Больше, чем просто друзья - Стэйси Фокс
— Ладно-ладно, — Горин поднимает руки в примирительном жесте. — Я всё понял. Сейчас организую.
Через несколько минут небольшой стеклянный столик был заставлен алкоголем и едой. Я сползаю с дивана, чтобы опереться спиной о его бок, садясь на пол. Артём устраивается рядом. Он подаёт мне бокал, и я принимаю его дрожащими руками.
— Знаешь, — начинает, и в его голосе появляются шутливые нотки, — я тут подумал… Если хочешь, я могу свалить на ночь куда-нибудь, а ты можешь пригласить своих подруг и с ними сделать куклу вуду, а после развеять прах бывшего над морем. Или что вы там обычно делаете, ну когда это… расстаётесь.
— Забей, — протягиваю ему бокал, чтобы он наполнил его чем-нибудь покрепче. — Не хочу тебе показаться более жалкой, чем я есть сейчас. Но если быть честной… за то время, что я живу в столице, я так и не смогла найти тех, кто бы подпал под статус хорошего друга.
— Н-да, — Горин качает головой, и его голос становится серьёзнее. — А я и не думал, что у тебя всё настолько плохо.
— Издеваешься? — поднимаю на него взгляд.
— Нет, что ты. Просто не думал, что так сложно завести нормальных друзей.
— В моём случае всё очень сложно. Раньше как-то об этом даже не задумывалось. Возможно, просто не было в этом нужды. Была учёба, потом работа, а после в моей жизни появился он…
Даже имя его не хочу произносить. Оно застревает в горле, как комок колючей проволоки. Я одним залпом выпиваю то, что мне налил Артём, и морщусь от резкого вкуса.
— А я? — вдруг спрашивает Горин, и его голос становится тише.
Я поворачиваюсь к нему. мужчина смотрит на меня таким взглядом, что от него просто хочется провалиться под землю.
— Ты? — хмыкаю, пытаясь скрыть смущение. — Это другое дело.
— Боже, Самсонова, — он закатывает глаза, но в его голосе слышна улыбка. — Прошу, больше с такой интонацией не произноси подобную фразу. Я конечно рад, что именно меня ты выбрала в качестве своей жилетки. Но если честно, я не большой ценитель женских слёз. Но для тебя готов сделать исключение. Даже если потребуется, стать мальчиком для битья. Только не переусердствуй, а то, зная тебя, мне от одной мысли хочется пойти и написать заранее завещание.
Смеюсь. Впервые за этот вечер — искренне, от души. Смех вырывается из груди, и я чувствую, как напряжение немного отпускает.
— Спасибо тебе. Правда, — улыбаюсь в ответ. Неожиданно тяжесть на грудной клетке становится меньше, и я могу дышать. — Честно, даже не думала, что когда-нибудь это скажу. Но я рада, что среди всех людей именно ты сейчас рядом.
— Ууу, Самсонова, — он широко улыбается, и в его глазах загораются лукавые огоньки. — Если тебе так мало для счастья надо, то мне кажется, я погорячился с количеством выпивки.
ГЛАВА 11
К полночи гора пустых бутылок увеличилась в геометрической прогрессии. Не обращая внимания на время, мы ели пиццу, запивая её колой и периодически прикладываясь к чему-то покрепче. Я чувствовала, как алкоголь разливается по венам, делая боль тупее, а мысли — менее острыми.
Раздался звонок домофона, сообщая о прибытии курьера.
— Только не говори, что ты заказала ещё пиццу? — спрашивает Артём, демонстративно развязывая шнуровку на спортивных штанах, чтобы было чуть легче. — Блин, Самсонова! Я не знал, что впускаю в дом Кракэна. Да тебя же не прокормишь!
— Заткнись, — огрызаюсь. — Где твой кошелёк?
Горин театрально закатывает глаза, прикладывая руку ко лбу в трагическом жесте.
— О боги! Люди! Вы только гляньте! Да эта женщина меня ещё и разорить решила!
Расстреливаю этого умалишённого взглядом, пока он произносит пламенную речь в стиле Шекспира.
— Ты закончил?
— Только начал.
— Твою налево, Горин! — рычу, глядя на этого полоумного. — Где деньги?
Мужчина резко меняется в лице, приобретая привычный серьёзный вид.
— Самсонова, да тебе в реке… реко…, тьфу ты, в рэкетиры идти надо было! — наконец выговаривает, давясь смехом. — Так выбивать деньги ещё уметь надо!
И пока он сгибается в три погибели, пытаясь успокоиться от смеха, я сама думаю, как его убить.
— Прошу, не смотри на меня так, — давится, — а то я точно не успокоюсь.
Стою и думаю, когда у этого полоумного в спине стрельнёт от смеха, как у того волка из известного мультфильма.
— Ну так что? — продолжаю ждать.
— Так, я всё, успокоился, — он вытирает слёзы, всё ещё посмеиваясь и хватаясь за бок. — У двери, на тумбочке.
— Спасибо большое за вашу несказанную щедрость, барин, — отвешиваю ему шуточный поклон.
Расплатившись с курьером и придерживая подбородком с десяток коробок, тащу их к столу. Артём просто снисходительно сканирует меня взглядом — мол, «и куда в тебя столько влезет?» — а я просто расставляю коробки вокруг себя, проговаривая детскую считалочку в уме, пока палец кружит в воздухе, выбирая следующую жертву для своего желудка.
— Н-да, — Артем качает головой. — А ты не лопнешь, мелкая?
— А ты налей и отойди, — усаживаюсь по-турецки и подаю ему пустой стакан.
Выпито много, но не настолько достаточно, чтобы заглушить это ноющее чувство внутри.
— Ну так что, — он садится рядом, пододвигая ко мне тарелку с нарезанными фруктами. — Тебе стало хоть немного легче? Или всё же за сладким придётся идти?
Хмыкаю, наслаждаясь кусочком пиццы.
— Стало. Вот доем — и начну поиски нового парня.
— Ого! — мужчина в удивлении приподнимает бровь. — А не рановато ли строить планы Наполеона?
— В самый раз, — отвечаю, чувствуя, как алкоголь развязывает язык. — Я и так на этого придурка столько лет потратила. Поэтому сейчас хочу в ускоренном темпе наверстать упущенное и просто найти идеального отца для своего ребёнка.
— В смысле? — Артём резко трезвеет, ставит бокал на стол и поворачивается ко мне. — Ты что тоже… ну это… от него?
Когда я понимаю, к чему Горин клонит, резко плюю через левое плечо и стучу по его деревянной