Эротический хоррор для похотливых домохозяек - C. В. Хант
Должно быть, мое лицо выдало меня, позволив Марте распознать подходящий момент, чтобы опутать меня своей паутиной.
- Думаю, я понимаю. Они постоянно бросают на тебя тень. Потерянные или мертвые, их здесь нет; по ним скучают, и люди склонны забывать проступки тех, кого они жаждут увидеть снова. Мертвые больше не могут облажаться, в то время как для нас буквально каждый день - это возможность потенциального провала. Так что, да, я понимаю, что ты имеешь в виду.
Теперь ее пальцы гладили мою руку. Я вспотелa.
- Тогда какой смысл их искать?
Мне удалось спросить, не задыхаясь от волнения. С одной стороны, я хотелa, чтобы она перестала прикасаться ко мне, с другой - я хотелa схватить ее за волосы 70-х, притянуть ее голову ближе и засунуть ее лицо прямо в мою изголодавшуюся "киску".
- Может быть, чтобы доказать, что мы тоже чего-то стоим. Или, может быть, чтобы разрушить легенду и позволить всем жить дальше, - сказала она и нежно сжала мою руку.
Затем она упомянула что-то о зацепке, которая у нее была (я была слишком занята борьбой с желанием побежать в ванную мастурбировать и не сосредоточилась должным образом на слушании), допила чай и ушла. Мы обменялись номерами телефонов, и все. Я снова осталась наедине со своим разочарованием. И со своей рукой.
III
Как я упоминалa Марте, моя сестра Агнешка была готом. Она любила все темное, таинственное и кружевное. Она и ее лучшая подруга потратили кучу времени, делая мрачные фотографии друг друга, а затем загружая их на DeviantArt. Она прожила недостаточно долго, чтобы иметь возможность завести Instagram-аккаунт. Тем не менее, я нашлa там ее старые фотографии.
Исчезновение Агнешки было известным делом в свое время, и на свете было много любителей загадок - половина из них полна самомнения, другая половина - дерьма. Иногда я спорилa с ними онлайн просто ради смеха. Очевидно, время и человеческое воображение взяли верх над фактами, и онлайн-история Агнешки больше не имела много общего с правдой.
Моя семья ненавидела, когда всплывало что-то подобное, и я, казалось, была единственной, кому нравилась онлайн-версия моей сестры. Марта была права, назвав ее "легендой". Она - чертова святая, идеальная дочь, утратившая потенциал гораздо большего, чем я когда-либо могла бы быть. И действительно, никто, казалось, не помнил, как критически они относились к ее длинным черным юбкам и армейским ботинкам. Как они издевались над ней за то, что она пыталась жить по-своему, как пренебрежительно они относились к этому "этапу" в ее жизни.
Я никогда не осмеливалaсь сказать – возможно, следовало бы, – что, возможно, если бы они не были такими придурками во всем, она бы не сделала какой-либо выбор, который привел к ее исчезновению.
Быть близнецом пропавшей без вести - отстой. Меня бесчисленное количество раз просили сосредоточиться, "почувствовать" свою сестру, связаться с ней с помощью сверхъестественных средств, характерных для мифических близнецов. Я не моглa. Я просто хотела, чтобы меня оставили в покое, чтобы я справилась с потерей по-своему. Некоторым людям почему-то было невероятно трудно понять, что я тоже страдала. Это не было моим недоброжелательством, чтобы не "чувствовать" человека, который был в моей жизни с самого начала и который, к большому сожалению, имел такое же лицо. В какой-то момент все это заставило меня возненавидеть Агнешку и пожалеть ее одновременно.
Никто из нас не хотел этого.
Никто из нас не хотел того, что должно было произойти.
IV
Я не рассказала своему муженьку о Марте. По крайней мере, не сразу и не всю правду. И у меня были сомнения по поводу участия в поисках Агнешки. Пусть спящие собаки лгут. Я решила встретиться с Мартой и честно поговорить об этом. Она пригласила меня к себе домой.
Я действительно хотелa сказать ей, что не заинтересованa в выяснении правды. Я даже открылa рот, чтобы начать говорить, но тут Марта подошла ближе, и следующее, что я осозналa, это то, что мой рот был заполнен ее языком. Ее тело прижималось к моему (она была едва одета), руки блуждали от моей промежности к груди и обратно. Я так сильно желалa ее, что это было невообразимо. Мой разум пытался остановить все это, но потерпелa неудачу. В конце концов, терпеть неудачи было моей стихией, не так ли? Голод в моем теле взял верх.
Она начала раздевать меня, и я охотно помогалa. Моя одежда упала на пол в мгновение ока, за исключением футболки, которой Марта воспользовалась, чтобы одновременно зафиксировать мои руки над головой и прикрыть глаза.
- Я хочу тебя, - прошептала она, ее горячее дыхание ласкало мочку моего уха.
- Я тоже тебя хочу. С тех пор, как увиделa тебя на пороге своего дома, - призналaсь я.
Она подтолкнула меня к столу, и я почувствовалa, как ее руки гладят мое тело, ее язык танцует вокруг моих сосков. Я ахнулa. Боже, как это было приятно! Я раздвинулa ноги еще до того, как ее рука скользнула вниз по моему животу. Она ласкала внутреннюю сторону моих бедер, заставляя меня извиваться в предвкушении. Наконец, ее рука нашла нужное место. Затем она сжала свои тонкие пальцы в кулак и скользнула в меня. Удовольствие охватило мое изголодавшееся по сексу тело и разум.
Марта теперь двигала своим кулаком быстрее, и вскоре к веселью присоединился ее язычок. Хотя я зналa, что ее голова сейчас у меня между ног, а ее язык хорошо заботится о моем клиторе, каким-то образом я все еще чувствовал его вокруг своих сосков. Мне казалось, что множество рук и языков ласкают мое тело, купая меня в долгожданном сексуальном удовольствии. Мне очень понравилось это странное ощущение.
Оргазм наступил быстро, и у меня перехватило дыхание. Я услышалa, как Марта отошла от стола. Все еще с завязанными глазами, я не могла сказать, где она была.
- Марта? - cпросилa я. - Могу я... прикоснуться к тебе?
Но она никогда не позволяла мне. Каждый раз, когда мы занимались сексом, это всегда было так – с завязанными глазами и связанными руками, на небольшом расстоянии от нее. Я мечталa прикоснуться к ее стройному, мускулистому телу, представлялa, как будет ощущаться ее кожа под моими кончиками пальцев, какой она будет на вкус. Я былa благодарнa за все удовольствие, которое она мне доставляла, будь то руками, языком или какими-нибудь игрушками-страпонами, которые она решила прикрепить к своей талии. Она проделала очень хорошую работу,