Другие миры кроме этого - Стивен Кинг
Джек даже не вскрикивает, когда чувствует, как чья-то рука перехватывает его сзади. Он слишком опустошен. Это Анда. За ее спиной высится Джериман в окружении сыновей.
— Ты все сделал правильно, — тихо произносит Анда. — Ты…
Джек резко отступает на шаг назад. Он роняет топор прямо в дорожную пыль. Вскидывает руки ладонями вперед:
— Не прикасайтесь ко мне. Пожалуйста. Не надо.
7
Спустя два часа после того, как он обезглавил то, что осталось от его старого друга, Джек пешком покидает город и держит путь на запад. Уверенный, что сумеет раздобыть транспорт на «базе», Джек оставляет Золотого Мальчика в конюшне. Конь заслужил корм и воду. Но больше всего он заслужил отдых.
Ему подарили пару полусапожек. Сам он над землей не плывет — эта привилегия, похоже, доступна только Мэнни, — но в обуви явно кроется крупица их магии, поскольку, несмотря на то что сапоги новые, они приятно успокаивают его натруженные, горящие ступни. За плечами висит мешок с едой. На одном бедре покачивается фляга с водой. На другом — пустая кобура, в которую он мысленно пообещал себе рано или поздно снова вложить пистолетом. Пол и Андан, рассказали ему, что девчонка — Тара Линн — визжала, хохотала и палила во все стороны наравне со своим дружком, так что кончить надо обоих. Джек Сойер не был убийцей по натуре, но эти двое больше не являлись людьми. Возможно, когда-то и были, но…
— Что-то потеряли при переходе, — роняет он, минуя последние городские постройки. Из груди вырывается хриплый звук, который при иных обстоятельствах можно было бы назвать смехом.
Мэнни пообещали похоронить Дейла как подобает, но Джеку настоятельно советовали не задерживаться ради погребения. «До базы колес двадцать, плюс-минус, — напутствовал его Джериман. Люди говорят, внутри расположены арсенал и автопарк. — Последние два слова он произнес по-английски. — Если поспешишь, обернешься до заката. Но если ночь застанет тебя в дороге…» — он лишь красноречиво пожал плечами.
— Упыри?
— Может, да. А может, нет. Я бы не стал испытывать судьбу, Джек из Америки.
И Джек шагает так резво, как только может под безжалостно палящим солнцем. Он движется в совершенно противоположном направлении от Киннестона и Спекхоффер, но Джериман пообещал отправить предупреждение по гелиографу в Пернил, Дези и Меджис. Это лучшее, что они могут сделать, хотя для Пернила новости, скорее всего, придут слишком поздно. Джек знает, что пустые тревоги лишь тянут его на дно, но ничего не может с собой поделать. Особенно он переживает за Мэри и констебля Аарона Дестри.
Джеку позарез нужно выяснить, как именно Киннестон и Спекхоффер умудрились перебраться в Долины и что с ними произошло во время этого перехода. То, что Мэнни зовут Прорвой, а Янгблад именовал Большим Ущельем, интересует его лишь потому, что оно могло сыграть свою роль в появлении здесь малолетней банды. Еще неделю назад — в это трудно поверить, но факт — Джека жутко беспокоил Янгблад. А точнее, необходимость оставаться у него на хорошем счету. Но чем дальше он продвигается…
(старина Странник Джек)
…тем меньшее значение для него имеет этот самый Янгблад. Дези — обитель света, но и свет имеет свойство гаснуть.
Он минует четыре шахты: «Мериголд», «Удачливая леди», «Удачливая леди-2» и «Дипа-Дипа». Жерло «Мериголд» намертво завалено оползнем. Он резонно предполагает, что в остальных трех сейчас спят своим дневным сном упыри. Любопытно, им снятся сны?
На обед он останавливается в заброшенном, разваливающемся фермерском доме, до жути напоминающем ему тот сарай с рекламой «Мэйл Пауч» в округе Хемингфорд. Он дает ногам отдохнуть, пока уплетает лепешки и сушеные дольки яблок, которыми его снабдили Мэнни. На десерт не мешало бы вздремнуть часок, это бы знатно подбодрило его, но нужно успеть найти укрытие до наступления темноты. Двенадцать колес позади — плюс-минус — и еще восемь впереди, подсчитывает он про себя. Шевелись, старина Странник Джек.
Поднимаясь, он морщится от боли. В пояснице такое ощущение, будто туда натолкали рыбьих костей. Он тянется, слушая треск собственных сухожилий, и закидывает мешок на плечи. Первые сто ярдов заметно прихрамывает, но постепенно шаг выравнивается. Он размышляет о том, как сильно изменилось его тело со времен самых первых визитов в Долины благодаря «волшебному зелью» Спиди Паркера. Если верить Шекспиру, в делах людей прилив и отлив сменяют друг друга. Джек в этом не сомневается, но в его пятьдесят семь лет его собственный прилив явно пошел на убыль.
8
Ближе к середине дня Джек замечает впереди нечто такое, что поначалу принимает за обычный мираж, порожденный беспощадным зноем и палящим солнцем. Знаете, как это бывает во время долгой поездки по автомагистрали, когда далеко впереди на асфальте чудится блестящая лужица воды. Но по мере приближения объект обретает плотность, отбрасывая во все стороны столь яркие стрелы отраженного света, что на него больно смотреть. На такой плоской, как блин, равнине все всегда кажется ближе, чем есть на самом деле, но в конце концов Джек до него добирается.
«Ну словно жаба в сказочном саду», — думает Джек, поглаживая ладонью запыленный капот черной «Киа» с небраскскими номерами. У него нет сомнений, что это модель 2024 года. Он обходит машину кругом и замечает, что одна из шин не просто спустила — она изжевана в лохмотья и практически слетела с обода. Вот почему Киннестону и Спекхоффер пришлось бросить машину. Он проводит пальцами по стеклам, оставляя чистые дорожки в толстом слое пыли. Это даже не осмотр, а скорее попытка разума примириться с реальностью автомобиля, собранного в Корее и поставленного на учет в округе Элм, штат Небраска. Ощущение нереальности окончательно улетучивается, когда под разбитым задним фонарем он замечает наклейку на бампере. Джек стирает грязь и видит изображение мультяшного ковбоя Йосемита Сэма рядом с надписью: «Отвали!»
Он дергает ручку