Валерия Чернованова - Враги поневоле
После обеда я отправилась в библиотеку. До начала праздника оставалась уйма времени, и чтобы как-то его скоротать, решила заняться чтением. Хейли и Велес заканчивали с последними приготовлениями к балу, поэтому развлекать меня было некому. Алесс бесшумно подкрался ко мне.
— Как прошла месса? Заглянув в раскрытую книгу, недовольно цокнул и закатил глаза, намекая, что явно не согласен с моим выбором: по его мнению, любовный роман — литературный жанр, не заслуживающий внимания.
— Нормально. — Об увиденном в храме решила умолчать. Еще сочтет меня сумасшедшей. Неожиданно Алесс наклонился и нежно поцеловал меня в губы, окончательно этим обезоружив. Вот так всегда. Стоит ему прикоснуться ко мне, как я теряю всякий контроль над собой. Со мной начинает твориться что-то невероятное: меня бросает то в жар, то в холод. Реальный мир исчезает, остаются только его колдовские глаза, его манящие губы.
— Алесс, нас же могут увидеть! — Я легонько оттолкнула его. Д'Оран что-то недовольно пробормотал и плюхнулся в соседнее кресло, закинув ногу на ногу.
— И что с того? Кому какое дело?
— Не хочу, чтобы обо мне начали судачить. Лишние толки ни к чему.
— Нет ничего постыдного в наших чувствах, — серьезно произнес юноша. — Но раз ты настаиваешь, на людях даже не взгляну в твою сторону.
— Тогда я решу, что безразлична тебе.
— И будешь неправа. — Алессандр опустил руку в карман и протянул мне пурпурную коробочку, обвязанную шелковой лентой. — Надеюсь, эта вещица докажет тебе искренность моих чувств.
— Что это? — Я с восторгом приняла неожиданный подарок.
— Открой. Потянув за ленту, раскрыла футляр. Серебряный браслет, инкрустированный рубинами, сверкал на черном бархате.
— Всевышний! Он великолепен! — захлопала я в ладоши.
— Уверен, он больше подойдет к твоему наряду, чем этот жуткий древний альяри, на который я уже не могу смотреть!
— Ты же не видел моего бального платья, — пропустив мимо ушей замечание о мамином украшении, сказала я. Сколько ни твердила, что браслет достался мне от мамы, а не от какого-нибудь столичного жениха, д'Оран продолжал гнуть свое. К сожалению, беспочвенная ревность являлась не единственным из всех пороков Алессандра, коими природа так щедро наградила его. Боюсь, это разъедающее душу чувство еще не раз поставит под удар наши отношения.
— Вообще-то видел. И именно к твоему наряду выбрал это украшение. Я наигранно возмутилась.
— Ну, Хейли! Клялась и божилась, что никому и словом не обмолвится о моем платье. Обманщица! Алессандр покачал головой.
— Нет, как верный пес, охраняющий сокровища своего хозяина, твоя портниха не пускала меня в комнату и отказывалась показывать, что она там смастерила.
— И, тем не менее, ты нашел способ надавить на девушку. Пугал увольнением? Д'Оран рассмеялся.
— Нет, пригрозил, что поцелую. Как ни странно, это подействовало сильнее любой угрозы: она отшатнулась от меня как от чумы. И тут же выдала все твои секреты. Я захихикала. Бедная Хейли! Сначала боялась, что Моркес воспылал к ней неземными чувствами, а теперь и графский отпрыск решил неожиданно приударить. Прям спасу нет от мужского внимания.
— Вот видишь, а ты думал, твои чары действуют на всех девушек без исключения. Оказывается, не на всех.
— Главное, они действуют на тебя. — Алесс надел украшение мне на руку и запечатлел на ней короткий поцелуй. — Считай, что этот браслет — мой альяри, которым я связываю наши судьбы. Сердце в груди замерло от еще неизведанного ощущения, когда кажется, будто отрываешься от земли и летишь в небо на крыльях счастья. Прильнув к любимому, я блаженно закрыла глаза и позабыла обо всем на свете. О том, что кто-то может войти и застать нас в объятиях друг друга. Может, Алесс прав? Не стоит скрывать то, что в скором времени и так станет для всех очевидным.
И вот настал долгожданный Вьюжный бал. Когда на землю опустились сумерки, к воротам замка начали подъезжать кареты с разряженными гостями. Во дворе замелькали факелы. Облаченные в парадные ливреи слуги встречали гостей и с поклонами провожали в замок, который сегодня празднично преобразился. В коридорах звучал смех, из главного зала лилась тихая, ласкающая слух музыка. Граф специально пригласил музыкантов из самого Элаира, чтобы похвастаться перед соседями небывалой щедростью и изобилием утонченного вкуса. Официальная часть вечера еще не началась, и знать расхаживала по замку, красуясь друг перед другом, обсуждая самые необычные наряды и делясь последними сплетнями. Мы с Хейли заперлись у меня и, усевшись на подоконник, с интересом рассматривали съезжавшихся гостей. Благо, окна моей комнаты выходили на центральные ворота и нам были прекрасно видны вновь прибывающие.
— Ты посмотри, что у нее на голове! — «восхитилась» девушка, глядя на молодящуюся матрону, осмелившуюся на модную нынче при дворе прическу фонтанж, которая получила в качестве названия фамилию ее создательницы, герцогини Жели Фонтанж. Голову женщины украшал проволочный каркас, напоминающий по форме фрегат с белыми, сделанными из кружев, парусами. Помимо этого корабль был «оснащен» драгоценными камнями и атласными лентами, мастерски вплетенными в крупные, смазанные для твердости белком локоны. Сильный порыв ветра пронесся над землей.
Женщина испуганно вскрикнула и поспешила в замок, опасаясь, как бы ее фрегат «не потерпел крушение».
— Интересно, сколько часов ушло на создание сего шедевра? — пробормотала служанка.
— Лучше глянь вон на ту прелестницу, — указала я на юную девушку, из-под плаща которой выглядывал веерообразный каркасный воротник, отделанный кружевом и сине-зелеными перьями. — Такие воротники вышли из моды лет сто назад! Рискуя свалиться вниз, Хейли подалась вперед, чтобы получше рассмотреть райскую птичку.
— Я слышала, ее сиятельство решила привнести изюминку в праздник. В полночь графиня назовет имя самой красивой женщины вечера. И что-то мне подсказывает, что королевой бала станешь ты, — заговорщицки подмигнула служанка. Я польщено улыбнулась.
— Спасибо Хейли, но мне трудно состязаться в обществе, где такое обилие привлекательных лиц. Здесь столько красавиц. Взять хотя бы Кьяру. Хейли скорчила недовольную гримасу.
— Что вы все заладили: Кьяра, Кьяра?! Подумаешь, писаная красавица. Напыщенная, самовлюбленная эгоистка — вот она кто! И даже ангельская внешность не скроет ее несносный характер. Ну а ты — просто загляденье. Я и сама была весьма довольна результатом. Платье получилось восхитительным. Не слишком пышное, оно свободно ниспадало фалдами и оканчивалось коротким шлейфом. Лиф с четырехугольным вырезом и рукава до линии локтя Хейли расшила тончайшим ажурным кружевом, найденным на чердаке среди нарядов покойной графини Айрис. Мои волосы скрепила сзади, завитые концы выпустила в виде двух крупных локонов на плечи. Сегодня, когда увидела себя в зеркале, не сразу поверила, что это действительно я. Довершал фееричный образ драгоценный браслет, который Алесс, шутя, назвал альяри. Хейли кивнула на серебряное украшение.