Александр Розов - Одиссея креативной королевы

- Не очень плохо? – переспросил лейтенант Антрим.

Лйалл Тью утвердительно кивнул.

- Да. Это максимум, на что он может рассчитывать. Я же говорю: их не любят тут.

- К Омару относятся нормально, - сказала Энола, - он не нарушает правил. Еще в мае прошлого года я объяснила ему, как устроена Лантонская хартия, и Tiki. Он понял, и избегал раздражать нези фокусами вроде шариата, назовем это так.         

- Вы изучили меганезийские обычаи еще до приезда сюда? – спросила королева.

- Да. Это было несложно. Обычаи нези придуманы интегрально, поэтому логичны.

- Придуманы интегрально? Что это значит?

- Ваше величество, я вряд ли смогу объяснить, что это значит. Я же математик, а не социолог. Но я попробую. Обычаи, это, как правило, результат кучи всяких событий, происходивших в разные времена, хаотически наслоившихся, и сшитых, как попало. Другое дело – здесь.

- Мисс Грей, вы говорите о различии псевдо-мифов Tiki и исторических мифов?

- Да! Чудесно, что вы меня так сразу поняли!

- Энола, - мягко вмешался экс-профессор Фицбрюс, – ты сейчас увлечешься так, что забудешь договорить про мистера Зурарра.

- О, дьявол! Да, конечно! Спасибо Лесли. Я хотела сказать: Ваше величество, мы все следим за темой вокруг Ложи. А Омар Зурарра многое знает об этом.

- И он готов поделиться своими знаниями? - спросила королева.

- Да, Ваше величество. Он сам сказал мне об этом.

…

*26. Тайные общества становятся явными.

14 апреля, утро. Горные джунгли Санта-Изабелла и вокруг.

…Когда королева улетала на экскурсию с Аладдин Надир и Омаром Зурарра, все три лейтенанта, конечно, поворчали, но совсем немного. Почему-то Аладдин мгновенно вызвала у них доверие – хотя, они были едва знакомы. Так лейтенанты остались на берегу в Буала-Сеттл «разнюхивать», а Боудис отправилась на маленьком автожире, с бахрейнцем в качестве спутника-туриста, и девушкой-панком в качестве пилота-гида. Аладдин сомневалась, что королева нормально переносит специфический транспорт, каковым является автожир, поэтому их первый перелет длился менее десяти минут (дистанция – около десяти миль). Место приземления оказалось фантастическим и потрясающим. Кстати - впервые за две недели круиза Боудис не видела моря. Вокруг вздымались вершины, поросшие многовековым лесом, а в довольно узкой долине, на озере, или разливе горной реки, находилась деревня - тоже многовековая. Подобные хижины на деревянных сваях, с легким деревянным каркасом, и стенами и кровлей из пальмовых листьев, здешние аборигены строили с незапамятных времен. С площадки около ручья, чуть в стороне и выше по склону, можно было наблюдать первобытную жизнь, которая, от восхода до заката, проходит в основном под открытым небом…   

…Королева, по примеру спутников, расположилась на плоском камне у самого ручья, поглядела на деревню, и негромко сказала:

- Есть места, где время будто остановилось.

- Есть, но не здесь, - ответила Аладдин, прикурив тонкую сигару-самокрутку, - здесь, можно сказать, время дернулось не в лучшую сторону, а теперь вернулось, но уже не совсем туда, откуда дернулось. Короче, тут первобытность немного синтетическая.

- Вернулось? Синтетическая? - переспросила королева, - Вы о культуроциде?

- О культурной революции Tiki-foa, - поправила креолка, - культцуроцид, это только зачистка этического поля и, кстати, это не значит сжечь все церкви вместе с семьями священников. Такой метод применялся на островах, где миссионеры были сегментом правящего клана колониалистов. Но не тут. Видите здание с крестом на крыше? Это воскресная школа миссионеров из Австралии. Я с ними подружилась, когда была тут констеблем год назад. Можно зайти к ним на чашку чая, если вы не возражаете.

- Аладдин, а вы уверены, что это будет уместно?

- Конечно, Боудис, я уверена! Милтоны любят принимать гостей, с которыми можно обсудить новости, происходящие в большом мире.

- Что ж, для людей, живущих в такой деревне это вполне естественно… - произнесла королева и повернулась к бахрейнцу, - …А что скажете вы, Омар?

- Милтоны приятные люди, - ответил он, - и не важно, что у нас разные религии.

- В таком случае… - королева улыбнулась, - …Я согласна.

- Классно! - Аладдин тоже улыбнулась, - Тогда я первой пройдусь до их дома, чтобы   предупредить. Надо дать Саре Милтон некоторое время, чтобы подготовиться, но не слишком много, а то она перетрудится, создавая торжественный завтрак. Один час, я думаю, будет как раз впору. Через час я вернусь за вами.

- Весьма предусмотрительно, - одобрила Боудис.

- Ага. Я предусмотрительная девушка. Еще, я тактичная. Вам с Омаром имеет смысл обсудить что-то без лишних ушей и микрофонов. Так вот: час я вам обещаю.

Аладдин Надир помахала ладонью, потом развернулась и энергично зашагала вниз по склону, к деревне. А через минуту ее увидели дети, которые голышом бултыхались у берега в речной заводи. Они с веселым визгом выскочили из воды и метнулись к ней, кажется, наперегонки. Первые трое успели запрыгнуть к ней на шею и на плечи, где повисли, будто коалы на эвкалипте.      

- Что ж, - произнесла королева, - кажется, мисс Надир здесь популярна. 

- Верно, - отозвался Омар Зурарра, и после паузы добавил, - она сделала так, чтобы можно было передать некоторую информацию, предназначенную только для вас. 

- Я внимательно слушаю, Омар.

- Есть нечто, - сказал он, - касающееся Ложи и дела о наследстве Кестенвэл. У меня остались надежные тайные друзья в Лондоне, поэтому я узнаю о некоторых вещах. Например, я знаю, почему сегодня глава Форин-офиса подал в отставку. Вы на него надавили. А он был человеком Ложи в правительстве. 

- Омар, если вы хотели показать свою информированность, то вам это удалось.

- Да, Боудис. Я должен был показать, что я говорю не просто так. А теперь о деле. Я расскажу, почему Ложа не согласна допустить, чтобы мисс Кестенвел унаследовала баронство Шеппи с титулом пэра Англии. Они уже продали это одному человеку.   

- Кому?

- Шахзар-Имрану Мусаффару, шейху тариката Табрисийа.   

- Что!? - произнесла королева, мельком знавшая этого наследственного миллиардера, родившегося в Лондоне, а этнически происходящего из Гуджарата.   

Омар Зурарра повторил имя и титул «претендента», после чего добавил:

- Я бы не стал так удивляться. Ведь в 1947-м шейху Кариму Ага-Хану в Англии был присвоен титул принца, а в 1998-м пакистанцу Назиру Ахмеду – титул лорда-пэра.

- Что ж, - с невеселой иронией отреагировала Болудис, - я теперь не буду удивляться,  наверное, даже визгу муэдзина с верхушки Тауэра… Гм… Я не хотела вас обидеть.