Витус Вагнер - Дети пространства

На перекрестках то тут, то там возникали импровизированные танцплощадки.

Причем на каждом перекрестке играли какие-то свои танцы. Где-то вальсы и танго, где-то самбу.

На одном из перекрестков Лада и Карл задержались в толпе зрителей, наблюдая за тем, как команда из нескольких моряков и портовых рабочих весьма профессионально танцует брейк.

Вдруг Карла кто-то окликнул по имени. Он обернулся и увидел девочку-парамедика из Порт-Шамбалы, которая после каждой смены на «Сюркуфе» старательно контролировала здоровье всех там работавших.

— Рина? — удивился Карл. — Что ты здесь делаешь?

— Поступаю в Медакадемию, — ответила она. — А ты сюда со своим кораблем зашел? Здорово. Хоть один старый знакомый на всю планету.

Рина моментально познакомилась с Ладой и вызвала у той те покровительственные чувства, которые старший подмастерье или младшекурсник всегда вызывает у недавнего выпускника старшей школы. Впрочем, сами подмастерья так же реагируют на старшеклассников.

Ещё немного, и она уже тащила обоих космонавтов куда-то, где по её словам «сегодня всех мороженным за так кормят».

Действительно, это было что-то, похожее на летнее кафе. Вернее, само кафе тут было по случаю Калябры закрыто, но на улицу выкачена тележка-холодильник, из которой пожилой грузный мужчина, возможно, сам хозяин, раздавал эскимо.

Вокруг нескольких сдвинутых столиков расселась молодежная компания, состоявшая примерно поровну из студентов-старшекурсников с эмблемами медицинской академии на белых нарукавных повязках, и систедеров в их чисто символической одежде.

Рина подтащила своих новых приятелей к тележке.

— Слушай, кнопка, — попытался возмутиться мороженщик. — Ты сегодня здесь уже была. Ты точно не простудишься? Парень, — обратился он к Карлу. — ты, что ли, проследи за её состоянием здоровья.

— Нда… — медленно произнес в пространство Карл. — Когда четыре месяца назад я учился вакуумным работам, это она моё состояние здоровья контролировала.

— Послушай, парень, ты как-то не похож на свежего выпускника космоходки, — сказал мороженщик. — Тебе на вид уж явно не меньше двух десятков лет.

Карл уже привык к тому, что с первого взгляда его не воспринимают как новичка в текущей специальности.

— Я на бортмеханика недавно переучивался. А до этого был инженером-судостроителем, — пояснил он.

— И это где же при обучении вакуумным работам контролировать курсантов подмастерье сажают? — влезла в разговор девушка вполне взрослого по спейсианским понятиям вида, с эмблемой в виде красной чаши, обвитой змеей, на рукаве.

— Под Солнцем, в Порт-Шамбала.

— Офигеть! Что, хотя бы студентов-медиков найти не могли?

— Не могли, — ответил Карл. Порт-Шамбала — маленькая военная база. Нет там студентов-медиков. Рина вон сюда поступать прилетела. А когда вся эскадра где-то в походе, там в госпитале персонала в обрез остается.

— Ну если так, — подвел итог мороженщик. — Имеешь право на дополнительную порцию.

Запасшись мороженым, наши герои переместились за столик где сидели студенты. Вроде как уже и познакомились.

Карл разговорился с парочкой систедеров. Ему было очень интересно, что это за странные люди такие, которых все в Лерне воспринимают как должное. Все до сих пор ему встречавшиеся спейсиане, окажись они вдруг на улицах Вены летом, вряд ли бы выделялись в толпе. Одежда была в рамках европейских приличий. А вот систедеры в городе почему-то одевались так, как не на всяком пляже прилично.

Систедеров звали Ниссе и Оссэ. Ниссе, как и полагается носителю такого имени, был высоким светловолосым парнем, правда, загоревшим почти дочерна. Его обнаженный торс демонстрировал хорошо развитую мускулатуру, но не подчеркнуто бугристые мышцы бодибилдера или тяжеловеса, а гармоничную мускулатуру пловца.

Оссэ рядом с ним смотрелась миниатюрной. Но это только рядом с ним. Рядом с Карлом она бы уже такой не показалась. Она была почти такого же роста, что и он. Определить ее расовый тип он затруднился. Что-то европейское, что-то восточное, какие-то черты — словно сошедшие с картин Гогена. Впрочем, в наше время и на Земле-то не каждый может назвать расы своих предков. А в колониях процесс смешения был явно интенсивнее.

Выяснилось, что систедом на Бете называется плавучая платформа в открытом море, обычно при китовой или рыбной ферме. Люди, которые там живут, постоянно то ныряют в воду, то вылезают на платформу или какую-нибудь лодку, то заплескиваются волной. В тропическом климате в таких условиях плавки — наиболее удобная форма одежды.

— А почему вы живете на этих платформах? Ведь, насколько я знаю, здесь на суше полно места.

— А почему ты живешь в титановой трубе? Тебе нравится каждые два месяца выходить под новую звезду и видеть новое небо. А нам нравится, когда кругом волны до горизонта и киты поют.

— Только не в титановой трубе, а в кевларовом мешке, — поправила Лада. — Мы с трампа-тысячетонника. Это гораздо интереснее, чем здоровые пакетботы, ходящие всю жизнь по одному маршруту.

— Вы в первый раз у нас на планете? — вдруг сменила тему Оссэ.

— Карл — в первый, я — второй, — ответила Лада. — правда, в прошлый раз я ещё юнгой была.

— О, Ниссэ, а давай ребятам город покажем, — предложила систедерка. — это гораздо интереснее, чем просто без цели по нему слоняться.

— А можно мне с вами? — влезла Ринка.

— Легко.

— Ринка, у тебя водяной пистолет есть? — поинтересовалась Лада.

— Не, мне не положено, я медик, — ответила та. — У меня — вот.

И извлекла из-под халата огромный, миллилитров на 200, шприц.

У Ниссе и Оссэ она спрашивать не стала, хотя Карл несколько подозрительно окинул систедеров взглядом. По его мнению, одежды на них было настолько мало, что спрятать в ней водяной пистолет или ещё какую брызгалку было совершенно невозможно.

— До пика прилива еще пять часов. — сказал Ниссе. — пойдем пока посмотрим центр города. А прилив лучше встречать в Дельте. Все доели? Ну встали и пошли.

Хотя город Лерна и небольшой, бродить по нему можно довольно долго. В самых неожиданных местах вдруг посреди самых обычных коттеджей и таунхаузов открывается обширная площадь, часто с фонтанами, на которой возвышаются какие-то интересные общественные здания.

— Это музей истории Колонии, — объяснял Ниссе. — но давайте мы туда не пойдем. Во-первых, он совершенно тенденциозный. Про нас и шельферов там почти ничего нет. Можно подумать, что вся Колония, это исключительно суша. Конечно, он сегодня бесплатный, как и все остальные, потому что Калябра, но не настолько там дорого, чтобы стоило на этом экономить с такой высокооплачиваемой профессией, как космонавт. А некоторых бедных студентов туда всё равно по ходу курса истории сводят.