Тим Хэй - Отряд скорби

— Я решил, что то время, которое мы можем посвятить общению, мы не будем тратить на поиски места, где можно поесть.

— Папа будет нам завидовать, когда вернется домой, — сказала Хлоя. Он очень любит китайскую кухню.

Бак снова открыл рюкзак, достал со дна еще один пакет и улыбнулся:

— Пусть и он не будет обижен.

Бак и Хлоя устроились на кухне и, перемежая разговоры с лакомствами, проболтали почти час. Они говорили о всякой всячине: о своем детстве, семье, памятных событиях, надеждах, мечтах, опасениях. Баку нравилось слушать, как говорит Хлоя, даже не столько то, что она говорит, сколько ее голос. Он не мог понять, то ли дело было в том, что она оказалась интересным собеседником, то ли в том, что он любил ее. Возможно, и то, и другое.

Когда приехал Рейфорд, он застал Бака и Хлою сидящими за компьютером Рейми, который они не включали со времени исчезновений. За несколько минут Бак подключил Хлою к Интернету и установил свой электронный адрес.

— Теперь ты сможешь найти меня, в какой бы точке земного шара я ни находился, — провозгласил он.

Рейфорд оставил Бака и Хлою у компьютера, а сам занялся осмотром посылки с леденцами от Холмана Мидоуза. Конфеты были упакованы в целлофановую оболочку, с этикеткой известной фабрики. Они были предназначены Хлое, хотя к ним не было приложено никакой записки. Рейфорд решил, что это настоящие конфеты. Даже если их по какой-то непонятной причине прислала Хетти Дерхем, не было смысла отказываться от лакомства, не воздав должного его прелести.

— Кто бы ни был поклонником твоей дочери, следует признать, что у него хороший вкус, — заметил Бак.

— Спасибо, — ответила Хлоя.

— Я имею в виду конфеты. Хлоя покраснела.

— Я поняла, что ты имел виду, — сказала она.

По настоянию Рейфорда Бак оставил машину на время поездки в гараже Стилов. Чтобы успеть в аэропорт, Бак и Хлоя ушли с собрания Отряда скорби, не дождавшись его окончания. Дорога была свободна, транспортных пробок не было, так что они приехали в аэропорт за час до рейса.

— Мы могли бы подольше побыть в церкви, — сказал Бак.

— Спокойнее, когда ты уже на месте, — ответила она. — Терпеть не могу приезжать в последнюю минуту.

— Я тоже, — ответил он, — но всегда опаздываю. Ты можешь оставить меня на обочине тротуара.

— Я готова оставаться с тобой до отправления самолета, если ты оплатишь стоянку машины.

— Ты не побоишься пройти к машине так поздно?

— Я уже делала это не один раз, — объявила она гордо. — К тому же здесь много полицейских.

Она завела машину на место стоянки, и они медленно пошли по массивному зданию терминала. Он сложил все свое имущество в кожаный заплечный мешок. Хлоя чувствовала себя неловко оттого, что но он не дал ей в руки никакого багажа. Прогуливаясь, они хотели взяться за руки, но не могли сделать этого. Каждый раз, когда ему было нужно повернуться, чтобы ей было удобнее слышать, мешок смещался, ремни соскальзывали с плеч, так что в конце концов они дошли до ворот молча.

Бак прошел контроль. Оказалось, что самолет почти пуст.

— Хочешь, полетим вместе со мной? — неожиданно сказал он.

— Я хотела бы… — начала она, но не закончила фразу, передумав.

— Что?

Она покачала головой.

— Ты хотела бы иметь возможность отправиться со мной?

Она кивнула.

— Что мне делать с тобой? — спросил он. — Разве что засунуть тебя в мешок.

Она рассмеялась.

Они стояли у окна, наблюдая ночную работу грузчиков и контролеров движения наземного транспорта. Бак делал вид, что смотрит за окно, хотя на самом деле он смотрел на отражение лица Хлои в нескольких сантиметрах от своего собственного. Несколько раз ему казалось, что она тоже отводит глаза от бетонного поля к стеклу. Тогда он воображал, будто уму удалось поймать ее взгляд. «Принимаю желаемое за действительное», — трезво оценил себя Бак. «Вылет самолета откладывается на двадцать минут!» — объявила дежурная.

— Тебе совсем не обязательно стоять здесь, — сказал Бак. — Хочешь, я провожу тебя до машины? Она снова рассмеялась.

— Ты относишься к этому старому гаражу для стоянки машин с подозрительностью параноика. Нет, я побуду здесь, рядом с тобой, потом мы вместе подойдем к проходу на посадку, и я дождусь, пока ты сядешь в самолет. Я помашу тебе рукой, когда самолет начнет взлетать, хотя еще будет казаться, что он прикован к земле. И только когда самолет исчезнет из поля зрения, я наберусь решимости отправиться за своей машиной.

— Ты все это придумала, пока мы с тобой прогуливались?

— Конечно. А теперь давай присядем и успокоимся, как бывалые путешественники, объехавшие весь свет.

— Иногда мне хочется разыграть из себя новичка.

— Тогда бы ты нервничал перед полетом, и тебе понадобилась бы моя поддержка?

— Ты мне нужна всегда и везде.

Она отвернулась. «Помедленнее, не надо торопиться», — сказал он себе. Пока они просто перекидывались замечаниями, шутками, все еще было страшно неопределенно. Он не хотел сейчас говорить ничего серьезного, потому что прошло всего несколько дней с тех пор, как они совсем не разговаривали.

— Ты нужен мне здесь, — сказала она совершенно непринужденно. — Но ты оставляешь меня.

— Я никогда не оставлю тебя.

— Не оставишь меня?

— Конечно, — он старался сохранять интонации юмора и при этом не обидеть ее.

— Что ж! Это обнадеживает. Но, может быть, закроем эту тему?

Рейфорд укладывал вещи для поездки в Вашингтон, прислушиваясь, не подъехала ли Хлоя. Позвонил Эрл, поинтересовался, застали ли его сотрудники офиса Карпатиу.

— Там работает Хетти Дерхем. Это та самая, которая раньше работала у нас? — спросил Эрл.

— Та самая.

— И теперь она — секретарь Карпатиу?

— Что-то вроде этого.

— Мир тесен.

— Думаю, бессмысленно просить тебя быть осторожным в Цинциннати, Нью-Йорке и Израиле. Ты знаешь там все вдоль и поперек, — сказала Хлоя.

— Не начинай прощаться, пока не объявят отправление.

— Я не уйду до тех пор, пока твой самолет не исчезнет из виду, ответила она. — Я тебе уже говорила это.

— У нас есть время съесть пирожное, — сказал он, показывая на лоток в коридоре.

— Я уже ела десерт, — ответила она, — шоколад с пирожным.

— Пирожные из «Рога изобилия фортуны» — не в счет, — объявил он. Идем. Ты помнишь наше первое пирожное?

В день их знакомства Хлоя ела пирожное, и он снял своим пальцем приставший в уголке губ кусочек шоколада. Не зная, что с ним сделать, он просто слизнул его.

— Мне запомнилось, что я вела себя, как недотепа, — сказала она, — а ты разыграл старую шутку.