Николай Шпыркович - Злачное место

— Все-все, — успокаивающе прогудел Кусок. — Тихо, тихо. Мы всех победили, кого не убили — тот ушел. Молоток! Лихо ты его прострочил.

Артем ошалело переводил взгляд то на Куска, то на Крысолова. В ноздрях стоял запах сгоревшего пороха, а в ушах звенело, так что слова доносились как будто из под воды. Он потряс головой, сглотнул — стало как-то полегче. И одновременно — стыдно до горячего жара в щеках. Боец, блин, "на секача ходил", "крестовых стрелял"! Чуть всю группу не угробил, лоханулся — по самое не могу. Будто отвечая ему. Крысолов успокаивающе сказал:

— Все нормально, даже, для первого контакта — супер. Тем более- морфа завалить — это не зомбака ножиком упокоить, да, Банан?

— Нет Банана, командир, — тихо сказал Старый. — пропал.

— Как…пропал, где?!

Крысолов, совершенно забыв о страховке, метнулся за угол, из — за которого они вышли прямо под атаку морфов, — в пустом проулке не было ни одной души- ни живой, ни мертвой.

— С-сука, тварь дохлая, как же она его… Сикока, смотри, что- нибудь хоть!!! Завел, блин, парня…

Старый молниеносно — Артем и не ожидал от него такой скорости — подскочил к Крысолову и сгреб его за одежду на груди.

— Командир, не истери! — жестко сказал Старый. — Банану уже не поможешь, сам знаешь, а нам только не хватало, очертя голову куда нибудь побежать, и еще раз нарваться. Это операция, на нее все добровольно шли, давай разбираться с тем, что есть. И не бегай тут, как вошь под керосином — следы затопчешь.

Крысолов как-то сгорбился, потом встряхнул плечами, и устало сказал, потерев, виски ладонями:

— Спасибо… Ладно, чего там, Сикока?

— Я думаю, сверху взяли. Следов мало. Банан, даже выстрелить не успел, и…вот — Сикока распрямился, и протянул Крысолову один из метательных ножей Банана. — выронил наверное.

— И куда она его? — мрачно спросил Кусок.

— Да не пойму, что-то — честно признался Сикока. — Вот здесь она его схватила, сзади… крови нет, правда, но вот пятками он скользанул. — От усердия он стал на колени, и чуть ли не принюхивался к земле. Наверное поэтому и не заметил того, что бросилось в глаза Артему.

— А туда — могла утащить? — спросил Артем, и указал рукой на край переулка, где в тонкой ухмылке щерился край канализационного отверстия, почти полностью прикрытого люком. Возле люка были заметны следы, будто что-то к нему подтаскивали.

Одобрительно хмыкнув, Сикока поднялся колен.

Кусок, в свою очередь, бросился к люку. Но пришедший уже в себя Крысолов, схватил его за руку.

— Старый прав. Если что — Банану уже не помочь. А соваться так — нехрен. Там — е е территория.

— И еще одно: о н а нас ведет. Не мы ее выслеживаем, — а она на нас охотится. Она нам подставила этого зомбака, потом вывела нас под этих морфов — а сама взяла Банана. Кстати, я не уверен, что и люк этот она просто забыла прикрыть. Больно уж хитрая, тварь, не похоже на простую забывчивость. Сдается мне, что она именно ждет — когда мы за ней туда полезем. Кстати, кто, когда слышал про морфов, умеющих прикрывать канализационные люки?

— Команда молчала.

— Давай карту коммуникаций командир, — сказал Старый, и Крысолов, кивнув, достал из рюкзака пачку исчерченных листов. Склонившись над ней они принялись разбираться в хитросплетениях схемы.

— Так, вот этот люк… а где еще вход?

— Здесь, за цехом упаковки.

— Вот оттуда мы и пойдем — решил Крысолов. Бегом туда.

— Стой. Надо глянуть на этих морфов — может, чего полезного узнаем.

