Степан Вартанов - Путь в тысячу ли (цикл)

Далее все происходило по тому же самому сценарию, по которому в свое время развивался поединок между петухом и Гиком, с той лишь разницей, что лазера у медведя не было отстреливаться, да и Боб не особенно рвался приходить на помощь проигравшей стороне. Тридцать секунд звона бьющегося стекла, треска дерева и рева, от которого звенело в ушах даже у сидящих на крыше зрителей, и медведь покинул сарай, пройдя прямо сквозь стену. Его было не узнать. Куда делась пушистая бурая шерсть? Окрашенное масляной краской в красный, желтый, синий и зеленый цвета, чудовище решительно ни на что не походило; будучи медведем по габаритам, оно визжало, как поросенок на кактусе, и оно было очень, очень, очень напугано.

Новоявленное чудо природы пулей пронеслось по участку, как-то очень по-заячьи занося задние ноги, и скрылось в кустах, только чтобы столкнуться там с Люком. Реакцию андроида несложно было предсказать. Шокер. По носу. С крыши было хорошо видно, как кусты с треском расступились и оттуда – СТРОГО ВВЕРХ – вылетел медведь, выгнув спину и пронзительно шипя, как делают иногда кошки, случайно наступив на мышь.

– Вы знаете, – задумчиво произнес Люк, наблюдая, как колышутся кусты вдоль пути следования беглеца, – я, пожалуй, брошу эти медитации. У меня галлюцинации… начинаются, – закончил он после паузы, обводя взглядом разгромленный участок. – А что это вы делаете на крыше?

– Понятно, – сказал он, после того как по поданной им лесенке Боб и Линда спустились вниз и поведали ему вкратце историю визита медведя. – Он просто идиот. Один, без оружия… Или самоубийца. Кстати, а где Джулиан?

Боб и Линда посмотрели друг на друга, охнули и устремились к биоблоку, ставшему за последние десять минут из гладкого гофрированным.

– Джулиан? – позвал Боб. – Ты того… ты жив?

– Жив, – глухо донеслось из гигантской бочки, заполненной полужидким компостом. – Вытащите меня.

В мгновение ока внутрь была спущена лесенка.

– Вылезай.

Молчание.

– Джулиан?

– А… Линда там? – спросил Джулиан.

– Тут.

– Не вылезу.

Наконец-то все шло по плану. Можно было расслабиться. Полицейские закончили подъем машины со дна озера и теперь ждали, пока из салона и двигателя вытечет вода. И там действительно были наркотики. Полный багажник. Палмер улыбнулся, представив себе выражение лица Полковника. «Что за чушь собачья» – так, кажется, он выразился?

Машину грузили на трейлер, и с этим Раби ничего поделать не мог. Хирург выслал им экспресс-почтой еще один чемоданчик, но пересылать тем же способом спецнапалм отказался наотрез. Теперь вместо того, чтобы жечь машину, им предстояло похитить ее и протереть спиртом. Целиком. Тоже не очень сложная задача, если вдуматься. И только потом – сжечь. Раби вздохнул и попытался запахнуть разодранный в клочья пиджак. Он был весь покрыт царапинами, и его здорово мутило после кросса и последующего поиска дороги назад.

В конце двадцатого века, когда электроника стала по-настоящему компактной и дешевой, появились первые минироботы. Даже не роботы – тогда это были еще фотеры, то есть радиоуправляемые манипуляторы. Роботами они стали позже.

Несложно догадаться, что придумали армия и полиция, когда на рынке появились дешевые турбины размером с лесной орех, дешевые телекамеры размером с треть лесного ореха и прочие детали из набора «сделай робота». Сначала создали летающих шпионов. Начав с метрового планера, несущего телекамеру, конструкторы постепенно довели изделие до размера крупного насекомого, а уж отсюда остается всего один шаг до насекомого жалящего. До осы.

В чемоданчике, который лежал сейчас на коленях у Раби, находилось шестьдесят четыре робота класса «оса», и заряжены они были быстродействующим снотворным. Лучшее средство для борьбы с террористами – оператору достаточно задать управляющему роем компьютеру координаты объекта, и все люди в объекте будут усыплены. Затем полиция разберется, кто здесь террорист, а кто – заложник, и все будут счастливы. Если, конечно, ни у кого нет аллергии к снотворному, но это, как говорится, издержки производства. Осы умели атаковать последовательно несколько целей, однако в последнее время эту их способность не использовали – полиция не хотела, чтобы освобожденные от террористов заложники подавали на государство в суд в том, вполне вероятном, случае, когда один из цепочки укушенных был болен каким-нибудь заразным заболеванием.

Сейчас чемоданчиком собирались воспользоваться гангстеры, и полиция, у которой не было ни защитных костюмов, ни роботов прикрытия, не имела ни единого шанса. Вот они погрузили машину на трейлер, вот кавалькада двинулась в путь. По причине теплой погоды стекла всех машин были опущены – идеальная мишень. С вершины холма, на котором сидел Раби, все было видно как на ладони. Гангстер открыл чемоданчик и пробежал пальцами по клавишам. Это будет забавное зрелище.

Затем рядом с ним тормознула машина, и он увидел Фреда. Раби почувствовал, как земля уплывает у него из-под ног.

– Это что?! – голосом обиженного кастрата просипел он, указывая трясущимся пальцем на молочный фургончик.

– Так ведь – «форда» нету! – жалобно сказал Фред. «Форда» и правда не было. На нем Гик снял Линду со скалы, а затем полетел в детский лагерь играть с друзьями.

– …! – Раби не мог поверить своим глазам, ушам и прочим частям тела, единственное, во что он верил твердо, это что Хирург с них три шкуры спустит. Фургончик! Молокопродукты! Гангстер с ненавистью поглядел на изображенную на кузове танцующую корову, сплюнул и махнул рукой.

– Начали!

Палмер и Молли ехали на электромобильчике и, разумеется, отстали. Не то чтобы у них был выбор – одну машину они уже разбили, когда приехали в поселок, и начальство не особенно торопилось выдавать им вторую. Так что приходилось выкручиваться, используя дешевые виды транспорта.

Палмер выжал газ до отказа, и электромобильчик послушно увеличил скорость до сорока километров в час. Сидящая рядом с Палмером Молли вздохнула, а затем утешающе произнесла:

– Все равно свою роль в операции мы уже выполнили. Дальше полиция сможет обойтись без нас.

Палмер не понимал Молли. Он не понимал ее уже второй час, с тех пор как она вернулась домой с прогулки по горам с этим парнем с квадратной челюстью – Нико. Словно подменили девушку.

– Я не люблю электромобили, – сказан Палмер. – Чувствуешь себя ущербным.