Тим Хэй - Оставленные

— Другой человек? — сказал Бак. — Вы задумали увеселительную прогулку?

— Ничего подобного, — ответила она. — Это пилот, который хочет поговорить со мной о чем-то, но я не уверена, что захочу его слушать. Ладно, может быть, когда я вернусь, у меня будет время. Но я ничего ему не обещала. Почему бы нам не встретиться в клубе, а там решим, куда отправиться.

— Я постараюсь устроить встречу с Карпатиу, возможно, в отеле.

Во вторник вечером Хлоя сказала, что она передумала и готова отправиться в Нью-Йорк с отцом.

— Я вижу, что ты не в состоянии обходиться без меня, — заявила она, обнимая его.

Лицо ее выглядело оживленным.

— Это так замечательно: чувствовать себя нужной.

— По правде говоря, — решил уточнить он, — я намерен добиваться свидания с Хетти, и мне бы хотелось, чтобы ты присутствовала на нашей встрече.

— Для поддержки?

— Не смейся. Я сообщил ей, что настаиваю на встрече в клубе «Панкон» в аэропорту «Кеннеди» в час дня. Придет она или нет, я не знаю. Во всяком случае, мы с тобой побудем некоторое время вместе.

— Папочка, мы и так все время вместе. Мне приходит в голову, что ты уже устал от меня.

— Этого никогда не будет, дорогая!

В среду рано утром Бака вызвали к Стентону Бейли, владельцу «Глобал уикли». За все годы своей работы Бак только дважды бывал в его офисе. Один раз это было в связи с присуждением ему премии Хемингуэя для военных корреспондентов. В другой раз — в связи с Рождественским турне, которое рядовые служащие с завистью называли туром Красного Дерева.

Бак постарался увильнуть от встречи со Стивом, он отправился к Бейли только тогда, когда Мардж сообщила ему, что Стив уже находится в его кабинете. Глаза у нее были красными, опухшими.

— Что случилось? — спросил он.

— Ты прекрасно знаешь, что у меня нет права что-либо говорить, — ответила она. — Проходи.

Воображение Бака буйно разыгралось, пока он проходил по коридору офиса владельца. Он не знал, что Планк тоже приглашен. Что все это могло значить? Ждут ли их неприятности за их проделки в понедельник? Не стали ли мистеру Бейли каким-либо образом известны подробности приключений Бака в Лондоне и то, как он сумел оттуда убраться? К тому же он очень хотел, чтобы этот вызов не затянулся слишком надолго и не сорвалось его свидание с Хетти.

Секретарь Бейли, ведающий приемом посетителей, молча махнул рукой по направлению к последнему кабинету, где его личная секретарша лишь приподняла бровь и тоже махнула рукой.

— Вы не собираетесь докладывать о моем приходе? — пошутил он.

Она ухмыльнулась и вернулась к своим делам. Бак тихо постучал и осторожно открыл дверь. Планк сидел к нему спиной, но не сделал никакого движения. Бейли пригласил его движением руки, не вставая.

— Садитесь рядом со своим боссом, — сказал Бейли. Баку эти слова показались забавными. Хотя их взаимоотношения формально обозначались именно таким образом, он никогда так не обращался к Стиву. Бак сел и сказал:

— Стив.

Стив кивнул, но продолжал смотреть на Бейли.

— Прежде чем мы перейдем к делу, — начал Бейли, — я хочу выяснить две вещи. За океаном с вас сняли все обвинения, не так ли?

Бак кивнул.

— Да, сэр. В этом не было никаких сомнений.

— Да, вообще-то их не должно было быть. Вам повезло. Это было ловко устроено — сделать вид, будто кто-то пытается вас достать. Но на какое-то время вы заставили и нас так думать.

— Извините, но боюсь, что это было необходимо.

— Значит, вы это дело закрыли, так что не осталось ничего такого, что они могли бы использовать, если бы захотели снова прицепиться к вам?

— Да, все так.

— Значит вы хорошо все уладили?

— Да.

— Как именно?

— Не понял, сэр?

— Что значит «не понимаете»? Как вы выпутались? Нам сообщили о свидетелях, которые говорят, что это сделали вы.

— Однако есть масса других, которые знают истину. Томпкинс был моим другом. У меня не было никаких оснований убивать его. К тому же у меня не было возможности совершить этот террористический акт. У меня нет ни малейшего представления о том, как изготовить бомбу, как ее установить и взорвать.

— Но вы могли кому-то оплатить эти услуги.

— Но я не делал этого. Я не вращаюсь в этих кругах, а если бы и имел такие связи, я не стал бы убивать Алана.

— Ну ладно, события освещались достаточно туманно, чтобы очернить кого-либо из нас. Это выглядит как недоразумение.

— Это и было недоразумением.

— Ну, конечно, Камерон, это было недоразумение. Я пригласил вас потому, что сегодня утром мне пришлось принять отставку. Еще никогда мне не было так неприятно делать это.

Бак сидел, не раскрывая рта. От этих слов у него голова пошла кругом.

— Стив сказал мне, что это будет для вас новостью. Позвольте мне обрушить ее на вас. Он подает в отставку, чтобы занять пост международного секретаря Николае Кар-патиу Он получил такое предложение, на которое мы не могли бы и рассчитывать. Я не знаю, разумен ли, удачен ли этот шаг, но это его дело. Что вы думаете по этому поводу?

Бак не мог сдержаться:

— Я думаю, это ужасно, Стив. О чем ты думаешь? Ты готов поехать в Румынию?

— Моя штаб-квартира будет здесь, Бак, в отеле «Плаза».

— Дивно!

— Вот я и говорю.

— Стив, но это же не твое! У тебя нет способностей заниматься связями с общественностью.

— Карпатиу неординарный политический лидер. Скажи, не аплодировал ли ты ему в понедельник стоя?

— Да, это было, но…

— Никаких «но». Такой шанс выпадает раз в жизни. Ничто не может заставить меня отказаться от этой работы. Бак покачал головой.

— Я этому не верю. Я знаю, что Карпатиу искал человека, но…

Стив засмеялся:

— Признайся, Бак, он предложил это тебе первому?

— Нет.

— А мне он сказал, что предлагал.

— Нет, не предлагал. На самом деле разговор у нас был, но я порекомендовал ему Миллера из «Сиборд». Планк резко отпрянул и бросил взгляд на Бейли:

— В самом деле?

— Ну, почему бы и нет? По своим данным он подошел бы больше.

— Бак, — сказал Стив, — разве ты не знаешь, что труп Эрика Миллера был обнаружен вчера ночью у Стэйтон Айленд? Он упал с парома и утонул.

— Ладно, — подвел итог Бейли, — хватит о неприятностях. Стив рекомендовал вас на свое место.

У Бака еще продолжала вертеться в голове новость о Миллере, но все же он ухватил неожиданное предложение.

— Спасибо, — ответил он, — но это несерьезно.

— Вам не нравится эта работа? — спросил Бейли. — Формировать журнал, заниматься его оформлением, самому писать основные статьи. Я уверен, вы на это способны. В принципе, я готов даже удвоить ваше жалованье. Если для вашего согласия это имеет решающее значение, я твердо обещаю.