Александр Борисов - Борисов Александр Анатольевич

   - Вот, - показал он, - заказы потребителей, а там, в уголочке, как раз весь обменный фонд.

   Только теперь я заметил в дальнем углу котельной какое-то разбитое оборудование, а немного поодаль - две кучки жирнющего пепла...

   История, по нынешним временам, обыденная. Оба моих новых знакомых вместе со сводным братом открыли кооператив "Вулканизация". Арендовали помещение, закупили в таксопарке оборудование и все необходимое для работы. Круглая сумма разошлась по волосатым лапам. Тех кто попроще, хорошо "укололи шилом". Одна только регистрация в копеечку обошлась. Витьке с Валеркой пришлось продать свои "тачки". Думали: обойдутся пока на троих Мишкиной, а там, Бог даст, как-нибудь заработают.

   - Так вот, - с угрюмой ожесточенностью плевался словами Валерка, - сегодня зарегистрировались, а назавтра уже "гости" со стороны:

   - Бабки гони!

   Я один в котельной был:

  - Нет, - говорю, - денег. Не заработали еще.

  А там лысый такой:

  - Верю, - усмехается, - что нету. Но завтра, в это же время, чтоб были. Десять штук!

  Рассказал я про этих гостей братанам. Те сразу и не поверили. Мишка орет:

  - Ах, я Афган! Ах, я спецназ!

  Ну, я-то уже наслышан, чем подобные визиты обычно заканчиваются. Уговорил Витьку, предупредил участкового и ломанулись мы с ним в Мурманск. По знакомым, по родственникам денежки занимать. Мишке сказали, чтоб дома сидел, в котельную не вздумал соваться. Так он разве послушал?

  А машина, знаешь, когда не совсем твоя... если забарахлит, пока разберешься... Короче, опоздали мы к назначенному сроку. На полчаса, всего-то и опоздали, а они, суки, пунктуальными оказались. Мишке показали такой "Афган", что до сих пор в травматологии лежит. В котельной все, что ломалось - сломали. Все, что горело - сожгли.

  - А участковый что? - удивился я. - Его же, как человека, предупреждали? Ничего не видел, ничего не слышал?

  - Да тот участковый, - презрительно сплюнул Витька, - ему бы только с самогонщиками воевать, с теми, кто не наливает. "Не моя, - говорит, - компетенция". Обращайтесь, мол, в отдел по борьбе с бандитизмом. Как будто мы люди серые и не знаем, что такого отдела и в помине не существует!

  - Думаешь, он, гад, не просек, что мы до Казачки за самогонкой ходили? - вторил ему Валерка. - Уж, на что человек выпить на халяву сам не свой, а вот увидишь, сюда - ни ногой! Хитер, гад!

  Мне стало еще легче.

  - А если сегодня они не приедут? - осторожно поинтересовался я. - Дорога из города вся перекрыта.

  - Такая катавасия у нас не впервые, - братья переглянулись, - но тех, у кого местная прописка и туда и сюда пропускают. Мой сосед, кстати, недавно вернулся из города.

  - Одно дело сосед, а другое - бандиты. Или они тоже местные?

  - Им-то какая разница! Могут за пять минут любую справку нарисовать.

  - Платить будите?

  - Чем? Чем платить?! - Валерка даже не говорил, кричал. - С людьми, с заказчиками рассчитаться, - и то не хватит! Если заявятся, так и скажу: берите, хлопцы, все что осталось от кооператива, вот лицензия и флаг вам в руки, дальше как-нибудь сами.

  - А что за козлы? - я, наконец, подобрал определение поточнее. - Молодые, постарше? Может имена, клички какие-то называли?

  - Да черт его знает! Говорили, что "котовцы"...

  Врут! - это я точно знал. - Старый Кот никогда себя не афишировал, неужто, другим позволит? Кто в Мурманске и Коле на слуху? Сашка-Малыш, Мордан, Петя-музыкант, ну, может еще Шлеп-нога. А Кот - это для внутреннего потребления. Да и старый он человек, ему лишняя слава ни к чему.

  - Знаешь его? - в голосе и безнадежность, и надежда.

  - Даже не знаю, что и сказать... ну, насколько может знать Кота человек не из их кодлы? - ответил я вопросом на вопрос и пояснил, - встречались пару раз, даже вместе выпивали. Не по делу, не по моей или по его инициативе, просто случайно так получилось.

  - Жаль, - помрачнел Витька. В голосе осталась одна безнадега.

  - Что "жаль"? Я бы на вашем месте тут не сидел, не ждал у моря погоды, а ехал в Мурманск искать Кота. Пусть сам разберется.

  - И что мы ему скажем? - удивился Валерка. - Мы к этим блатным с какого бока, чтобы у них справедливости искать? Так вам, скажут, и надо! Платите еще, да побольше!

  - Как с какого бока? - возмутился я. - Вас же эти козлы к ворам приравняли! У них ведь как: торгуешь наркотой, спекулируешь водкой, кидаешь валюту, содержишь притон, девочек поставляешь богатым клиентам - плати в "общак"! А если "плати", то как без права на "разбор полетов"?

  - Все равно. Ворон ворону глаз не выклюет. У блатных законы для своих писаны. А человека со стороны враз без штанов оставят!

  Мне оставалось пожать плечами.

  - Книг начитались про "воровское братство"? "Калину красную" посмотрели? Про ваш случай там тоже написано? Приходят сытые, хорошо одетые морды к мужику от сохи, отнимают последнее, чтоб загнать в нищету? Я на зоне никогда не был, врать не буду, но с хорошими людьми, что шкурой своей испытали неволю, говорил откровенно. Мой одноклассник Юрка случайно по малолетке, срок схлопотал. Потом, правда, в систему вошло у него это мероприятие. Когда впервые откинулся, пришел он на вечер встречи выпускников. Посидели, пообщались. Разговор, помню, все вокруг зоны крутился, в моде была тогда "воровская тематика". Что ему перед нами рисоваться? Говорил откровенно: не дай Бог никому из вас хлебнуть казенной баланды! Если бы, говорил, все было настолько красиво, да романтично, откуда появились бы вокруг "сучьи зоны"? Нет, говорил Юрка, более жестокого, продажного, трусливого и подлого мира, чем воровской мир. И если живут в этом мире еще по каким-то понятиям, только потому, что все вместе и каждый по отдельности опасаются за целостность своих жоп...

  - Это верно! - смеясь, согласился Валерка. - Если бы каждый чиновник знал, что за взятки, растраты, воровство, превышение должностных полномочий... а то и за простое притеснение рядового гражданина его не просто с работы снимут, а будут всем электоратом в задницу драть, и чем выше уровень власти, тем больше народа примет в этом деле участие, у нас бы давно не только коммунизм, что хочешь бы построили!

  - Правильно понимаешь! - я с трудом нащупал нить дальнейшего повествования. - Так вот, для того, чтобы воровские законы в масштабах страны соблюдались и на воле, и в зонах, чтобы самый последний "петух" имел не только обязанности, но и хоть какие-то права, это болото и выделяет из своей среды личности. Именно личности, с качествами, без которых не обойтись ни одному уважаемому руководителю. Это честность, порядочность и справедливость. По-своему, по-воровскому, но честность, порядочность и справедливость. Их не боятся, их боготворят. А боятся законов, на страже которых поставлен "законник".