Георг Смит - ДИКИЙ ВОЛК(Сборник НФ)

Перед самым приземлением Джим отозвал Гарна и Адока в сторону.

— Я хочу, чтобы полк пока оставался на корабле. Вам пока не надо возвращаться в казармы и посылать рапорт о прибытии. Подождите…

— Это против правил, — задумчиво сказал Гарн. — Скажите, это приказ?

— Приказ!

— В таком случае его выполнению могут воспрепятствовать только личные приказы Императора. Но после того, что случилось на Атиле: я не думаю, что данный приказ противоречит желаниям Императора.

— Поверьте мне, Гарн. Я забочусь только о благополучии Императора. Оставайтесь на корабле.

— Сэр! — спросил, кивнув, Старкиен. — Вы возвращаетесь к себе?

— Да. Со мной пойдет Адок, — и он дотронулся до руки Старкиена.

В его квартире никого не было. Джим немедленно отправился к Ро.

Девушка была у себя — она возилась с приемышами. Увидев землянина, Высокородная отбросила инструменты и вскочила.

— Джим! — вскрикнула она. — О, Джим!

Он прижал ее к себе, но только на мгновение.

— Прости, — нежно сказал Джим, — но нам надо спешить.

— О, ты уже в форме Старкиена, — заметила Ро. — Какой ты в ней большой! Скажи, эти ленты еще заряжены?

— Да.

— Да? — она рассмеялась. — Сокруши эту стену! — Она внезапно замолчала. — Нет! Нет! Что я такое говорю? — она виновато взглянула на него. — Что случилось, Джим? Ты испуган?

— Нет, но… Скажи мне, Ро, что в Тронном Мире голубого цвета?

— Голубого? Ты имеешь в виду голубой цвет? — переспросила она.

— Да.

— Но… мы обычно носим белые одежды. Ты это знаешь. Не думаю, что в Тронном Мире ты найдешь сейчас что-нибудь голубое, за исключением разве сувениров из других миров.

— Подумай. Постарайся вспомнить.

— Но ведь действительно ничего… О! Может быть, ты хочешь, — прервала она себя, — чтобы я перечислила обычные вещи. У нас голубое небо, голубая вода… и, — она улыбнулась — есть у нас еще Голубой Зверь Императора, если уж тебе все хочется знать.

— Голубой Зверь?

Голос Джима так изменился, что Ро побледнела.

— Ну, да, — испуганно сказала она. — Это ничего ни значит. Это была его игрушка. Потом ему стали сниться кошмары и ее спрятали. Я не знаю, кто ее спрятал и куда, и думаю, что сейчас этого уже никто не знает. Потом его стал раздражать голубой цвет. Где бы ни был Император — теперь он никогда не увидит ничего голубого. Это важно?

— Мне нужен Вотан. Как его найти?

— Джим, что случилось? — девушка по-настоящему испугалась. — Вотан с Императором, и ты не можешь туда пройти. О, я знаю, что тебе это удалось один раз… Но не сейчас! В особенности сейчас!

— Почему в особенности? — спросил Джим.

— Не надо… — неуверенно сказала девушка.

Землянин успокоился.

— Ну хорошо. А теперь объясни — почему именно сейчас?

— Просто сейчас начались эти неприятности в Колониальных Мирах, — сказала Ро. — Вотан все время посылает Старкиенов на помощь губернаторам низших рас, и сейчас в Тронном Мире мало солдат. У него нет ни одной свободной минуты.

Внезапно она замолчала.

— Джим, в чем дело?

Он не расслышал ее. Он смотрел в прозрачное море, омывавшее песчаный берег. И здесь тоже песчаный берег и океан? И эта мысль вернула его к действительности.

— Мне нужен Оловиель, — Джим пристально посмотрел на нее. — Потом мы вчетвером — ты, я, Адок и Оловиель — должны найти Вотана во что бы то ни стало, с Императором он или нет.

— Ты сошел с ума, Джим! — Ты не можешь пойти к Императору в энергетических лентах, ни один человек не имеет права носить при Императоре больше одной трубки. Его Старкиены убьют тебя в ту же минуту чисто инстинктивно. Если ты решил так рисковать, так хоть сними ленты. И ты тоже, Адок.

И девушка принялась стаскивать энергетические ленты с Джима. Ро несомненно была права и он стал помогать ей. Через минуту Джим остался без оружия, не считая черной трубки, висевшей на поясе. Оглянувшись, он увидел, что Адок уже снял свои ленты.

— А сейчас к Оловиелю. Ты должна его найти. Девушка прикоснулась к его руке и они переместились.

— Оловиель! — крикнул Джим. Никто не ответил.

— Его здесь нет, — сказала Ро. — И нет смысла искать его по всему Тронному Миру. Так мы никогда его не найдем. Думаю, что самое лучшее — подождать его здесь.

— Подождать? — спросил Джим. — Ждать — нет это недоступная для нас роскошь. Может быть…

Он замолчал, потому что перед ним возник Оловиель.

— Здравствуй! Ты первый вернулся домой с победой. Я слышал, что твой корабль приземлился, но тебя не было дома. В комнате Ро лежала целая куча энергетических лент. Вот я и вернулся, надеясь, что есть от вас известие, а вы сами здесь.

Он улыбнулся и вежливо пригласил Ро и Джима сесть. На Адока он не обратил ни малейшего внимания.

— Хотите выпить? Поесть? Могу вам предложить…

— Ничего! — перервал его Джим. — Скажите мне, Оловиель, вы верны своему Императору?

Оловиель удивленно поднял брови.

— Мой дорогой Дикий Волк, — протянул он, — ВСЕ Высокородные верны своему Императору.

— Есть верность и ВЕРНОСТЬ, — резко сказал Джим. — Я не спросил тебя, лоялен ли ты формально. Я тебя спросил, верен ли ты, как например, Старкиен?

Высокородный насторожился.

— Что ты имеешь в виду? — спросил он. Маска безразличия исчезла.

— Ты мне не ответил.

— А стоит ли отвечать?… В конце концов, я Высокородный, а ты — всего лишь бывший Дикий Волк, существо низшей расы, и я… да я отвечу! Я верен, Джим!

Голос его внезапно стал жестоким.

— А сейчас говори, в чем дело? Мне нужен прямой и быстрый ответ.

— Мой полк Старкиенов на Атиле, — сказал Джим, — пытались заманить в ловушку. Там была антиматерия!

— Антиматерия? — лицо Оловиеля на секунду от изумления как бы затвердело, потом он быстро расслабил мускулы. Он поверил в невероятное утверждение и теперь анализировал причины и следствия. Через несколько минут Высокородный посмотрел на Джима.

— Да, ты прав. Нам надо повидать Вотана.

— Именно это я и собирался сделать. Я ждал только тебя, Пойдем с нами.

— С нами? — Оловиель взглянул на Адока. — Мы пойдем вдвоем. Этого вполне достаточно.

— Мне нужен Адок как свидетель. Ро тоже пойдет с нами. Так безопаснее.

— Разве? А, да… я понимаю. Ты хочешь сказать, что ее могут взять как заложницу и использовать против нас. Хорошо, Старкиен!

Оловиель подозвал Адока и они переместились.

Переместились в зал со сценой. Светло-зеленые стены вздымались ввысь. В центре зала на полу был установлен странный вращающийся конус, создававший переливающуюся радугу. На потолке сияли все цвета радуги, кроме голубого. Император полусидел, полулежал на подушке, наслаждаясь игрой красок,