Патриция Гэфни - Прекрасная обманщица

– Полагаю, что смогу обеспечить вас вполне прилично, даже щедро и, уж поверьте, не хуже, – тут он пренебрежительно засмеялся, – чем покойный мистер Пелл.

Кэтрин даже почувствовала себя оскорбленной за своего никогда не существовавшего супруга. У нее создалось впечатление, что Джулиан нарочно ведет себя вызывающе, хотя внешне его манеры оставались безупречно вежливыми. Она нетерпеливо перебила его:

– Я очень польщена, мистер Лаундз, и благодарна вам за доброту и снисходительность, но я вынуждена отклонить ваше предложение. Я больше никогда не выйду замуж.

К ее изумлению Джулиан расхохотался в ответ, не дав ей договорить.

– Вы меня неправильно поняли, мадам, – сказал он с фальшиво сочувственной улыбкой. – Я не просил вас выходить за меня замуж.

Кэтрин растерянно заморгала:

– Но тогда…

– Я предложил вам стать моей любовницей.

Она лишилась дара речи.

– Могу ли я заключить из вашего молчания, что вы не принимаете мое предложение? – нимало не смутившись, спросил он после долгой паузы.

– Да как вы… Разумеется, нет!

– Очень жаль. В то же время должен признать, что меня ваш отказ ничуть не удивляет. Я давно заметил, что вы испытываете ко мне… э-э-э… некоторую холодность. Увы, ваше отношение не только не угасило моей страсти, au contraire,[31] можно сказать, что оно заставило ее разгореться еще жарче.

Нелепость и оскорбительность этого разговора невозможно было переносить. Не говоря больше ни слова, Кэтрин попыталась оттолкнуть его плечом и уйти, но он лишь пошире расставил ноги и не сдвинулся с места.

– Еще одно слово, миссис Пелл. Как я уже говорил, мне надо ненадолго уехать, но, когда я вернусь, возможно, мне удастся заставить вас переменить ваше решение.

– Мистер Лаундз, вероятность этого настолько мала, что ею смело можно пренебречь. А теперь, пожалуйста, уйдите с дороги.

Он опять рассмеялся:

– Я своего добьюсь, поверьте. Вы мне достанетесь.

Кэтрин была слишком возмущена, чтобы отвечать, наглость Джулиана заставила ее задохнуться. Она с силой оттолкнула его, и на этот раз он отступил, позволив ей пройти.

Глубоко погрузившись в кресло у камина, Бэрк проследил взглядом за Кэт, пока она, ничего не замечая вокруг, шла обратно к клавесину. Она сделала вид, что слушает музыку, но он ясно видел, что она чем-то расстроена. Что сказал ей этот подонок Джулиан? Ноздри у нее раздувались: верный признак того, что она рассержена. Изучая ее профиль, ее грациозную осанку и прелестную улыбку, он невольно спросил себя, что было бы, доведись ему встретить ее на светской вечеринке у мачехи или на балу в Блайт-парке. Разумеется, он был бы очарован. Она затмила всех женщин, которых он когда-либо знал. Он постарался бы ее завоевать и не остановился бы ни перед чем, чтобы сделать ее своей.

Но они познакомились не на вечеринке, он встретил ее в тюрьме. Она выглядела как настоящая леди, но это была лишь видимость. Настоящая леди не позволила бы сделать из себя ставку в карточной игре, она не стала бы ложиться в постель с негодяями и скотами только потому, что они были при деньгах.

Скверные мысли точили его, толкая к безрассудству и жестокости. Ему надоело смотреть, как Кэт общается с другими людьми, он хотел наслаждаться ею сам. Оливия опять принялась выводить ее из себя: слов не было слышно, но он увидел, как Кэт отшатнулась словно ужаленная, и понял, что взрыв неминуем. Поднявшись с кресла, Бэрк стремительно направился к ней:

– Вы выглядите усталой, миссис Пелл. Позвольте мне проводить вас обратно в вашу комнату.

– Неужели нельзя поручить это дворецкому, Джеймс? – раздраженно возразила Оливия.

Не обращая на нее внимания, он взял Кэтрин под руку. Эдвин поклонился и заявил, что очарован знакомством. Диана улыбнулась и сказала, что скоро ее навестит. Рената и Оливия холодно кивнули, Джулиана нигде не было видно.

– О, Боже, Кэт, ты выглядишь злющей, как оса.

– А ты слышал, что она сказала?

– Нет, а что?

Кэтрин так и кипела: слова давались ей с трудом:

– Она назвала нас дикарями!

Он усмехнулся:

– Кого это «нас»?

– Шотландцев! Горцев! Всех! Эта расфуфыренная белоголовая кукла, обсыпанная мукой, еще смеет…

Бэрк весело рассмеялся и обнял ее за талию:

– Успокойся, любовь моя, возьми себя в руки. Я хочу представить тебя своему отцу.

Не успела она сказать хоть слово, как он постучал в дверь, возле которой они находились. Изнутри послышалось отрывистое: «Войдите!» Бэрк отворил дверь и посторонился, пропуская Кэтрин вперед.

Граф Ротбери поднялся с кресла, растерявшись при виде красивой рыжеволосой женщины в домашнем халате, замершей на пороге его кабинета.

– Отец, позвольте представить вам миссис Пелл. Кэтрин, это мой отец, лорд Ротбери.

Кэтрин сделала самый глубокий реверанс, на какой только была способна. Его светлость наклонил голову, но так и не вышел из-за стола, видимо, не считая нужным себя утруждать.

– Ах да, миссис Пелл! Позвольте мне от имени моего сына и всей моей семьи выразить вам нашу сердечную признательность за ваш самоотверженный поступок. Вы, безусловно, проявили подлинное мужество.

Кэтрин невнятно пробормотала в ответ что-то подобающее случаю: она совершенно позабыла о том, что спасла жизнь Бэрка от огня.

– Пелл, Пелл… – задумчиво продолжал между тем лорд Ротбери. – Вы не состоите в родстве с Уинстоном Пеллом из Бата? – осведомился он, глядя на нее сверху вниз.

– Затрудняюсь ответить, милорд, но нет, вряд ли.

– Гм, – лорд Ротбери, казалось, утратил к ней всякий интерес. – Ну-ка посмотрим… Где же это? Ах да, вот оно. – Он нашел на столе листок бумаги и поднял его. – Вот чек для вас. За спасение Джеймса и возмещение всех ваших потерь.

Он подошел к ней, протянув руку с чеком. Кэтрин отшатнулась, глядя на его руку с отвращением и ужасом, словно он протягивал ей паука.

– Благодарю вас, – сказала она сухо, – но я не могу его принять.

Ее тон ясно и недвусмысленно дал ему понять, что настаивать бесполезно.

– Вот как? Ну что ж, в таком случае, сударыня, не смею вас задерживать. Рад был познакомиться.

На сей раз он действительно поклонился, на его лице было написано недоумение. Кэтрин вышла в коридор.

– Джеймс? – окликнул его сэр Невилл прежде, чем Бэрк успел закрыть за собой дверь. – На пару слов, если можно.

Бэрк бросил на Кэтрин извиняющийся взгляд и вернулся в кабинет.

– Я заметил некоторую… натянутость, – негромко проговорил его отец. – Надеюсь, я ее не обидел? Мне казалось, что денежное вознаграждение – это как раз то, что нужно для женщины ее сословия. Она ведь из простых, не так ли? По крайней мере Рената мне так сказала.