Тим Хэй - Оставленные

— Что бы это значило? — спросил Став. — Ты — подозреваемый?

— Не хотелось бы им быть. После всего, что я услышал от Алана насчет Салливана — что он «шестерка» у Тодд Котрана, — я ни в коем случае не отправлюсь в Лондон, чтобы угодить к ним в лапы. К тому же, эти сообщения не имеют силы приказа, не так ли? Я не должен подчиняться им просто потому, что я их услышал.

Став пожал плечами.

— Никто, кроме меня, не знает, что ты их слышал. Во всяком случае, обращение международных агентств не имеет юридической силы на нашей территории.

— Ты не думаешь, что меня могут выдать как преступника?

— Смогут, если они каким-то образом сумеют связать тебя хотя бы с одним из этих случаев смерти.

Хлоя не захотела этим вечером оставаться дома одна. Вместе с отцом она поехала в церковь, где Брюс Барнс встретил их и дал им копию видеокассеты. Он возмущенно покачал головой, когда услышал их рассказ про взлом.

— Это превращается в эпидемию, — сказал он. — Похоже на то, что трущобы двинулись в пригороды. Нигде нельзя чувствовать себя в безопасности.

Рейфорд удержался от искушения сказать Брюсу, что идея обратиться за новой кассетой взамен украденной принадлежала Хлое. Он хотел, чтобы Брюс по-прежнему молился за нее, считая, что она, как и раньше, думает о преходящем. Может быть, вторжение в их дом сделает ее более чувствительной. Возможно, она придет к выводу, что сегодня мир стал более опасным, что отпущенное ей время стало короче. Но Рейфорд понимал, что она может обидеться, если еще и Брюс станет давить на нее. Она уже и так многое узнала; пусть Бог поможет ей. Вместе с тем он был доволен сдвигами и решил поговорить с Брюсом при более удобном случае.

Когда они распрощались с Брюсом, Рейфорд купил то, приобретение чего нельзя было откладывать — телевизор и видеомагнитофон. Он укрепил входную дверь и обратился в страховую компанию. Самое главное, он восстановил систему сигнализации. Однако Рейфорд чувствовал, что этой ночью ни он, ни Хлоя не будут спать спокойно.

Они вернулись домой как раз к звонку Хетта Дерхем. Рейфорд чувствовал, что она звонила просто от одиночества. Никакой реальной причины для звонка у нее не было. Она снова поблагодарила за приглашение на обед и сказала, что ожидает их встречи. Он рассказал ей о случившемся в доме. В ее голосе прозвучали нотки искреннего беспокойства.

— Все вообще так запутывается, — заговорила она о трудностях, которые испытывает ее семья. — Ты знаешь, что моя сестра работает в гинекологической клинике.

— Знаю. Ты как-то говорила об этом.

— Они в основном занимаются вопросами планирования семьи, проводят консультации и дают рекомендации по прерыванию беременности.

— Да, ты говорила.

— Кроме того, они делают аборты.

По-видимому, Хетта ожидала от него подтверждения, что он продолжает ее слушать. Но такой поворот разговора привел Рейфорда в раздражение, и он промолчал.

— Я не слышу тебя, — сказала она. — Сестра сказала мне, что их бизнес буквально дошел до нуля: они совершенно лишились пациенток.

— Это понятно, раз исчезают еще не родившиеся дети.

— Моя сестра совершенно не в восторге от этого.

— Хетти, я понимаю, что все болезненно переживают это. Родители всех стран мира сокрушаются из-за невозможности иметь детей.

— Но пациентки моей сестры консультировались как раз по поводу того, что хотели сделать аборт.

Рейфорд не сразу нашел подходящий ответ:

— Но эти женщины должны быть довольны, что они избавлены от необходимости делать аборт.

— Может быть и так, но все сотрудники клиники, в которой работает моя сестра, начиная от босса, да и весь остальной персонал, остались без работы.

— Я понимаю. Это вопрос заработка.

— Им нужно работать. У всех семьи и расходы.

— А помимо консультаций по абортам и самих абортов, они больше ничего не умеют делать?

— Ничего! Ну не ужасно ли это? Чтобы ни было тому причиной, но моя сестра и ее коллеги лишились работы. Никто сейчас не берется предсказывать, будут ли женщины снова рожать, а кто-то из них — стараться прервать беременность.

Рейфорд подумал про себя, что никогда не считал Хетти отличающейся блеском ума, но сейчас у него появилось острое желание посмотреть ей прямо в глаза.

— Хетти, я даже не знаю, как мне тебя понять. Ты говоришь, что твоя сестра надеется на то, что у нее опять будет работа, так как снова появятся беременные женщины, и некоторым из них потребуются аборты?

— Ну, конечно. А что еще она может делать? Ты ведь понимаешь, что получить место консультанта по другой специальности для нее чрезвычайно сложно.

Он растерянно кивнул, хотя и понимал, что она этого не может увидеть. Что это за бред? Тратить время на разговоры с человеком, который явно ничего не соображает… Но надо было как-то выходить из положения.

— Раньше я думал, что в клиниках, подобных той, в которой работает твоя сестра, нежелательная беременность должна бы восприниматься как неприятность. Разве не следует им радоваться тому, что эти проблемы исчезают, и еще больше радоваться, если беременностей не будет вообще;

правда, это будет связано с небольшим осложнением — перестанет существовать человечество?

Ирония вопроса не дошла до нее.

— Но Рейфорд, ведь это ее работа. Именно в этом все дело. Это все равно, что владелец бензоколонки вдруг обнаружит, что бензин больше никому не нужен.

— Закон рынка: спрос и предложение.

— Вот именно! Ты понимаешь? Им требуются нежелательные беременности, потому что в этом состоит их бизнес.

— Можно ли это понять так, что врачам вообще нужно, чтобы люди болели или получали травмы — тогда у них будет работа?

— Наконец-то до тебя дошло, Рейфорд.

После того как Бак принял душ и побрился, Стив с тревогой сказал ему:

— Вот что мне только что сообщили по пейджеру: агенты нью-йоркской полиции были в редакции и спрашивали о тебе. К сожалению, кто-то сказал им, что ты вскоре должен быть в отеле «Плаза» для встречи с Карпатиу.

— Прекрасно!

— Может, тебе следует встретиться с ними лицом к лицу?

— Только не сейчас, Стив! Дай мне возможность получить интервью у Карпатиу и начать игру! А там я как-нибудь выберусь из этой грязи.

— Ты надеешься, что Карпатиу сможет тебе помочь?

— Безусловно.

— А что, если прежде чем ты попадешь к нему, тебя зацапают?

— Я попаду к нему. У меня по-прежнему аккредитационная карточка и документы на имя Орешковича. Если полиция будет ждать меня в отеле «Плаза», возможно, что они не узнают меня.

— Ты, похоже, считаешь, что им неизвестны твои поддельные документы после того, как ты улизнул из Европы, воспользовавшись ими? Давай поменяемся документами. Пока они будут считать, что это я выдаю себя за Орешковича, у тебя будет время, чтобы пройти к Карпатиу.