Юлия Вознесенская - Поломничество Ланселота

— Ага! Ты не придумал, а я нашла подарок, от которого она будет в восторге. Хочешь взглянуть? Он у меня здесь. — Ну-ка!

Сандра достала из-под подушки и показала ему небольшую коробку в яркой упаковке.

— Кофе. Настоящий бразильский кофе в зернах и к нему механическая кофейная мельница из бабушкиной кухни. Мельницу меня уговорила взять Марта.

— Жить с тобой становится все труднее и труднее, Сандра. — Это почему же?

— Ты делаешь то же, что я, но всегда по чему-то чуточку лучше, а это, знаешь ли, обидно.

Леонардо достал из своей сумки и показал жене банку растворимого кофе, впрочем, тоже бразильского.

На другой день на рассвете супруги Бенси загрузили джип, простились со всеми и покинули Бабушкин Приют.

Примерно с месяц после возвращения Сандры и Леонардо Матушка молчала, но все что-то обдумывала, хмуря тонкие бровки, и в конце концов однажды заявилась в дом Бенси «на огонек» и за чаем объявила:

— Вот что, дорогие мои. Будем детей вашего рыцаря Ланселота сюда перевозить, пускай с нами живут. Тут у нас, под покровом Матушки Богородицы, можно сказать, рай земной, а им там солнышка не хватает, как и всем людям на обезбоженной земле!

Сандра, не говоря ни слова, кинулась обнимать игуменью.

— Сандра, не задуши Матушку! — предостерегла ее Бабушка.

Леонардо подумал немного а потом сказал:

— Конечно, это было бы замечательно — перевезти в Долину всех детей, и нашего Карла, конечно, тоже. Но есть две проблемы.

— Какие проблемы? — нахмурила Матушка тонкие бровки.

— Первая — Ланселот. Он ведь мечтает о том, чтобы его и детей исцелил Антихрист.

— Крещеных детей! — возмутилась матушка. — Как это можно православных детей подвергать исцелению Антихриста? Глупости, не верю я в его исцеления. У нас в Долине Господь Сам облегчит их страдания. А на вашего упрямого друга Ланселота у нас найдется мать Евдокия. Она умеет убеждать, не правда ли, Санечка?

— Что правда, то правда, Матушка! Я думаю, что она с ним справится. — В чем же другая проблема, Леонардо? — Везти детей не на чем.

— Вы же рассказывали, что Ланселот привез их в Бабушкин Приют на автобусе? Разве не так?

— Автобус кое-как дополз до Бабушкино го острова и там сломался окончательно. Такая вот беда, матушка!

— Ну эту беду дядя Леша разведет своими золотыми ручками.

— Ручками… — усмехнулся Леонардо, вспомнив «ручки» дяди Леши — темные, в каменных мозолях, со вздутыми от многолетней работы на холоде суставами и обломанными ногтями с несмываемыми черными каемками.

— Заканчивайте поскорее мельницу, — продолжала Матушка, — и на Рождество поедете с Богом в Бабушкин Приют.

— Я тоже поеду, Матушка? — спросила Сандра.

— А это зачем? — удивилась Матушка. — Чего тебе дома не сидится, путешественница?

— Ну как же! Леонардо будет помогать дяде Леше исправлять автобус, а я буду помогать матери Евдокии вправлять мозги Ланселоту, он же мой старинный друг, Матушка!

— Резонно, — согласилась игуменья. — Ты не возражаешь, Лиза? — обратилась она к Бабушке. — Пускай едут вместе!

— Благословите, Матушка! — Сандра уже горела от радости и нетерпения. — Бог благословит, непоседа.

Обитатели Долины были уверены, что благословения Матушки и смекалки дяди Леши достаточно, чтобы переезд детей состоялся. Мужчины-общинники принялись мастерить кровати для детей-инвалидов и косить сено для набивки матрацев, а женщины начали собирать по домам белье, одеяла и подушки. Напрасно Сандра уверяла их, что если детей удастся вывезти, то все необходимое для них можно будет взять в хранилище Бабушкиного Приюта, никто и слушать об этом не хотел:

— Наше белье и одеяла с подушками здоровее, — отвечали монахини. — Там, может быть, сплошная синтетика, а она в Долине все равно расползется.

Напрасно Сандра уверяла их, что в хранилище Бабушкиного Приюта почти все вещи из натуральных материалов, что ее дедушка терпеть не мог синтетики и даже считал, что православному человеку ее стоит избегать, они продолжали собирать «пожертвования».

Мать Лариса подвела под их действия научную базу:

— Деткам с больной спиной полезно спать на матрацах, туго набитых соломой. Может, такие матрацы в Бабушкином Приюте и найдутся, но можешь ты, Саня, гарантировать, что солома для них росла в таком же благодатном месте, как наше? Этого Сандра гарантировать не могла. — Вот видишь! А у нас и солома — лечит. Ее поддержала мать Наталья, бывший библиотекарь обители, а до монашества — биолог.

— Мать Лариса права, Сандра. Возьмем, к примеру, пух и перья для подушек. Откуда их в миру брали? Их щипали с убитых птиц! Я и в миру на таких жутких подушках спать не могла. А в Долине мы перо и пух для наших подушек набрали по гнездовьям, после того как птенцы выросли и разлетелись.

Когда подходил к концу Рождественский пост, Сандра, Леонардо, мать Евдокия и дядя Леша стали собираться в дорогу, а монахини довязывали теплые свитера и кофточки из козьего пуха, платки и шапки, чтобы дети не мерзли по дороге в Долину.

Готовили и грузили праздничные гостинцы: укладывали в ящики банки с вареньем и соленьями, перекладывали соломой яблоки и груши, дыни, хурму, мандарины и апельсины. Мать Ольга собственноручно приготовила два больших круга козьего сыра. С особой бережностью были уложены в ящики с опилками несколько десятков гусиных яиц, а дядя Леша, конечно, накоптил сигов и форелей. Дядю Лешу Матушка благословила особо:

— Голубчик ты наш, на тебя вся надежда! Верю и уповаю, что ты починишь этот их злосчастный автобус. Сандру она обняла и шепнула ей:

— Ты скажи всем взрослым, Санечка, что мы всех рады принять к себе, но я ваши с Леонардо рассказы очень внимательно слушала, и вот сердце мне подсказывает, что кое-кто из них захочет остаться в Бабушкином Приюте. Так ты скажи им, что мы и впредь Бабушкин Приют без помощи не оставим. А еще вот что: выбери среди тех, кто останется, самого надежного человека и передай ему вот это мое письмо. Скажи, пусть носит его с собой и не открывает раньше срока. В этом конвертике карта и указания, как добраться до нас. Конечно, главное для нас — деток спасти. Но и за отца Иакова у меня душа болит.

— А почему вы решили, Матушка, что отец Иаков не захочет сразу поехать в Долину со своими детьми? Они же все его крестники!

— А вот такое у меня предчувствие. Впрочем, будущее покажет.

Сандра пожала плечами и спрятала письмо в карман.

Когда она выходила от Матушки, ее перехватила мать Наталья.

— Санечка, — сказала она застенчиво, — я вот о чем хотела вас попросить…