Кристофер Голден - Вот мы и встретились
— Давай сюда фонарик, — простонал Уилл.
Кайл едва мог вздохнуть. Словно зачарованный, он не отрывал глаз от ножа и пореза. Впрочем, стоило только парнишке заметить, что Уилл с нетерпением на него смотрит, как он снова обрел способность передвигаться. Заранее заложив закладкой нужное место в «Темных дарах», он теперь перетащил книгу и фонарик поближе к Уиллу. Затем раскрыл книгу на нужной Уиллу странице. Здесь, под верандой, было довольно холодно, однако книга у него в руках казалась теплой как живая плоть и до невозможности легкой. Кайл положил «Темные дары» на пол и стал держать том под таким углом, чтобы Уилл мог ясно видеть текст. Затем он включил фонарик, и яркий луч мгновенно смыл все тени, отбрасываемые лампочкой под потолком.
На нужной странице имелся рисунок круга с дуговыми линиями внутри него, а также странные символы, набросанные, следовало думать, в стратегически важных местах этого рисунка. Для Кайла все это ровным счетом ни о чем не говорило. Однако Уилл, получив ясный вид рисунка, наклонился и принялся за работу. Согнувшись над бетонным полом кладовки, он начал воссоздавать круглую композицию, рисуя ее собственной кровью.
Медный запах крови вскоре заполнил все тесное помещение. Кайла слегка поташнивало, и он дрожал, наблюдая за тем, как Уилл, сидя на ляжках, продолжает работу. Держа левую руку над полом и регулярно сжимая кулак, он позволял непрерывной струйке крови стекать на бетон, после чего использовал указательный палец правой руки для рисования, вычерчивая круг, внося туда нужные линии и постоянно сверяясь с рисунком в книге.
Порез был довольно глубок. Потребовалось почти десять минут, чтобы перенести книжный рисунок на бетон — десять минут, в течение которых Уиллу приходилось время от времени останавливаться и раскрывать ладонь вновь вызывая кровотечение. Однако он ни разу не позволил себе перевести дух, пока не закончил. Несмотря на холодок под верандой, Уилл обильно потел, и Кайл даже задумывался, не потеряет ли он сознание.
Когда рисунок был закончен, Уилл с трудом встал, слегка пригнул голову, чтобы не стукнуться о балку, и закрыл глаза, делая глубокие вдохи и выдохи. Затем, скрипя зубами, вылил дезинфицирующее средство на белый марлевый тампон, который дал ему Кайл, и приложил этот тампон к порезу в ладони. Левый кулак Уилла теперь был сжат, и он слегка постукивал им себя по бедру, словно пытаясь прогнать боль.
Уилл не стал дожидаться, пока кровь высохнет. Снова войдя в круг, он встал в самом его центре, а затем одним плавным, стремительным движением сел, явно стараясь не задеть начертанные им символы. Несколько секунд Уилл просто там сидел, слегка кивая самому себе в той же самой манере, в какой это делали некоторые из друзей Кайла, когда прилично напивались или накуривались.
Затем Уилл посмотрел на парнишку.
— Понятия не имею, сколько я буду отсутствовать. Может, несколько секунд. Может, часов. Или недель. Даже не догадываюсь.
«Если ты вообще куда-то отбудешь», — подумал Кайл. Но сказал он совсем другое.
— Я не смогу все это время оставаться здесь…
— Знаю, что не сможешь. Но ты по крайней мере сможешь попробовать не пустить сюда своего отца. Позаботься о том, чтобы кладовка все время была заперта, и чтобы никто в нее не проник.
Они уставились друг на друга. До Кайла вдруг дошло, как громко он дышит в этом тесном пространстве. Затем он кивнул. Уилл указал на книгу.
— Читай ее вместе со мной. Я исправлю твое… — Тут он негромко зашипел, прижимая левый кулак к груди и слегка покачиваясь взад-вперед. — Извини. Кажется, мне понадобится несколько швов. Или заговор исцеления. — Уилл одновременно усмехнулся и вздрогнул. — Какой же я идиот!
Затем он снова сосредоточился на Кайле.
— Я исправлю твое произношение.
И он действительно это сделал. Кайлу пришлось, пригибая голову, перебраться чуть в сторону и расположиться так, чтобы по-прежнему различать все слова, начертанные на пожелтевшей странице ужасной книги. Он такой близости к Уиллу по спине у него бежали мурашки. Запах крови стал еще сильнее, и темный страх начал формироваться в голове у парнишки вокруг мысли о том, что если все получится, его тоже может ненароком туда затянуть. Затащить в прошлое. Поймать там в ловушку.
Они начали вместе читать заклинание, и, когда Кайл медлил перед очередным гортанным, незнакомым словом, Уилл помогал ему, пока произношение не становилось правильным. В голове у Кайла стала образовываться неприятная, отвратительная мысль о том, что это вообще никакой не человеческий язык, но, с другой стороны, экспертом по лингвистике он не был и прекрасно понимал, какой это идиотизм. Существовали сотни языков, которые Кайл в жизни бы не узнал.
Кайл чувствовал себя опустошенным, испуганным и до странности хрупким, как будто один-единственный удар мог разбить его вдребезги. Становилось все жарче, и вскоре он тоже вспотел. Через несколько минут после того, как они начали, Кайл наконец сумел прочесть все заклинание, не допустив не единой ошибки, и Уилл немедленно начал снова, таща за собой парнишку за счет инерции слов. Кайл был полностью сосредоточен, желая теперь лишь поскорее отсюда выбраться, желая сделать все правильно и так или иначе с этим покончить.
Парнишка сконцентрировался на формировании слов, на своем голосе, на хватке за один из столбиков, что поддерживали веранду, просто на всякий случай слегка отстраняясь от круга. По коже у него на загривке бегали мурашки, и, хотя Кайл по-прежнему потел от жары, он чувствовал, как его пробирает внезапный холодок. Свет от фонарика и от лампочки под потолком словно бы потускнел, тени сгустились, но теперь, предельно сосредоточенный на своей задаче, Кайл лишь прищурил глаза, чтобы лучше видеть текст и правильнее произносить все слова.
Поначалу он даже не заметил того, как голос Уилла начал глохнуть по мере того, как тускнел свет, и затем стал совсем пропадать. Только когда от громкого и внятного голоса Уилла остался всего лишь шепот, Кайл вдруг осознал перемену. К тому времени, как парнишка оторвался от страницы, чтобы посмотреть, Уилл Джеймс был уже всего лишь туманным призраком.
А затем он исчез.
Вся сила внезапно ушла из Кайла, и он развалился на бетонном полу кладовки. Одно его колено коснулось кровавого круга, теперь побуревшего, и парнишка отдернул его назад, точно ужаленный. Широко распахнутыми глазами Кайл смотрел на круг, пока легкий и в то же самое время совершенно невозможный ветерок шевелил его рыжие волосы, словно стремясь заполнить пространство, которое считанные мгновения тому назад занимал Уилл Джеймс.