Первым перевернули того самого морфа, которого завалил Артем. Судя по грязному комбинезону, это тоже был рабочий, пропавший среди прочих.

— Стандарт. — сказал Старый, осмотрев тело. — Дополнительные шейные позвонки, обратный коленный сустав, монолитная челюсть. Килограмм двадцать человечины ужрал. Кстати — вот укус — он указал пальцем на плечо морфа, где отчетливо виднелись два полукруга глубоких рваных ран. — Тем не менее — опаснейшая тварюга — подчеркнул он специально для Артема, видя, что тот несколько приуныл, от того факта, что завалил всего лишь "стандартного" морфа.

— И опять она его не жрала — тихо сказал Крысолов. — Думаешь, случайно череп не тронула, а за плечо кусанула?

— Ладно, давай других посмотрим…

Они перешли к неподвижным телам трех других туш, лежавших там, где пули команды окончательно выбили из них жизнь-нежизнь.

— А вот это уже интереснее, — протянул Старый, присев на корточки возле первого, одетого в дешевый камуфляж, который рвался на нем из-за бугрящихся на плечах мышц. лежавшего на спине. В животе морфа зияла дыра размером этак с небольшую тыкву, как решил про себя Артем.

Старый тем временем, достал нож, и взрезал сначала рваную куртку, а затем, воткнув нож в правое подреберье, развернул брюшную полость.

— Прямо, как при холецистэктомии — буркнул он опять какую-то тарабарщину, но судя по тому, как недоуменно переглянулись Кусок и Сикока, и для них данное слово, было непонятным, так что Артем решился спросить у Старого, не слишком рискуя выглядеть отсталым дураком:

— А что это: "холецитамия"?

— Удаление желчного пузыря, — проронил Старый, сосредоточенно ковыряясь в животе морфа. — Есть у человека такой пузырь под печенью, иногда он воспаляется, тогда надо оперировать, пузырь удалять. Только ему это не грозит. — кивнул он на морфа. — Пузырь ему уже удалили. Вместе с печенью.

— Выжрала? — угрюмо спросил Крысолов

— Ага, чистенько так. Ну-ка… — он разрезал куртку на груди, затем воткнул нож под ключицу справа и с усилием протянул его двумя руками вниз, разрезая ребра, а потом повторил эту же процедуру слева. Обмотав левую руку отхваченным куском одежды морфа, он вцепился ей в образовавшийся выкроенный лоскут, а правой подсек ткани под грудиной. Потянув лоскут вверх, он приподнял его и заглянул внутрь грудной клетки.

— Так я и думал, — произнес он, отпустив взрезанные ребра, — сердца тоже нет. Она жрет только печень и сердце. А потом выкармливает из обыкновенных получившихся зомби морфов. Мышцы у них — не трогает, ей нужно, чтобы эти морфы были работоспособными. Они, типа, ее гвардии.

— А сердце и печень то ей зачем?

… а зачем вообще зомби едят живых? Кто-нибудь, когда-нибудь задумывался над этим? Не, ну зомби — оне злые. Положено им нападать на людей. Зачем? Ну…. Злые и все. Когда из, в общем-то, неуклюжих мертвяков начали получаться ловкие и сильные морфы — человечество в очередной раз впало в ошибку, многократно описанную в юриспруденции, ну и медикам она тоже известна…, а впрочем, любой, кто работал хоть раз руками или головой, что-то делая, исправляя или разбираясь, с ней знаком. "После того, как — не значит, что вследствие того" — на латинском оно красивше. "Вот съел апельсин, доктор — и сразу после этого сердце заболело". "Вот Вася на меня в машине поругался, она и не завелась у него в следующий раз".Раз едят людей, а потом морфируют — для этого и едят — как-то само собой укоренилось подобное мнение у большинства, переживших Эту Херню. Уцелевшие биохимики, впрочем, быстро все разложили по полкам, однако, кому когда была интересна биохимия?