Синеусов Владимир - Тень Города
— Присаживайтесь, господа, да поудобнее. А вы, Владимир, ещё и держитесь за кресло! — генерал улыбнулся.
— Александр Петрович, можно я первым задам вопрос своему тёзке — предсказателю?
— Ваше дело!
— Владимир, сможем ли мы с генералом обыграть Чёрного Короля?
— И да и нет, Владимир Александрович! — ответил предсказатель, — он раскусит ваши уловки, но вы выведете его и его хозяев на чистую воду… А Иллюзии им не суждено увидеть. Боже! Зачем вы привели такого, товарищ генерал! — тёзка-предсказатель вскочил с кресла и выбежал из малого зала, хлопнув дверью.
— Спокойствие! Всем оставаться на местах. Ну, нервы мужика подвели. И ничего больше! — Александр Петрович произнёс последние слова с такой интонацией, чтобы все поняли всё, но тут же забыли, переключившись на суть дела, — Андрей, попробуй выудить из его мозга способ переброски объектов через подпространство — ни больше, ни меньше, к нам пожаловала живая Катапульта!
— Извините, товарищ генерал, это не в его мозгу, в его душе… Туда я не проникну, даже обратившись в энергию.
— Товарищ генерал! — Василий — телепат и телекинетик по совместительству взял слово — это не разум, это — не из нашего мира! Это дар, Её дар, мы все понимаем, о чём я. Предлагаю оставить вашего приемника в покое!
— Ох, Вася! — Александр Петрович обиженно взглянул на него, — понимаю, ты читаешь мои мысли, но озвучивать-то их какой хрен тебя просил? Ладно, палите свой дюраль и заставляйте кирпичи летать, на этом заседание закрыто! Пойдём, Владимир!
Владимир и генерал молчали, пока не сели в машину.
— Поехали, Тань! — «модель» завела двигатель и быстро выехала за территорию «школы».
— Хочу сказать тебе, Володя, что все твои опасения напрасны.
— В смысле, Александр, мы вроде договорились без формальностей наедине, или «модель» считается? — Владимир был удивлён.
— В прямом. Василий верен мне. И светит мозги всех своих подопечных. Так же как мои и твои. Так что — инфаркт Путина и ядерный взрыв на складах американской армии в ближайшем будущем не намечаются. И дамбу Нью-Орлеана наши «ментальщики» не ломали. Если хочешь, — мы с Василием имели хорошую и долгую телепатическую беседу. И после этой беседы я серьёзно задумался, стоит ли тебе с Аней ваши отношения, скажем так, углублять…
— Извиняюсь, а ваше…
— Твоё! — генерал жёстко поправил Владимира.
— Твоего ли это ума дело, Император?
— По праву Императора — всё, что здесь происходит — моё дело, — генерал горько улыбнулся, — но, пожалуй, ты прав… Её выбор и твой выбор. Рекомендую, только, немного поколоть Аню.
— У неё есть свои скелеты в шкафу? Да… о моих она знает всё…
— Ну… Не скелеты… Но, что-то вроде ожившей мумии в шкафчике припрятано! — Александр Петрович улыбнулся, — хорошо, если она всё расскажет тебе сама. Значит — действительно любит, а не хватается за соломинку.
— Спасибо за совет, но… Почему предсказатель так сразу «вышел из строя»? Вы хорошо прошерстили мои мистические заморочки, а об интересе к Древнеегипетскому Тайному Знанию я сказал вам сам, — Владимир пожал плечами, — египетская культура от начала до конца строилась на подготовке человека к Вечности. Египтяне не боялись Смерти, считая Её изначальной Истиной и Вечностью, я думал, что ментальщики, сторонники различных мистико-религиозных концепций, имея «под каждой крышей» своих крокодилов, отнесутся и к моим, как к должному, а потом, не предсказателю, знающему свой день, даже час, бояться Смерти?
— Хе-х! Нас в Иллюзии за двенадцать тысяч, и ни одного материалиста вы здесь не найдёте, — Васильев тихо засмеялся.
— Это я давно понял, — Владимир не остался в долгу.
— Иллюзия — это одновременно — земной рай и земной ад, для кого-то всё вместе, для кого-то — чистилище. Но, понимаешь, Володь — земной, пусть даже рай! — Фараон выделил слово «земной» и пристально посмотрел Владимиру в глаза.
— Александр, не люблю эзотериков, но эти ребята, пользуясь эзотерической терминологией, имеют дело именно с «тонкой» материей и энергией. В чём же вопрос?
— А вопрос такой же, как у Гамлета — «быть или не быть?»
— Я думал, к суициду склонны только физики, — Владимир хмыкнул.
— Ты не понял, — Васильев хитро прищурился, — они не боятся смерти. Как Гамлет не боялся Вечного Ничто, он боялся Чего-то, что будет После. Вот и они, зная, что с отмиранием коры мозга, существование сознания не прекращается, боятся того, что После. А Василий просмотрел твою память, как и мысли тёзки — предсказателя. Ты слишком дружен с Царицей этого самого После, я и не подозревал, насколько, несколько недооценив результативность, скажем так, — генерал улыбнулся, — твоего проникновения в культуру древних. А их это и испугало — всех до одного. Ладно, проехали. «Ментальщикам» только на пользу знать, что в Иллюзии есть тот, кто многократно сильнее их, хотя и не умеет сознательно использовать свою силу. Из тебя получится отличный Император Иллюзии!
— Тьфу, тьфу, тьфу, и по репе постучите, тебе, Александр, ещё жить и жить, — Владимиру не понравился поворот разговора.
— Да — чуток за полтинник, до семидесяти протяну точно. Мой предшественник вовсе помер в восемьдесят три, — медицина здесь — сам понимаешь, а среди ментальщиков есть и великолепные целители, но, в тактическом и стратегическом плане, интереса для тебя они не представляют. Я показал тебе только живое и мыслящее оружие. Но всё равно, приемника готовят заранее.
— Хорошо, что в машине сижу, а то бы упал! — пошутил Владимир, — который раз за сегодня назвал меня приемником? Самому не вспомнить. Я ещё не совсем готов к такому повороту событий. Сначала бы Чёрного Короля разработать…
— Кстати о нём — ваш близнец — модель уже на сто двенадцатой базе. Боюсь, спать тебе сегодня не придётся. Вот две конвалюты — пятнадцать синих и три красных, в другой — белые таблетки — снотворное — часа на три вырубает, но сон чуткий, «Лунная соната» разбудит. Синие дают возможность не спать сутки без трясучки и последствий для здоровья. Красные — трое суток. Но снотворное перебивает их действие, так что и отдыхать сможешь, и на связи с двойником быть днём и ночью, хотя тут и чёрт ногу сломит, когда ночь, когда день. Нужны или электронные часы или, как у капитана Немо — с циферблатом на двадцать четыре часа, Васильев хихикнул.
— Господи, не хватало мне ещё первинтин жрать! — Владимир поморщился, — я и от фенамина авиационного в себя неделю приходил, было дело.
— Да что ты, Володь, — генерал махнул рукой, — «винт» остался во Второй Мировой, когда им кормили немецкие диверсионные отряды в английских лесах и русской тайге. Это мягкие и безопасные стимуляторы. Не наркотические, причём, от твоих транков и анальгетиков с кодеином вреда больше! — генерал вручил Владимиру пару пластин с таблетками. «Модель» подвезла их к самому «Хилтону», припарковавшись на гостиничной стоянке. Все трое вышли, секретаторша вручила Владимиру брелок, и, тут же, он запер машину, поставив на сигнализацию, нажатием кнопку,