Мушинский Олег - Рекламный трюк

– Антон, – тихо позвала Елена.

– Что, солнце мое?

– Мы тонем, – еще тише прошептала Елена.

– Мы не можем тонуть, – заверил ее Антон. – Это просто большая деревянная доска, а дерево не тонет.

– Тогда как ты охарактеризуешь этот процесс? – тоном настоящего стоика осведомилась Елена.

Опершись на руки, Антон медленно продвинулся вперед. Елена увеличила яркость фонарика. Небольшая трещина, которой не придали должного значения в начале пути, разрослась уже на треть плота, грозя расколоть его пополам. Хуже того, она была далеко не одна. Передняя часть плота напоминала гнилую распотрошенную мочалку.

Жижа продавливалась сквозь трещины, заливая плот и расширяя путь для следующей порции.

– Что ж ты раньше не сказала? – вздохнул Антон.

– Я сразу сказала, что не хочу плыть, – напомнила Елена. – Но ты был так убедителен с этим пистолетом…

– Извини.

Дядя Ваня подполз и вытянулся рядом. Плот покачнулся на волне, и угловой кусок плота отправился в самостоятельное плавание.

– Мы утонем, да? – спросила Елена.

– Похоже на то, – вздохнул Антон.

– А мне меня очень жалко, – прошептала Елена, и тихонько всплакнула.

– Мне тоже, – признал Антон. – Ты мне очень нравишься.

Елена едва заметно кивнула. Главная трещина сочла этот момент подходящим для своего последнего аккорда. С тихим шелестом плот разделился на две неравные половины. Все трое в мгновение ока оказались на большей. Меньшая половина вместе с одной из досок-весел исчезла во тьме. Елена заплакала. Антон уперся в заметно проседающий нос и вгляделся в темноту.

– Ведь не больше же ста метров, – прошипел он. – Давайте! Последний рывок.

– Лучше здесь утону, – вздохнул дядя Ваня.

– Ну так отдай доску, и прыгай, – прорычал Антон.

– Не отдам!

– Вы еще подеритесь, – всхлипнула Елена. – Дайте хоть умереть спокойно.

– Не дам! – рыкнул Антон.

Он вцепился в доску, и рванул на себя. Дядя Ваня держал крепко, но гнев придал Антону сил. Завладев веслом, он решительным рывком продвинул остатки плота на пару сантиметров.

– Теперь грести намного легче, – бессовестно соврал он. – Давайте, лентяи, мы еще можем спастись.

Дядя Ваня, поскуливая, с неожиданной легкостью оторвал от плота пригодную для гребли доску, проклял все вообще и Антона персонально, и с решимостью безумца погрузил новое весло в жижу. Елена тоже нашла нечто плоское. Жажда жизни взяла свое, и за каких-нибудь полчаса они одолели полсотни метров. Потом плот развалился окончательно.

– Тону! – успела крикнуть Елена, ныряя носом вниз.

Антон едва успел схватить ее за ногу, второй рукой судорожно вцепившись в какой-то обломок. Дядя Ваня барахтался рядом. Из темноты вылетела веревка, больно хлестнув по голове металлическим окончанием. Антон бы с удовольствием вцепился в нее зубами, но мешала маска.

Дядя Ваня в судорожном рывке ухватился за веревку, и тотчас был утянут в темноту.

Антон проводил его потоком брани, и крепче прижал к себе обломок плота. Елена нашарила его ногу и отчаянными рывками пыталась выбраться. Решив положиться на ее благоразумие, Антон выпустил ногу, за что тотчас был вознагражден диким рывком вниз. Одной рукой он бы не удержался, но двумя – сумел. Елена, крепко обхватив его за пояс, застыла в нерешительности.

– Ну давай же, – прошипел Антон.

Прочно устроив обломок плота подмышкой, он погрузил одну руку в жижу, нашарил ладони Елены и потянул вверх. Совместными усилиями им удалось подтянуть ее до уровня груди, но на большее сил не хватало. Из темноты снова прилетела веревка и с поразительной точностью шлепнулась рядом. Антон поспешно намотал ее на руку, вознес мольбу к подножию золотого престола и выпустил обломок. Елена, почувствовав погружение, рванулась вверх. Веревка натянулась. Привязанную руку тотчас вывернуло, в глазах вспыхнули и заплясали звезды. Елена, чуть не оторвав аварийный комплект, мертвой хваткой вцепилась в заплечный ранец. Двигались без комфорта, но очень быстро. Не прошло и минуты, как неведомый благодетель уже помогал им вскарабкаться на каменистый берег.

– Вас только трое? – уточнил спаситель, оглядывая пролив в бинокль.

Антон прохрипел что-то утвердительное. Спаситель помог ему снять веревку, рывком вправил вывихнутую руку и, спокойно присев неподалеку на замшелый валун, закурил.

Не как Георгий, а сдвигая перед каждой затяжкой левый фильтр на сторону. Антон бы с удовольствием отключился, но неопределенность ситуации требовала разрешения.

Едва придя в себя, он проглотил порцию транквилизаторов. В голове прояснилось, но уставшее тело продолжало забастовку. Антон едва смог принять сидячее положение. Вздохнув, отправил в рот вторую порцию. Желудок встретил ее недружелюбно, но, спасибо, не выгнал взашей.

– А вот это уже зря, – спокойно заметил спаситель. – Если с первого раза не помогло, значит, организм слишком измотан. Тут перебор только во вред пойдет.

– Спасибо, учту, – буркнул Антон. – И за спасение тоже спасибо.

– Пожалуйста.

Антон огляделся. Дядя Ваня лежал чуть дальше, судорожно вцепившись в какую-то замызганную деревяшку. Выше, на склоне виднелся легкий дельта-мобиль с открытым верхом. Елена отключилась, и тяжело дышала через засоренные фильтры. Антон внимательно осмотрел ее комбинезон, смахнул между делом прилипшие клочья токсичной жижи и облегченно вздохнул. Тонкая ткань с честью выдержала суровое испытание. Выглядел ее комбинезон, конечно, ужасно, и был каким угодно, но только не белым, но ни единой дыры в нем не обнаружилось. Сверившись с датчиками аварийной системы, Антон узнал, что и у его одежды герметичность не нарушена.

Только дышать тяжело. Антон негнущимися пальцами отсоединил аварийный комплект, и поменял себе фильтры. Потом проделал ту же операцию с Еленой. Спаситель тем временем прикурил от окурка новую сигарету.

– Кто вы? – спросил Антон.

– Архангел Михаил, – усмехнулся спаситель. – А ты кого ожидал увидеть? Небось, уже подготовился к встрече с морским царем.

– Вроде того, – признал Антон. – Еще раз спасибо. Встреча с вами меня радует несказанно больше.

– Ну я надеюсь, – отозвался спаситель. – Ты с таким упорством добивался встречи со мной, что было бы обидно разочаровать тебя.

– Строганов Аркадий Борисович? – уточнил Антон.

– Собственной персоной, – отозвался тот.

– Но… Как?

– А что тебя удивляет? Или ты думал, что только у тебя есть друзья в службе контроля?

– Гражданских лиц нельзя отслеживать, – возразил Антон.

– Всех можно, – спокойно ответил Строганов. – А тех, кто постоянно занимает не принадлежащую ему защищенную линию, даже нужно. Просто на гражданских давно известный прибор положили. И на военных бы положили, да устав не позволяет.