Мазуччо Гвардато - Причуды любви: Сборник эротических рассказов

Я взял ее за руку и спросил, могу ли войти. Она сказала, нет, невозможно, поскольку дома был муж, а он был намного старше ее и безумно ревнив.

— Не осмеливаюсь и предположить, что он сделает…

— Ну ладно. Тогда вы сами должны принять нужные меры. Я буду ждать вас по этому адресу.

Она яростно впилась мне в губы, кивнула и шепнула на ухо:

— Приду вечером. Обещаю!

Я вернулся в гостиницу и весь день провел в тоскливом ожидании. В полшестого надел халат. В семь часов по телефону заказал шампанское и свечу.

Потом рухнул.

Остальное вы знаете…

Эдвард Симмс дрожал всем телом, словно травинка под дуновением сирокко. Он говорил медленно, тщательно выговаривая каждое слово, словно это давалось ему с неимоверным трудом; теперь, лежа на подушке, он пытался отдышаться.

Вы можете понять, почему мне так нужно срочно восстановить силы. Если я не проявлю воли, все потеряно. Созреет новая жатва. Вам понятно?

Доктор Леонарди, на лице которого плавала неясная улыбка, ответил: «Да, да, конечно».

— Вы сделаете? Сейчас? Немедленно?

— Сделать это? — старый человек кивнул, словно пытаясь вернуться на землю. — Мистер Симмс, полагаю, что с настоящего момента вы будете лишены всех забот. Да, да, я полагаю именно так.

— Спасибо! Спасибо!

— Простите, — черты доктора Леонарди выражали невероятную нежность. Он встал, подошел к телефону, пробормотал в трубку несколько слов. Потом вернулся к больному и извлек из чемоданчика шприц. — Попрошу вашу руку.

— Доктор, вы мне верите? Я знаю, что история кажется невероятной, но очень важно, чтобы вы поняли, речь идет об истинной правде.

— Ладно, ладно. Вашу руку.

Симмс протянул правую руку.

— Это, конечно, стимулирующее средство?

Врач заворчал, нацелился иглой прямо в вену.

— Мне пришлось позвонить в аптеку, чтобы доставили необходимое, оно будет у меня через минуту. А пока это вас успокоит. Но прежде всего позвольте поблагодарить вас за последние сведения по поводу вашей необычной авантюры. Считайте это обычной научной любознательностью…

— Да?

— Эта персона, которую вы ждете, эта, которая… будет завершающей точкой… вы помните ее имя?

Эдвард Симмс нахмурил брови и глубоко задумался. И вдруг воскликнул:

— Алиса! Алиса Леонарди!

— Ах вот как.

Иголка вонзилась в вену.

Молодой человек скривился. И надолго затих. В дверь тихонько постучали… Доктор Леонарди вскочил со стула, пересек комнату и вернулся с пакетиком в руках. Он извлек из пакета бутылочку, налил в стакан лекарство и участливо сказал:

— Пейте.

Эдвард Симмс вопросительно посмотрел на него и проглотил таинственное питье. Потом спросил:

— Когда я почувствую себя лучше?

— Скажем так, недели через две.

Глаза Симмса широко раскрылись, «Через две недели! Но…»

— Никаких но, — доктор Леонарди заквохтал от удовольствия, — мне казалось, что я вас узнал, но уверенности не было. Так бывает, когда наступает старость. Ни в чем нельзя быть уверенным. Я был в гостиной, когда вы заявились в наш дом, я расслышал отрывки вашего разговора, и краем глаза увидел вас, но тогда не обратил на вас внимания.

Глаза Симмса медленно вылезали из орбит…

Доктор Леонарди узнал легкий стук в дверь, это стучала женщина. Он закрыл чемоданчик и встал.

— Вы, мистер Симмс, совершенно правы, Невозможно обладать всеми!

Перевод А. Григорьева

Роберт Сильверберг — известный американский фантаст, неоднократно издававшийся в СССР.

Ее звали Евой. Не думаю, что был первым, кого она обвела вокруг пальца, и мне это все равно, но, по личным соображениям, очень хочу, чтобы я оказался последним. Впервые я увидел ее 29 августа 2240 года. Шел первый месяц войны с Сириусом. Она зрела лет девять или десять с того момента, когда стало ясно, что люди и жители Сириуса никогда не договорятся о том, кому и что продавать на той или иной планете в галактике. Купеческий антагонизм лежит в основе многих войн.

Когда начались военные действия, я служил в гарнизоне на Венере и был назначен на крейсер «Даннибрук» офицером-психологом. Два года крейсер стоял в доке, а экипаж патрулировал границу между земными владениями и дикими джунглями. Служба была скучной, но нам платили двойное содержание, а поскольку на Венере было достаточно женщин, люди чувствовали себя довольными.

Через неделю после начала войны «Даннибрук» получил приказ отправиться в район Сириуса, чтобы участвовать в захвате вражеской территории. На сборы нам дали четверо суток.

Хотя я уже вышел из возраста, чтобы участвовать в боевых действиях, миссия обрадовала меня. Мой брат был одним из командующих операцией, кроме того там служили мои два племянника и сын. Радовались концу безделья и члены экипажа.

Но перед долгим полетом требовалось решить одну задачу. Экипаж пока был не в полном составе. От Сириуса нас отделяло восемь световых лет, значит перелет займет в подпространстве целых восемь месяцев. Устав Космической службы однозначно требовал в случае, если полет продолжается более шести месяцев, присутствия на корабле экипажных девиц из расчета одна на двадцать астронавтов.

Я известил капитана Баннистера и дал официальное объявление о заполнении штатной единицы. Объявление было вывешено в бюро по трудоустройству в Венус-Порт Сентрел.

Первая кандидатка на этот пост явилась через полчаса.

Ее звали Ева. Конечно, я к ней так не обращался, поскольку был вдвое старше, а кроме того не стоило нарушать военный устав. Я называл ее мисс Тайлер.

Меня поразила быстрота ее реакции — она, наверно, неслась со световой скоростью, чтобы успеть предложить свою кандидатуру. Ее появление сопровождалось сдержанным присвистом, донесшимся со двора казармы. Часовой постучал в мою дверь, заглянул и сказал: — Простите, лейтенант. Вас ждет некая мисс, чтобы заполучить местечко на «Даннибруке».

Я пригладил волосы, поправил орденские планки и приготовился к приему. Официально наймом девиц для экипажа занимается капитан, но он обычно делегирует свои права офицеру-психологу. А сам подписывает договор о приеме на службу.

Вошла молодая красивая девушка в простеньком платье из венушелка. Копна шатеновых волос, светло-голубые глаза, румянец во все щеки и полные губы, на которых плавала приветливая улыбка. Ее фигура меня не особо впечатлила, но на нее было приятно смотреть.