Джеймс Блиш - Звездный путь (сборник). Том 4

— И что же из этого следует? — спросил Мак-Кей.

— Будет ли какая-нибудь разница между нами? — в свою очередь спросил Тулук.

— Но вы же сказали…

— Есть одно различие, не так ли?

— Может быть, элемент времени?

— Нечто большее, — сказал Тулук. — Нужно знать, что один из них — дубликат. Синтетический Тулук будет серийной цепочкой протеинов. Я же выращен из плоти, которая до последней клетки была создана для исполнения своей функции как живого существа. Разница заключается в связях.

— Мак-Кей, вы понимаете эту чепуху? — поинтересовался Бильдун.

Мак-Кей сглотнул. Он начинал понимать, что хотел сказать Тулук.

— Вы думаете, что калебан видит только эту… эту утонченную разницу? — спросил он.

— И ничего больше, — ответил Тулук.

— Тогда он видит нас не как фигуры или измерения или…

— Нечто вроде протяженности во времени, так как мы понимаем время, — сказал Тулук. — Для него мы, может быть, ничто иное, как модуляция неизменных волн пространства. Для него время как бы выдавливается из тюбика. Оно не больше, чем линии, которые перекрещиваются в нашем сознании.

— О-о-ох! — выдохнул Мак-Кей.

— Я не вижу, каким образом это может помочь нам, — сказал Бильдун. — Наша главная задача — разыскать Эбнис. Вы, Мак-Кей, имеете представление о том, куда забросил вас калебан?

— У меня в памяти запечатлелось, как я лежу на полу, привязанный к колышкам, — ответил Мак-Кей. — Прежде, чем я уйду, мы должны сделать запись моих воспоминаний и дать компьютеру для проверки узор звезд на небе этой планеты.

— Предположим, что узор звезд имеется в памяти компьютера, — сказал Бильдун.

— Кто теперь охраняет калебана после того, как убили Фурунео? — спросил Мак-Кей.

— Двое наших людей внутри шара и четверо снаружи, — ответил Бильдун.

Мак-Кей вздохнул.

— Тогда, боюсь, для меня вы сможете сделать только одно: вы отзовете охранников, или я это должен сделать сам?

— Один момент, — сказал Бильдун. — Я знаю, что вы должны вернуться в этот шар, но…

— Один, — сказал Мак-Кей.

— Почему?

— Юридически будет правильно, если я перед свидетелями потребую обратно голову Фурунео, — сказал. Мак-Кей. — Я также попробую вызвать калебана на дискуссию. Но самое главное, что она будет искать меня. Я улизнул от нее, и она не знает, сколько или как много я знаю об ее уловках и планах. Она должна быть в ярости и попытается снова поймать меня.

— Итак, вы будете приманкой?

— Я не сказал бы этого, — ответил Мак-Кей. — Но если я снова буду один, она может попытаться сторговаться со мной.

— Она может даже попытаться оторвать вам голову, — пробурчал Бильдун. — Единственная ваша охрана будет заключаться в том, что один из тапризиотов будет все время наблюдать за вами.

— Мак-Кей станет беспомощной жертвой, если он войдет в транс, находясь в шаре калебана, — сказал Тулук.

— Ничего опасного, если контакт через тапризиота будет длиться пять или десять секунд, а по мере надобности и до одной минуты. По продолжительности это будет как повторяющийся звонок телефона, не больше. Но пока я не позову на помощь, тапризиот не должен отвлекать меня, — сказал Мак-Кей. — Хорошо?

— Мне это не нравится, — сказал Сайкер. — Что если…

— Вы думаете, что Эбнис и ее помощники будут говорить со мной открыто, если увидят в шаре столько охранников? — спросил Мак-Кей.

— Верно, — сказал Тулук. — Мы должны позволить контакт между Эбнис и Мак-Кеем, если хотим ее найти.

— Хороший аргумент, — сказал Мак-Кей. — Только через контакт с ней можно определить ее местопребывание. Шар калебана — прочная позиция на Сердечности. С другой стороны, местоположение этой планеты известно. В момент непосредственного контакта шар укажет местоположение в пространстве — линию наименьшего сопротивления контакту. Дальнейший контакт укажет на признаки, по которым…

— Где нужно искать Эбнис, — добавил Бильдун. — Предположим, вы верно поняли ситуацию.

— Мы должны попытаться установить связи через открытое пространство, — объяснил Тулук. — Между точками контакта не должно быть ни больших звездных масс, ни водородных облаков…

— Я достаточно знаю теорию, чтобы представить себе, что она может сделать с Мак-Кеем. Ей потребуется не больше двух секунд, чтобы сделать прыжковую дверь над его головой, а потом… — Он чиркнул указательным пальцем по горлу.

— Тогда позаботьтесь о том, чтобы тапризиоты установили со мной контакт в эти две секунды, — сказал Мак-Кей.

— А что вы будете делать, если Эбнис не станет с вами говорить? — спросил Бильдун.

— Тогда мы будем действовать как саботажники, — ответил Мак-Кей.

“Непредубежденный наблюдатель, который находился бы внутри шара калебана, не смог бы отрицать некоторого уюта”, — подумал Мак-Кей. Здесь было жарко, но эта жара необходима его жителю. Существовали разные существа, некоторые из них жили в зонах с жарким климатом. Гигантский “половник”, в котором в настоящее время находился калебан, можно было сравнить с удобной постелью. Потолок был низок, но низкорослый человек, каким был Мак-Кей, мог стоять выпрямившись, не втягивая голову в плечи. Красноватый свет был не более странным, чем любой другой, и был приятен для глаз только что проснувшегося человека. И настил пола был мягким, как мех. Правда, Мак-Кей на мгновение почувствовал запах освежающих и дезинфицирующих средств, который появился в воздухе.

Мак-Кей сидел спиной к стене, все время прихлебывая из кружки с холодной водой, которую захватил с собой. Через две секунды после того, как он проснулся, он почувствовал сигнал тапризиота — слабое жужжание, сопровождаемое подергиванием в голове. Это было очень похоже на слабый удар электрического тока. Он начал уже привыкать к этому.

— Тапризиоты посылают вам свои сообщения через пространство таким же образом, как это делают калебаны? — спросил он. — Я имею в виду, видят ли они это сообщение?

— Тапризиоты очень слабы, — ответил калебан. — Тапризиоты не обладают энергией калебанов. Собственной энергией калебанов. Собственной энергией, вы понимаете?

— Не знаю. Может быть, понимаю.

— Тапризиоты видят очень слабо, очень слабо, очень коротко, — сказал калебан. — Иногда тапризиоты просят о… об усилении? Калебан дает усиление. Тапризиоты платят, мы платим, вы платите. Все платят энергией. Вы называете потребность в энергии голодом, не так ли?

— Верно, — сказал Мак-Кей. — Но как…

Толстая рука паленки, держащая бич, просунулась в отверстие за “половником”. Бич щелкнул, вызвав в красноватой полутьме фонтан зеленых искр. Рука с бичом убралась прежде, чем Мак-Кей успел среагировать.