Рут Лэнган - Заложники страсти

Его руки скользнули по плечам Леоноры, слегка отталкивая ее. Он принялся рассматривать ее прищуренными глазами. Что же такое сделала с ним эта женщина? Каким-то образом ей удалось околдовать, очаровать его. И, если он потеряет осторожность, в плену окажется именно он.

Возможно, даже хорошо, что на некоторое время ему придется уехать. Он чувствовал, что ему необходимо отдалиться от этой женщины.

– Теперь вы понимаете, как легко мне будет овладеть вами, миледи, и мне хотелось бы снова предупредить вас. Не испытывайте мое терпение. – Глаза его смотрели жестко, а голос зазвучал ворчливо. – Если вы разгневаете меня, моя месть не заставит себя ждать и будет ужасна. Я здесь хозяин и повелитель, и именно я буду выбирать вам наказание.

Он резко опустил руки, словно само прикосновение к ней было ему противно. Честно говоря, он боялся снова прикасаться к Леоноре, зная, что иначе не сможет сдержать себя и тут же овладеет ею. Желание горячей волной пульсировало в его крови, и поэтому голос его был более резким, чем ему хотелось:

– Вы поняли меня?

– Да. – Она поразилась, как трудно было заговорить. Глубоко вздохнув, она метнула в него исполненный ненависти взгляд. – Я скорее выпрыгну в окно и разобьюсь до смерти, чем позволю вам осуществить вашу угрозу.

Пытаясь сохранить самообладание, он повернулся к ней спиной и прошелся по комнате. У двери он обернулся.

– Если вы навлечете на себя мой гнев, миледи, мы сможем проверить, умеете ли вы подтверждать красивые слова действиями.

Она отвернулась от двери, когда в комнату вошел Руперт и снова занял свой пост. Стоя к нему спиной, Леонора прижала ладони к лихорадочно пылающим щекам.

Она ненавидит Диллона Кэмпбелла. Ненавидит всей душой и сердцем. И все же… Щеки ее запылали с новой силой при мысли о том, как она отвечала на его поцелуй. Чувства, которые он пробуждал в ней, противоречили всему, во что она когда-либо верила. Этот человек – дикарь. А она – английская аристократка. Если она допустит, чтобы он осквернил ее, она будет навсегда опозорена. Ни один порядочный человек не пожелает взять ее в жены.

И все же… Мурашки пробежали по ее спине, когда она вспомнила, как его руки обнимали ее, как его губы скользили по ее губам… Ни один из мужчин, с которыми она была ранее знакома, никогда не заставлял ее испытывать то, что ощущала она в объятиях Диллона Кэмпбелла.

Что же ей делать, если он вознамерится осуществить свою угрозу? Ответ в ту же минуту появился сам собой. Ей придется прыгнуть с галереи и разбиться насмерть, чтобы только не покориться ему. Поступив иначе, она навсегда опозорит и обесчестит имя своего отца.

– Миледи… – Руперт подождал, пока она не перестала нетерпеливо расхаживать по комнате.

Она повернулась к двери, где стоял юноша – высокий и крепкий, как громадное дерево.

– Да, Руперт.

– Я хотел бы поблагодарить вас.

– Поблагодарить? – Мысли ее все еще были заняты Диллоном, и потому она никак не могла понять, о чем он говорит.

– За то, что вы сохранили в тайне, что я помог вам.

– А-а… – Она мягко улыбнулась ему. – Но я же так признательна тебе за доброту. Это будет наш с тобой секрет. Ну а теперь… – она прошлась по комнате, – теперь пора присоединиться к мистрис Маккэллум и служанкам, которые ждут нас внизу.

Сейчас ей больше, чем когда-либо, хотелось воспользоваться вновь обретенной свободой передвижения, чтобы найти способ совершить побег.

Надо узнать как можно больше о расположении этой крепости.

Руперт открыл и придержал дверь, затем пошел рядом с Леонорой.

Домоправительница и целое полчище служанок ожидали их в помещении для мытья посуды, примыкавшем к кухне, – здесь обычно раздавались поручения на день. Едва англичанка показалась на пороге, как все голоса стихли, а головы повернулись к ней.

Флэйм, скрестив руки на груди, молча уставилась на нее.

Кажется, мистрис Маккэллум была по-настоящему взволнована. Было совершенно очевидно, что ей еще никогда не доводилось отдавать приказания девушке благородного происхождения.

Понимая, как важно завоевать доверие, Леонора решила помочь домоправительнице выйти из неловкого положения.

– Может быть, мы начнем с большого зала? – предложила она.

Леонора знала, что большой зал является центром крепости, – она догадалась об этом в первый же вечер. Там находилось множество дверей, ведущих в различные коридоры. Возможно, именно там она сможет обнаружить путь к побегу.

Она чувствовала себя виноватой, предавая Руперта, но постаралась отмести это чувство в сторону. Это война. Главное – вернуться к отцу целой и невредимой.

Домоправительница заморгала, недоверчиво глядя на Флэйм. Громадный, похожий на пещеру зал был самым большим помещением в замке.

Поддерживать его в чистоте и порядке было ой как непросто, и эта работа поручалась обычно самым младшим служанкам. Флэйм разделяла сомнения пожилой женщины, а потому самодовольная усмешка тронула ее губы. Да уж, она будет только рада, увидев эту английскую спесивицу за таким грязным занятием.

– Да, миледи, – ответила домоправительница. – В большом зале работы невпроворот. Скажите мне, что вам потребуется.

– Ничего особенного: сильные руки, гибкие спины, метлы и ведра с водой. Поскольку день уже наполовину прошел, мы соберем старый тростник в кучи, чтобы использовать для растопки, а потом подметем и вымоем пол. Завтра уже можно будет настилать свежий тростник. – Она подняла глаза. – Вы согласны, мистрис Маккэллум?

– О да. – Женщина закивала так энергично, что ее подбородки затряслись. Затем, вспомнив, кто тут главный, она почтительно повернулась к сестре хозяина замка: – А ты, девочка? Ты тоже согласна?

Флэйм пожала плечами.

– Мой брат сказал, что я должна остаться с вами и наблюдать. Но он ничего не сказал о том, что я должна принимать участие в работе или же разговаривать с англичанкой. Продолжайте, мистрис Маккэллум.

Решив доказать всем, что именно она здесь командует, домоправительница сурово проговорила, обращаясь к Руперту:

– Ты все время будешь держаться рядом с пленницей. И, конечно, я тоже буду заглядывать к вам время от времени, чтобы проверить, правильно ли вы все делаете.

С понимающей улыбкой Леонора направилась в сторону большого зала. Служанки и Флэйм молча следовали за ней. Когда они пришли, Руперт, как обычно, занял пост перед закрытыми дверями. Леонора молча принялась собирать тростник с пола в кучи, которые пододвигала поближе к каминам, чтобы использовать потом на растопку. Каждый раз, поднимая взгляд от пола, она старалась запомнить расположение дверей, решив позднее узнать, куда ведет каждая из них.