Ярослав Георгиевич - Шестерёнки апокалипсиса (Нужно больше древесины!)
Почему не оставила на свободе? Почему не отпустила? Кто знает, может, отпустив одного, закрыла бы путь для других. Ужесточили бы охрану или ещё что-нибудь. Потеряли бы доверие. Ведь кто знает, как у этих полоумных баб всё устроено… Не исключено также, что амазонка просто не видела разницы.
Ну и, наконец, самое главное — почему не выпустила на волю сразу всех? Судя по всему, не хватало полномочий. Одного пленника ещё можно забрать, для утех, неизвестно каких — может, и с летальным исходом. А вот несколько штук — уже проблема. Если принять все эти допущения за правду, факты стройно выстраивались в ряд, и происходящее получало вполне логичное объяснение. Но — опять же, одно дело что-то там в голове у себя построить, а другое — день за днём плестись к окаянному дереву с его жадными дуплами, живя только одной надеждой. Постепенно гаснущей под гнётом уходящего времени и постоянно возникающих тяжёлых мыслей, и альтернативных гипотез.
Двое суток просидев, как на иголках, на третьи Валера решил не тратить времени зря. Ведь желательно иметь какой-то козырь в запасе, если "План А" по освобождению накрывается. А такое легко могло произойти, даже если допустить, что с самой сделкой всё в порядке. Например — напали на "ельфов" какие-нибудь свино-фашисты, или ещё кто, и замочили кого не надо. То есть ту самую, которая знает, что есть какая-то сделка. Остальные-то не в курсе, скорее всего…
Попросив товарищей прикрыть, если что, Валера после долгого и скурпулёзного обдумывания и обсуждения запустил себе "Базовое общее улучшение". После этого — ожидаемо слёг. К дереву его носили, прислоняли — и так там и оставляли. Когда надсмотрщицы обнаружили сие непотребство, парню едва не настал конец — его сначала пытались заставить "работать" силой, мотивируя при помощи всё тех же вылезающих из-под земли корешков, очень неприятно врастающих прямо в тело. К счастью, "эльфийки" всё же поняли — проблема не в нежелании, а в невозможности. Но допёрли далеко не сразу… И в копилке воспоминаний у Валеры появилось ещё одно, очень неприятное.
Когда "чудо-трава" отпустила свою жертву, пришла какая-то особенная амазонка. Нет, она была такая же полуголая, молодая и красивая, как и остальные, но ходила гоголем и цедила свои приказания сквозь зубы, как кобра яд. Остальные по одному её жесту появлялись или исчезали, ловили каждое слово, явно старались услужить всеми способами. А главное — у этой главбабы в руках был длинный посох с закрученным навершием, и растущим сверху одиноким листочком. Не как у остальных, луки-копья.
Подойдя к бессильно валяющемуся на земле Валере — сил встать у самого у него не было, а помочь никого не пускали — амазонка просто не церемонясь и довольно ощутимо ткнула своим посохом парню в живот, заставив опять застонать и согнуться. Что-то сверкнуло, откуда-то появились и стали опадать появившиеся прямо из воздуха полупрозрачные лепестки. А колдунья что-то каркнула стоящим рядом, подняла свой посох, и ничего больше не говоря ушла по своим делам.
Как ни странно, после этого Валере стало лучше. Он даже смог ходить сам, хоть и опираясь на кого-нибудь, но, во всяком случае, уже не полностью облокачиваясь и обвисая бессильным кулём. И — это оказалось не самым удивительным последствием неведомого воздействия — то ли колдовского, то ли энергетического, то ли ещё какого-то.
Первые дни большинство времени, свободного от "работы", для Валеры и его товарищей занимали пикировки с поселковыми, разговоры с остальными пленниками, обсуждения в полголоса планов побега, да наблюдения за поведением самок неизвестно-кого в естественной среде обитания.
Задирать людей Николая — сам он просто игнорировал все обращённые к себе реплики — очень быстро надоело. Даже агрессивный и вспыльчивый Костя вскоре перестал реагировать на слишком умные для него подколки, и просто иногда матерился сквозь зубы и обещал всем свернуть шею. Но потом.
Расспросы остальных товарищей по несчастью дали не очень много интересной информации. Все появились в этом мире одинаково, и практически все истории попадания в нежные ручки амазонок не отличались друг от друга — шёл по лесу, схватили, привели. Многие впали в апатию, кто-то постоянно ныл, и вообще среди этой публики оказалось мало адекватных и ещё не сломленных. Буквально по пальцам пересчитать — грубый дядька-крановщик с пропитым лицом, откуда-то из Сибири, какой-то бывший менеджер-живчик из Киева, белорусский офицер, и "потомственный казак" из Ростовской области. Последний постоянно фантазировал, как будет сшибать своей шашкой "поганые головы", и делал это настолько смешно и непринуждённо, даже по-детски наивно, что зачастую вызывал взрывы абсолютно искреннего хохота.
Единственным хоть сколько-нибудь стоящим фактом, который удалось установить благодаря общению со всеми этими людьми, стало сопоставление географии проживания и времени "попадания". Всех закинуло в одно и то же время по Гринвичу, где бы они ни находились — кого-то ночью, кого-то уже ранним утром.
Гораздо больше интересного удалось выудить из Ромы, про общину поселковых и их уклад. Как выяснилось, "Главным" оказался какой-то тип с явно мутным прошлым, судя по замашкам и иногда проскакивающим словечкам. Но, как бы там ни было, он оказался очень деятельным и волевым, быстро организовал постоянно растущую вокруг себя кучку людей, закинутых непонятно кем в неведомые дали и вырванных из привычного уклада. Полная уверенность в том, что он делает, умение "спрашивать" с остальных, и кое-какой ум позволили вполне толково организоваться.
Вскоре у "Главного" появилась своя гвардия и даже особист, а всех остальных определили на различные общественные работы, обеспечивая им "крышу". При этом особых перегибов в управлении не присутствовало, "мирные" в принципе были довольны и чувствовали себя защищёнными, имелась пища в достатке, постепенно обустраивался быт. А на маленькие странности босса, вроде заточённой им у себя пленной амазонки, по сути превратившейся в личную рабыню, и на конфликты с отдельными людьми — все закрывали глаза.
Про последних говорили — мол, сами виноваты. Нечего было высовываться и перечить. Среди таких "неугодных" оказался и Рома, незадолго до похода они хорошо так схлестнулись. Панка спасло только то, что он — ценный боец, и был нужен в разведке. Но, по его же словам, по возвращении он готовился к новому витку конфликта, и даже не исключал возможности его развития в силовую плоскость.
На вопрос, как же поселковым удалось отстроить базу не имея инженера, который задавал бы Коллективному Комплексу необходимые программы производства составляющих частей зданий, ответ оказался очень простым. И сильно позабавил Валеру и товарищей.