Алан Дин Фостер - Свет далекой Земли

— Не хотите послушать первые стансы? — с надеждой в голосе спросил Браук.

Высвободив руку, Уокер не замедлил с ответом:

— Скоро ехать, и перед отъездом нам надо собраться. Да и тебе тоже, наверное, надо взять с собой кое-какие вещи?

— Да, собраться надо, — признался Браук. — К тому же надо закончить приготовления и другим нашим попутчикам. Это очень важно — все согласовать перед таким путешествием.

Уокер насторожился:

— Другим попутчикам?

Браук изобразил туукальский жест, эквивалентный земному пожатию плечами:

— Ваш визит ограничился домом моей семьи, но слух о ваших приключениях пронесся по всей планете, и я не единственный, кого ваша история вдохновила на сочинение саги. Другие мои земляки тоже хотят испытать нечто подобное, приобщиться к путешествию и, проникнувшись его духом, тоже испытать вдохновение. Кроме того, наше правительство объединенных больших семей очень заботится о своих гражданах и хочет выразить свою благодарность вам каким-то ощутимым способом. Руководствуясь желанием стимулировать художественное творчество и желанием вознаградить вас за помощь в моем спасении, правительство решило отправить четыре корабля сопровождения на случай, если экспедиции потребуется оказать какое-то содействие и помочь в возращении на родину других пленников. — Браук гордо выпрямился. — Как вы, должно быть, заметили, туукали считают вещи четверками. — Он протянул вперед свое гибкое щупальце и положил его на плечо Уокера. — Для того чтобы избежать нежелательных конфликтов, все четыре судна и их экипажи согласны подчиниться нынешней организации экспедиции. Я говорил с правительственными чиновниками и объяснил им особенности этой организации. Ответ властей был благоприятным. Правительство не видит никаких препятствий к тому, чтобы подчинить туукальские экипажи твоему формальному командованию.

Уокер едва не поперхнулся. Ситуация начинает выходить из-под контроля. Улетая с Серематена на Нийув, Уокер надеялся, что ему удастся найти экипаж, укомплектованный представителями какого-то разумного вида, которые вызовутся помочь ему, Джорджу, Скви и Брауку вернуться на родину. Теперь же, по странной иронии судьбы, экспедиция разрослась, как галактический снежный ком, и под номинальным командованием Уокера оказались двенадцать кораблей. Он стал — пусть и формально — главой крупной межзвездной операции, и такая ответственность привела его в уныние.

— Это очень любезно со стороны объединенных больших семей. — Это было единственное, что смог выдавить из себя ошеломленный Уокер.

Наоборот, Джордж был просто в восторге:

— Одного туукальского корабля было бы достаточно, чтобы отпугнуть от нас любого забияку. С четырьмя мы будем просто неуязвимы. Если же их присутствие никого не напугает, то на врагов можно натравить нийувов и иолфов — их хлебом не корми, дай подраться.

— Мы не будем ни на кого их натравливать, — строго одернул Уокер Джорджа. — Наша экспедиция была и останется мирной, независимо от того, сколько еще кораблей к ней присоединится.

— Как демонстрация силы, — высказалась Скви, — численность и разнообразие кораблей, участвующих теперь в экспедиции, очень полезны для предупреждения любого возможного конфликта. Даже к'эрему признают, что демонстрация подавляющего превосходства в силах порой может вполне адекватно заменить недостаток интеллекта.

Никаких пышных церемоний в связи с отлетом экспедиции не было. При всей своей мощи и внушительном росте, при всех достижениях местной цивилизации, туукали были на редкость скромным народом. Путешественников, сопровождаемых Брауком, воодушевленным возвращением на родину, провожали сердечно и просто. На всем пути стояли толпы туукали и приветливо махали своими щупальцами. Все это запечатлели для потомства и снабдили душераздирающими комментариями вездесущие нийувские репортеры.

Правда, в четырех туукальских кораблях, напротив, не было ничего скромного. Когда они были выведены на орбиту и присоединились к остальным судам, даже воинственные иолфы были изумлены, если не сказать больше. Каждый из туукальских кораблей был больше нескольких нийувских или иолльских, вместе взятых.

Неудивительно, что в отношениях между гостями и хозяевами возникло некоторое напряжение. Оно, правда, быстро исчезло после того, как представители нийувов и иолфов были приглашены на экскурсию по новоприбывшим кораблям. Огромные отсеки и размеры туукальских кораблей были обусловлены не агрессивностью туукали, а их огромными размерами. Заметив это, иолфы и нийувы успокоились и получили большое удовольствие от этого познавательного визита. Теперь иолфы и нийувы пригласили своих туукальских коллег прибыть на свои корабли с ответным визитом. Правда, рослым гостям пришлось удовольствоваться посещением лишь одного нийувского корабля — флагмана «Дживен-Бха», так как все остальные суда оказались слишком тесными даже для самых низкорослых туукали.

При всех визитах и обменах информацией присутствовала небольшая группа сочинителей саг. Эти поэты хотели немедленно приступить к созданию особой саги для увековечения встречи нескольких цивилизаций. В конце первого дня, выслушав нескончаемую декламацию, иолфы и нийувы были более чем готовы к следующей фазе путешествия.

Навигаторы составили и решили все необходимые уравнения для того, чтобы корабли всех трех флотилий шли в открытом космосе с одинаковой постоянной скоростью, поддерживая друг с другом контакт во время перелета от Туукалии к К'эрему. Когда все было готово, корабли начали готовиться к старту, который должен был представлять собой весьма внушительное зрелище. С орбиты Туукалии должны были одновременно стартовать двенадцать кораблей, представлявших собой последнее слово науки и техники трех развитых галактических цивилизаций. Никакого грохота при этом не ожидалось, но Уокеру сказали, что вспышку во время старта будет видно с Туукалии невооруженным глазом.

Однако у Уокера не было ни малейшего желания наблюдать старт, и он уединился в своей каюте на «Дживен-Бха», пролежав на кровати до тех пор, пока флотилия не стартовала и не устремилась в глубины открытого космоса. Он, конечно, мог теперь выйти из каюты и пройтись по кораблю, но не чувствовал ни малейшего желания это делать. Джордж лучше других чувствовал настроение своего друга. Вот и сейчас он вбежал в его каюту и вспрыгнул на импровизированную кровать.

— Ну и что у нас теперь не так? — Джордж почесал задней лапой за ухом. — Клянусь, я никогда не мог понять, почему род людской до сих пор не вымер из-за своих капризов.