала:

— Последний ребенок, которого похитила эта женщина, — моя Кэти. Это случилось три недели назад.

Казалось, что Эрнандес был готов откусить себе язык:

— О, миссис, ради бога, извините меня. Я не понял, что вы — мать похищенного ребенка. Если бы я понял это раньше, я бы никогда не позволил себе разговаривать так свободно в вашем присутствии!

Лиз заставила себя улыбнуться.

— Все нормально, вы правы, выполняя свою работу.

Кейн подумал, что им лучше все-таки несколько изменить направление разговора, чтобы смягчить напряженность.

— Мы действуем вслепую, — честно признался Кейн Эрнандесу. — Ее машину заметили на шоссе номер пятнадцать. Она выезжала из города, направляясь на восток. Конечно, она может поехать куда угодно, но Розалинда Вард жила в Фениксе. Возможно, что она возвращалась домой.

Кейн достал папку из кейса, вместе с ней вылетела зубная щетка. Лиз быстро подхватила ее и отдала Кейну. Тот недовольно посмотрел на нее и засунул щетку в дипломат: ему придется купить большую сумку, чтобы возить с собой свои личные вещи.

Эрнандес посмотрел на фотографии, которые привез с собой Кейн, и покачал головой.

— Нужно быть очень хладнокровным человеком, чтобы делать подобные вещи!

Он взял в руки фото подозреваемой, которое ранее прислали в их полицейский участок.

— Она похожа на старенькую симпатичную бабушку, — сказал он.

— Может, оно и так, но хочется верить, что в следующем году она будет получать поздравления по поводу Дня матери уже в тюрьме.

Кейн уложил фотографию в пакет.

— Один из наших осведомителей дал нам ее старый адрес в Фениксе, — сказал Эрнандес. — Я пошлю туда утром, чтобы узнать, не живут ли там ее родственники, расспросить соседей о ней.

Кейн был согласен с ним: это было все, что они могли сделать в данный момент. Эрнандес, перед тем как уйти, поручил помощнику оставить в распоряжении Кейна машину.

Редхок открыл ящик стола капитана и подал Кейну связку ключей от автомобиля.

— Есть здесь неподалеку отель? — спросил его Кейн.

— Мили две отсюда. Отель не очень большой, но чистый, дат и цены там нормальные.

— Нашей бухгалтерии будет приятно видеть счета оттуда.

Кейн открыл дверцу машины для Лиз, а потом сам сел за руль. Притормозил он возле одноэтажного здания. Номера располагались в шахматном порядке и напоминали белые кубики сахара, выстроившиеся на песке. Въезд украшала арка, на которой было написано: «Хэппи Инн»1.(«Happy Inn» — «Счастливое пристанище» (англ).)

Лиз вышла из машины и потянулась: у нее от усталости затекло и болело все тело. Казалось, что разогретый воздух обжигает легкие.

— Неужели здесь даже вечером так жарко? Кейн улыбнулся:

— Леди, это достаточно прохладно для Феникса!

— Как они могут все это выдерживать? — Лиз последовала за Кейном в помещение.

Ярко-красными неоновыми буквами светился знак, что есть свободные номера.

— Здесь, похоже, есть кондиционеры…

Кейн открыл дверь. Холл был чистым. Когда они вошли, навстречу встал худощавый мужчина. Рядом с ним работал маленький телевизор, где показывали старую черно-белую комедию.

— Чем могу вам помочь? — спросил он.

— Мне нужен номер. Два, — поправился Кейн. Он не привык заботиться о комлибо другом. Мужчина с интересом посмотрел на него.

— Как скажете, мистер. Вы сюда надолго?

— Еще не знаем, — ответил ему Кейн, беря у хозяина оба ключа.

— Я дал вам номера рядом друг с другом, — сказал тот, когда Кейн и Лиз собрались уходить.

— Благодарю, — оборвал его Кейн.

— Вам так будет легче, — добавил мужчина и подмигнул ему. — Мы рады, когда всем у нас хорошо! — Все его фразы кончались почти шепотом. Казалось, что у него иссякал запас энергии раньше, чем он успевал выразить свою мысль.

— Помоечник! — пробормотал Кейн, быстро выпроваживая Лиз из прохлады на жару.

Похоже, Кейн терпеть не может, когда над ним подшучивают, подумала Лиз.

— Мне кажется, что он решил, что у нас с вами роман!

— Человек, который работает в подобном месте, не может думать иначе.

Он молча провел Лиз в ее комнату и остановился. В течение последних часов он старательно избегал ее взгляда. И вот теперь ему пришлось взглянуть Лиз в глаза. Лиз нельзя было назвать миниатюрной женщиной, но сейчас она показалась ему малышкой. Потерянной и слабой. Лиз изо всех сил старалась держать себя в руках, но это становилось все труднее и труднее. В ней постоянно боролись надежда и страх. Сейчас, так далеко от дома и в преддверии наступавшей ночи, страх начал побеждать.

— Кейн, Кэти где-то здесь и, может быть, недалеко! — Лиз повернулась к нему, стараясь справиться с отчаянием. — Но она такая крохотная. Как мы сможем отыскать ее?

Кейн потер затылок. Ему хотелось успокоить женщину, но он не представлял, с чего ему начать.

— Ну, это немного легче, чем искать иголку в стоге сена.

Лиз горько усмехнулась. Этот человек честен до отвращения!

— Да, но это не намного легче, — заметила Лиз. Кейн положил руки ей на плечи. Он даже не понял, как получилось, что он обнял Лиз и прижал к себе. Может, так случилось потому, что им обоим была необходима разрядка, душевное тепло…

— Лиз, мы ее отыщем, нужно только время.

Он отпустил ее, стараясь не допустить, чтобы чувство близости успело захватить их всецело.

— Все нормально. Нужно время от времени выпускать пар! Но вы, похоже, сами этого не делаете! — Она точно не знала этого, но инстинктивно ощущала.

Во время полета в Феникс она все время чувствовала на себе его внимательный взгляд. Кейн следил за каждым ее движением, и Лиз чувствовала себя перед ним открытой книгой, которую он свободно читает. Но сама она почти ничего не могла сказать о Кейне Мэдигене.

— Не делаю, — подтвердил он.

Она присела на постель. Та просела под ней, обняв ее бедра, как ласковые руки обхватывают округлую вазу. Она снова поднялась.