Роберт Хайнлайн - Чужак в чужой стране
Джубал агрессивно произнес:
— Вы не Гилберт Берквист.
— А зачем вам Гилберт Берквист?
Поморщившись, Джубал терпеливо ответил:
— Мне хотелось бы поговорить с ним. Послушайте, милейший, вы что же, служите государству?
Мужчина заколебался:
— Да, вы должны…
— Ничего я не должен! Я — гражданин государства, и плачу налоги, чтобы вы получали жалованье! Все утро я пытаюсь дозвониться до человека, а меня пихают от одного тупого чиновника к другому, и каждый из этих поросят получает пищу из корыта, оплачиваемого нами! А теперь — вы. Ваше имя, должность, номер. Потом — мистера Берквиста.
— Но вы не ответили на мой вопрос.
— Еще чего, я вам ничего не должен, я — частное лицо. Я задал вам вопрос, и вы обязаны ответить мне и любому гражданину. Прецедент — дело О’Келли против штата Калифорния, 1972 год. Я требую, чтобы вы назвались — имя, должность, номер.
Мужчина невозмутимо ответил:
— Вы — доктор Джубал Хэршо, и вы звоните из…
— Так вот что вас задержало? Тупость! Мой адрес можно найти в любой библиотеке, на почте, в телефонном справочнике. К тому же всем известно, кто я. Всем, кто умеет читать. А вы умеете читать?
— Доктор Хэршо, я полицейский, и я призываю вас к сотрудничеству. Какие причины…
— Тьфу, сэр! Я — адвокат. Гражданина могут просить о сотрудничестве с полицией лишь при определенных обстоятельствах. Например, преследуя преступника, — в таком случае полицейский обязан показать документы. Вы кого-то «преследуете», сэр? Вы что же, сейчас вынырнете через этот чертов инструмент прямо к нам? Во-вторых, гражданина могут просить о сотрудничестве в разумных и законных пределах в процессе полицейского расследования…
— Мы проводим расследование.
— А что вы расследуете, сэр? Прежде чем просить меня о сотрудничестве, вы должны назвать себя, удовлетворить мои требования, сообщить» о своих целях и — если я потребую — процитировать закон, доказать, что возникла «необходимость», а вы ничего такого не сделали. Я желаю говорить с мистером Берквистом.
У полицейского челюсть заходила ходуном, но он все же ответил:
— Я — капитан Хайнрих из Федерального Бюро Госбезопасности. Вас должен убедить сам факт: я говорю с вами из дворца, значит, я и есть тот, за кого себя выдаю. Однако… — Он вынул бумажник, открыл его, поднес к экранчику. Хэршо глянул на удостоверение.
— Отлично, капитан, — пробурчал он. — Ну, а теперь объясните мне, почему меня не соединяют с Берквистом?
— Его здесь нет.
— Что ж вы сразу не сказали? Тогда пусть ответит кто-нибудь, занимающий такое же положение. Ну, кто-нибудь из тех, кто работает непосредственно с Генеральным секретарем, как Гил. Я не позволю какому-нибудь младшему помощнику-тупице отшивать меня — да у него нет полномочий даже на то, чтобы высморкаться! Если Гила нет, ради всего святого, найдите кого-то с соответствующим рангом!
— Но вы пытались дозвониться до Генерального секретаря.
— Вот именно.
— Что ж, объясните, какое дело у вас к Генеральному секретарю.
— А вы что же, личный советник Генерального секретаря? Поверенный всех его тайн?
— Не относится к делу.
— Относится! Вы полицейский и должны бы знать! Я дам объяснения человеку, который, как мне известно, достаточно близок к Секретарю Дугласу, и потому ему можно доверить щепетильный вопрос, сообщив столько, чтобы он соединил меня с самим Генеральным секретарем. Вы уверены, что мистера Берквиста нет?
— Совершенно.
— Что ж, пусть будет кто-то другой, но того же ранга.
— Если дело настолько секретное, вам не следует говорить о нем по телефону.
— Дражайший капитан, коли уж вы проследили, откуда я звоню, вам должно быть известно: мой телефон снабжен всем необходимым для того, чтобы обеспечить максимум безопасности при разговоре.
Офицер, не обратив внимания на его слова, ответил:
— Доктор, скажу прямо. Или объясните, в чем дело, или вы ничего не добьетесь. Если вы снова будете звонить, вас направят сюда же. Хоть сто раз, хоть месяц спустя — то же самое. Пока вы не согласитесь с нами сотрудничать.
Джубал радостно улыбнулся.
— Да мне теперь не понадобится звонить, вы обмолвились, а может специально проговорились — теперь мне известно единственное, чего раньше не хватало; можно действовать. Если понадобится. Могу продолжать хоть целый день… но пароль уже не «Берквист».
— Какого черта, что вы имеете в виду?
— Милейший, только не по телефону! У вас нет скрамблера, но вам должно быть известно, что я — старший философанкулист, и продолжаю активно работать.
— Повторите?
— Вы что же, не изучали амфигорию? Господи, и чему только теперь учат в школах! Ну, играйте в свои карты, вы мне больше не нужны. — Джубал отключился, поставил на телефон «отказ» на ближайшие десять минут, позвал: — Идемте, дети, — и вернулся к своему обычному месту у бассейна. Он попросил Энн держать мантию под рукой, велел Майку оставаться поблизости, проинструктировал Мириам насчет телефона и расслабился.
Он не испытывал неудовольствия. Он и не рассчитывал сразу дозвониться до Генерального секретаря. Разведка обнаружила единственное слабое место в окружавшей Секретаря стене, и он надеялся, что его стычка с капитаном Хайнрихом закончится звонком с высшего уровня.
Ну, а если не удастся, что ж, обмен любезностями с капитаном госбезопасности был сам по себе приятен и оставил теплое чувство. Хэршо полагал, что есть ноги, на которые необходимо наступать, чтобы улучшить породу, способствовать всеобщему благоденствию и укротить присущее всем конторам хамство. Он сразу понял, что у капитана Хайнриха именно те ноги, которые стоит отдавить.
Но сколько же ему ждать? Плюс к предполагаемому взрыву «бомбы», он обещал Джилл попробовать спасти Кэкстона, и ко всему еще новая беда: Дюк пропал.
Ушел на весь день — или ушел навсегда? Неизвестно. На обеде был, а к завтраку не явился. Никто, похоже, не заметил этого: частые отлучки были привычны в доме Хэршо, казалось, больше никто не замечает его отсутствия.
Джубал глянул на бассейн, проследил за попыткой Майка выполнить прыжок точно так же, как его только что выполнила Доркас, и признался, что сегодня утром он не спрашивал, где Дюк, специально. Не хотелось спрашивать у медведя, что случилось с Элджи — вдруг медведь ответит?
Что ж, существует единственный способ преодоления трудностей.
— Майк! Иди сюда.
— Да, Джубал.
Майк выбрался из бассейна и, как нетерпеливый щенок, трусцой подбежал к нему. Окинув его взглядом, Хэршо пришел к выводу, что Человек с Марса набавил фунтов двадцать с тех пор, как явился сюда — и все сплошь мускулы.