Илья Ангелов - Прыгай, Филька!

— Гав!

А мотор набирал обороты, яхта мелко задрожала.

Кузя в последний раз окинул взглядом панораму просыпающегося родного города и принял решение. И когда он сделал это, то почувствовал, что тело его начинает наливаться прежней, молодой силой, а дух крепнет, веселится, играет, взмывает в высину и исполняется экстазом смерти. Кот отодвинул Фильку и встал напротив выжидающей собаки.

— Слушай, слушай и запоминай, Филька. Пес выберет того, кто первым на него прыгнет. Я иду первым! Ты прыгнешь только тогда, когда услышишь мое: "Прыгай, Филька!" Только тогда! Ни раньше, ни позже! Ты запомнила? Только тогда!

Ты прыгнешь и помчишься вперед. Видишь воротца — поднырни под них и беги, беги, беги, не останавливаясь, по прямой. Беги мимо леса, беги по улице, и она выведет тебя к железнодорожным рельсам. Тогда ты свернешь налево! Запомни, НАЛЕВО! И через несколько сот метров будет вокзал. Наш дом, наш с тобой дом, Филька, прямо за ним! Ты все запомнила? Беги и ни в коем случае не оборачивайся! Не оборачивайся!

Филька тряслась и с ужасом и восторгом смотрела на Кузю. На ее глазах кот менялся, молодел, рос. Казалось, шерсть его начала искрить и вставать дыбом. Кузя готовился…

Яхта плавно тронулась с места. Овчарка присела.

И тут в воздух взметнулось серое пушистое кошачье тело, перевязанное бинтами.

— Прыгай, Филька!!!!! Прощааааай!

И Филька прыгнула…

*********

…На высоком берегу великой русской реки, в парке, что начинается за городским бассейном, похоронили то, что осталось от Кузи.

Услышав вой и визг, на двор выбежал сторож. Он-то и отбил у Рекса разорванное тело. Капитан "Св. Пантелеймона" в последний момент обратил внимание на прыгавших котов. Петрович вернул яхту к причалу и помог сторожу. Именно он и рассказал потом остальным о подвиге раненого. Втроем — сторож, Петрович и проснувшийся Дмитрий Алексеевич — мужчины выбрали подобающее место, вырыли яму и похоронили Кузю. Затем хирург дал сторожу денег и попросил посадить на могиле куст диких роз или пионов. "Вот так умирает настоящий мужчина", — грустно сказал доктор.

Сторож исполнил просьбу. С годами куст разросся и теперь все, кто проплывает мимо маленького городка физиков, с восхищением рассматривают растущий на берегу гигантский зеленый куст, алеющий десятками цветов.

Спи спокойно, доблестный и бесстрашный кот Кузя!

Филька вернулась…

Визжал от восторга подросший за два месяца Коленька. Качал удивленно головой папа. Мама обнимала и целовала кошку, а бабушка плакала. У дедушки, когда ему сообщили эту новость, радоваться уже не хватало сил — он лежал и тихо улыбался.

Фильку на убой кормили курочкой, давали сырые яйца, вареную требуху, поили молоком. Папа, спохватившись, в десять вечера бегал в магазин за рыбой.

А Филька молча лежала на половичке на кухне у батареи. Ведь коробку, где она раньше жила, давно уже выбросили. Да и выросла она из коробки…

— Если тебе так нравится гулять — купим тебе ошейник и будем выводить на улицу! — предлагала мама. А затем махала рукой: — Да и без ошейника гуляй, было бы желание! Мы не против!

— Я буду на велосипеде возить ее в огород, бабушка! — предложил щедрый Коленька. — Каждую неделю!

Бабушка в ответ молча улыбнулась — что-то не представлялось ей реальным, чтобы Филька захотела съездить на огород.

Поздним вечером того же дня, когда все уже легли, папа сидел в гостиной и, глядя на бюстик любимого писателя Достоевского, размышлял: "Ну что, Федор Михайлович, видишь, как оно вышло, а? Кошка-то вернулась! — Жизнь — сложная штука! Погуляло животное, а потом поняло, что с родными жить лучше! Так что мы и дальше будем бороться, да…".

Но Фильке не хотелось больше никакой улицы. И за бумажной "мышкой", привязанной к старому пояску бабушки, она теперь не бегала, сколько ни пытался расшевелить ее Коленька.

— Филька! Ну! Давай, прыгай! — кричал мальчик, раскачивая и дергая "мышку" прямо под носом кошки. А Филька лежала и молча смотрела на него. Желания играть не было…

По требованию мамы, Фильку отнесли к ветеринару. Тот внимательно осмотрел кошку и вынес вердикт: не беременная! — чем ужасно всех успокоил. Порекомендовал снова пройти таблеточный курс и опять Фильке пришлось, давясь, глотать ненавистные пилюли…

Целыми днями теперь кошка лежала на кухне. Единственное, что быть может еще доставляло ей удовольствие, это смотреть, как бабушка готовит еду.

— Тихая ты какая-то стала, как побитая. Умоталась? — спросила ее бабушка на второй день после возвращения. Филька молчала. Руки бабушки ловко раскатывали тесто и разрезали его на кружочки — к ужину бабушка хотела порадовать семью пирожками.

— И на балкон что-то не спешишь…, - задумчиво протянула Елена Власьевна. — Будто знаешь, что там никто тебя не ждет, а? — и она пытливо посмотрела на кошку. Та продолжала молчать.

— Кузя-то твой исчез! Убежал из дому уже наверное как с месяц. Никитишна сильно по нему убивается — каждый вечер ходит кричит по дворам, зовет своего ненаглядного Кузеньку, — продолжала бабушка. — Даже поругались с ней. Как Кузя-то удрал, она меня на улице встретила, скандал закатила — говорит, это вы во всем виноваты! Ушел, дескать, Кузя свою подругу искать, вашу черномазую бесстыдницу и распутницу!

И опять Филька промолчала…

— Сильно пьет теперь Никитишна, да…Будто сына родного потеряла…А может она и права? — бабушка пристально глянула на безучастную кошку. — И Кузя на самом деле ушел тебя разыскивать? Может вы и виделись даже? Эх…, жаль, что ничего ты не можешь рассказать, — вздохнула Елена Власьевна. — Или не хочешь?

Филька грустно посмотрела на бабушку и слезла со стула. Легла на свою подстилочку и повернулась спиной к бабушке. Что рассказывать?

…В тот страшный час, когда Кузя спас ее ценою своей жизни, Филька, подчиняясь последнему приказу кота, домчалась до дома ни разу не обернувшись назад.

В первые дни она несколько раз вспоминала Кузю, но потом перестала. Как будто кто-то неспешно, но уверенной рукой стирал одно за другим в кошкином мозгу все события этих двух месяцев. Филька не сопротивлялась. Зачем?

Однажды бабушка почти силой загнала ее на балкон.

— Иди погрейся, дура, хватит на кухне лежать, лето-то проходит! — потребовала Елена Власьевна.

Кошка нехотя запрыгнула на подоконник и случайно бросила взгляд на бывшее кузино окошко. В какой-то миг ей показалось, что за стеклом что-то шуршит и вот-вот на форточку с пыхтеньем заберется большущая, пушистая, до боли знакомая фигура с круглой смешной мордочкой. Но ничего не произошло…