Александр Абердин - Карманная Мегавселенная

В котловине росли растения похожие на земные агавы, только не с такими толстыми листьями и без колючек на них. Они давали плоды похожие на большие, тёмно-красные ананасы. Похоже, что это растение плодоносило постоянно и никаких времён года в Шестиуголии не было. На поле, площадью примерно в сто тридцать квадратных километров, одновременно цвели, образовывали завязь, подрастали и зрели местные ананасы. Каждое растение имело в поперечнике от пяти до семи метров и достигало в высоту пяти с половиной.

В среднем один ананасовый куст с дюжиной розеток, похожий на земную агаву, давал более полусотни плодов, росших на длинных плодоножках. С ананасами эти ягоды роднило только наличие зелёного венчика на конце ягоды длиной в семьдесят сантиметров и диаметром с тридцать. Митяю сразу же бросилось в глаза отсутствие молодой поросли, а также то, что ананасные агавы росли беспорядочно.

Фиолы, работавшие на поле, явно были двух видов. Одни, одетые в серовато-белые рубахи и такие же портки длиной до середины икр, обутые в сандалии и к тому же все в широкополых шляпах, были более высокого роста, а другие, в одних только набедренных повязках и сандалиях — ниже ростом, зато шире и кряжистее. Волосы что у одних, что у других были тёмно-синие и длинные, а лица практически одинаковые, вот только первые являлись хозяевами, а вторые явно были даже не рабами, а просто тягловой силой, так как все работы на поле выполняли фиолетовые пеоны. Они рыхлили почву чем-то вроде бронзовых мотыг, обрубали длинные, отмирающие и потому выбеленные светящимся небом, листья и собирали урожай.

Зато их полуголые собратья только и делали, что таскали за собой большие двуколки с тентами или сидели рядом с ними на корточках. Женщин среди пеонов и их столь странных рабов не было видно. Уже только из одного этого можно было сделать кое-какие выводы и Митяй, пристально вглядываясь в фиолов, высказал предположение:

— Возможно я ошибаюсь, но мне кажется, что фиолов нельзя называть полноценными разумными существами и вовсе не потому, что они созданы из сверхплотной, а не обычной материи. Полагаю, что они не способны создать нормального общества.

— Ты думаешь, что они всего лишь искины, причём примитивные, не способные самостоятельно мыслить? — Спросил Бастан — Но тогда им всем грош цена в любом деле. Нет, я так не считаю. Вот скажи мне, что по твоему является признаком разумности помимо способности к анализу и синтезу? Приведи мне такой пример, чтобы всё сразу же стало понятным и я с тобой согласился.

Моррис попытался свести все к шутке:

— Парни, успокойтесь. Мы имеем дело с творениями черных демиургов, которые сами по себе нам не опасны. Поэтому какая разница, насколько фиолы разумны? Главное заключается в другом, все они потенциально являются суперсолдатами, но из каких бы солдат не состояла армия, без талантливых полководцев и вождя, способного бросить дивизии в бой, ей всё равно будет грош цена.

— Любая армия это отражение общества, Морри, — сразу же поспешил сказать Митяй, — а здесь его, похоже, как такового нет и я не понимаю, зачем было нужно создавать фиолов. Для того, чтобы наклепать суперсолдат, можно было поступить гораздо проще, обратившись к технологии клонирования.

Бастан немедленно перешел в атаку:

— С чего ты это взял? Мы всего лишь бросили беглый взгляд на Тёмную Мегавселенную, а ты уже делаешь выводы, будто мы имеем дело с какими-то белковыми роботами.

— Никаких выводов я не делаю, — возразил виновник спора, — так как сразу же сказал, что мне всё это пока что только кажется.

— Если кажется, крестись. — Суровым тоном сказал Леонид — Но всё же ответь, что ты считаешь главным признаком разумности? Мне тоже интересно это знать.

Митяй, буквально припёртый к стенке взглядами друзей, махнул рукой и неохотно ответил:

— Способность создать культуру, а её можно увидеть даже куда более беглым взглядом, причём издалека и в тумане. Здесь же я пока что не вижу никаких признаков не то что культуры, а даже субкультуры, которую на Земле можно было когда-то встретить в трущобах и тюрьмах, что меня очень сильно настораживает.

Леонид, кивая, чуть ли не заорал восторженно:

— Спёкся, суслик! Митяй, ты не культуру ищешь, а пытаешься прикупить себе на будущее индульгенцию. Как же, здесь мы видим крестьян, в поте лица вкалывающих на плантациях, которых ждут дома жены, а в городах прочих обитателей этого мира, среди которых немало солдат, причём на первый взгляд вполне безобидных, вооруженных мечами и копьями, на которых у настоящего Творца-воина рука не поднимется. Как с такими должен воевать Творец-воин? Твоя проблема в том, что ты, прекрасно зная, что этот мир должен быть уничтожен, пытаешься найти себе оправдание в том, что все эти фиолы всего лишь биороботы, но это скорее всего не так. Фиолы разумные существа и даже будучи созданными искусственно и посаженными в эти шестиугольные клетки, они создали в том числе и культуру. Кстати, посмотри на того парня, который прямо под нами обрубает листья у ананасника. Обрати внимание на его волосы, они у него заплетены в тоненькие косички. Наверное молодожен.

Действительно, фиол, энергично обрубавший почти полутораметровым бронзовым мачете листья ананасника, выглядел несколько иначе, чем находящийся неподалёку от него сборщик плодов. Тот был одет в потрёпанные штаны и рубаху, да и поля его желтовато-белой шляпы обвисли. Зато фиол-молодожен действительно был одет в новенькую, чуть ли не сверкающую в ярком свете, льющемся с неба, одежду, шляпа на нем лаково блестела, а волосы на висках заплетены в дюжину косичек, связанных вместе на затылке. Более того, у него на правой руке был надет простенький браслет из зеленоватых камешков. Единственное, что было старым у этого фиола, так это мачете и особенно сандалии, выглядевшие очень потрёпанными.

Между тем фиол не выглядел юношей по сравнению с тем, который трудился на соседней делянке. Впрочем, все фиолы находящиеся поблизости, были, что называется, в одной поре. Парень с косичками был не очень высок, примерно два метра сорок пять сантиметров. Он имел широченные плечи, мощную мускулатуру, был весь переполнен энергией, а его ярко-фиолетовая кожа лоснилась, словно была смазана каким-то жиром. Температура воздуха была в данный момент семьсот восемьдесят градусов по Цельсию, но ни фиолы-пеоны, ни тягловые фиолы не выказывали никакого беспокойства. Во всяком случае никто из них даже не вспотел. Митяй, внимательно вглядывающийся в то, чем занимались фиолы, хмуро огрызнулся:

— А вот это меня совершенно не колышет. Вы все прекрасно понимаете, что этот мир создан искусственно и создан нашими врагами, причём с единственной целью — уничтожить нас. Поэтому меня интересует только одно, как нам возродить эту Мегавселенную.